, , , , , , , ,

In Memoriam / В память

Моя дорогая Враджа Валлабхи, пожалуйста, прими мои благословения. Вся слава Шриле Прабхупаде.

Ты покинула этот мир, но я молюсь, чтобы мои слова дошли до тебя посредством трансцендентной реальности, где бы ты сейчас не служила — будь это наш мир или же лотосные стопы Радхи-Шьямасундары в мире духовном. Я убежден в последнем, поскольку  Шрила Рупа Госвами пишет в «Матхура-махатмье», цитируя «Сканда Пурану»:

сарпа даштах пашу хатах
павакамбху винашитах
лабда памртйаво йе ча
матхуре мам лока гаха

 «Те, кого укусила змея, кто убит животным, погиб в огне, воде или иной неестественной смертью во Враджа-мандале, непременно становятся жителями Моей собственной духовной планеты».

[«Сканда Пурана», Маргашиша-махатмья, глава 17, стих 50]

Дорогая моя духовная дочь, несмотря на то, что я твой духовный учитель, вроде бы и знающий шастры, и утвердившийся в преданном служении, ничто не смогло подготовить меня к твоему внезапному, непредвиденному уходу. Это не слабость, скорее это природа любви, любви гуру к своему ученику и ученика — к гуру. В письме от 28 сентября 1966 г. Шрила Прабхупада пишет:

«С первого своего взгляда на меня мой духовный учитель смотрел на меня с такой любовью. Это было на моем самом первом даршане с ним — тогда я научился любить. По своей безграничной милости он привлек такого недостойного человека, как я, к исполнению некоторых своих пожеланий. По своей беспричинной милости он занял меня в проповеди послания Шри Рупы и Шри Рагхунатхи».

Точно так же, Валлабхи, из-за твоей любви ко мне, явленной в непрерывном бескорыстном служении, проявилась и моя благодарность и любовь к тебе, как к моей духовной дочери. Благодаря присущим тебе талантам, очевидным всем и каждому, ты стала инструментом при организации и проведении всех моих основных проповеднических программ на протяжении многих лет: от фестиваля Индии в Польше до «Мирной деревни Кришны» на Вудстоке; начиная с масштабных фестивалей в Гуджарате и Махараштре и заканчивая фестивалями здесь, во Вриндаване на Картику. Сказать по правде, без тебя у меня не было бы такого успеха. Я полностью зависел от твоего служения, твоей помощи в распространении сознании Кришны по миру. Как же мне быть теперь, когда ты ушла?

В этом же настроении Шрила Прабхупада написал одному ученику 22 января 1976:

«Ты не выдержишь без моей милости, а я не выдержу без твоей. Это обоюдно. Это взаимозависимость, основанная на любви – сознании Кришны».

Вне всяких сомнений, я всегда понимал безупречность твоего служения. Какой бы сложной ни была задача, например, организовать киртана-мелу «Священные звуки» в Нью Говардхане, мне было достаточно только сказать: «Валлабхи, пожалуйста, сделай это». Теперь, когда ты ушла, это больше не будет столь же простым – и столь же приятным. Благодаря твоей радостной улыбке, твоему энтузиазму и стремлению угодить другим, служение в твоем обществе было одним удовольствием. Моя дорогая духовная дочь, я не могу должным образом выразить, как сильно я буду скучать по тебе!

В очередной раз мудрость поэта Джорджа Элиота подтверждает истину: «Только в страданиях разлуки мы постигаем глубину любви».

Дорогая Валлабхи, некоторые самые теплые мои воспоминания будут о времени, проведенном здесь, в святой обители Шри Вриндаван-дхамы. Многие годы ты помогала Расике Широмани даси и ее супругу Говинда Чарану дасу устраивать большие Картика-парикрамы. Дело это, мягко говоря, чрезвычайно сложное – но ты всегда находила время сесть, послушать лекцию и насладиться святыми именами в киртане. Как-то вечером на очень уж вдохновенном бхаджане ты сказала подруге: «Мне было бы за счастье оставить тело среди такого великолепного воспевания святых имен».

По сути, ты это и сделала. В роковой день своего ухода ты ехала на ретрит, посвященный святому имени на Говардхане. Преданные, которые были вместе с тобой в рикше, сказали мне, что ты всю дорогу вдохновенно повторяла джапу, и всего через несколько минут после того, как вы проехали священную Радха Кунду, произошла авария. Ты тут же оставила тело. Это был трагический случай – но благодаря ему ты смогла достичь желания своего сердца. Такова всемилостивая природа Шри Вриндавана. Шрила Рупа Госвами пишет в «Уткалика-валлари»:

«О великолепное благоуханное древо желаний тамала, цветущее в лесу Вриндавана, увитое лозой мадхави богини-повелительницы этого леса! О дерево, сень славы которого защищает мир от несметного множества жгучих страданий, – какие же удивительные плоды находят люди у Твоих лотосных стоп?»

[ Шрила Рупа Госвами, Уткалика-валлари, Лоза надежд, текст 66 ]

 

Ты родилась в семье преданных, жила в полном сознании Кришны и ушла в святой Шри Вриндавана-дхаме, повторяя святые имена. Позволь мне теперь описать в деталях твое путешествие с этого момента. Несомненно, оно совпадет с описанием Шрилой Рупой Госвами вхождения в вечные пределы Вриндавана в его знаменитой поэме «Уддхава-сандеш». Кришна говорит Уддхаве:

 

«Брат мой, говорят, дорога к далекому холму Нандишвары красива и легка. Лишь только ступишь в океан блаженства Гокулы, Я стану счастлив. Коль счастлив человек – становятся счастливыми его друзья.

Сначала отправляйся в место, что называется Гокарна; там будет Шива главным на корабле, что вызволяет всех из океана бед. Затем, мудрейший, – туда, где исполняются желанья джив: Ямуна там встречает Сарасвати.

В этом самом месте впервые Я вступил в Матхуру. И волны поцелуев, украдкой брошенных взглядами множества красавиц, мне говорили: «О грациозный друг! Воистину, удача с нами: изысканный флейтист, чья музыка приводит в беспорядок одежды гопи, теперь пересекает путь наших глаз».

С этого места, полного блаженства, держись дороги к Амбикавану – туда, где избавляя Нанду от змея с озера Калии, Я Видъядхаре дал свободу, устроив для пастушек Враджа праздник.

О мудрый, не направи колесницу к холмам по берегам Ямуны, где Кувалайпида без устали бросался на Меня своими бивнями. Святые никогда не следуют путями демонов.

Избегай южного пути. Следуй на север – к царю среди святейших мест, туда, где множество цветов сумана и трели птиц, туда, где милостью Моей Акрура впервые увидал мир пастухов.

Если не хочешь проезжать мимо дверей браминов, вершащих ягьи, которые впали в твою немилость, проигнорировав Меня, всё же взгляни на тех, кто постоянно поет Мне славу – их жен. Не захотя увидеть их, упустишь нечто дорогое.

Затем скорее поезжай в Котику неподалеку от Матхуры, – туда, где все кругом в деревьях в цвете. Я как-то проходил по тем местам: одна пастушка, занимаясь садом, вдруг увидав Меня, смутилась от неприкрытого плеча и чуть заметно улыбнулась».

 

Дорогая Валлабхи, великолепное описание Шрилы Рупы Госвами путешествия паломника во Вриндаван продолжается в поэме дальше, как и милость Господа к тебе. Пусть Он и дальше направляет тебя на этом пути чистой преданности Его лотосным стопам. И твоя любовь к Вриндавану и Божественной Чете будет расцветать день ото дня. Такие вещи достижимы для тех, кто следует за нашим возлюбленным Шрилой Прабхупадой – он обозначил это одной из моих духовных сестер на заре нашего движения:

«По мере того, как твое преданное служение будет становиться все более зрелым, ты станешь все больше и больше видеть Кришну, и все лучше и лучше будешь понимать, что такое святая земля Вриндавана».

[ письмо Хладини даси, 28 января 1973 ]

Дорогая Валлабхи, однажды я спросил своего духовного брата Тамала Кришну Госвами, какое качество преданного самое важное. Он тут же ответил: «Гуру-ништха, вера в духовного учителя». Ты была воплощением этой веры, и это покоряло в тебе больше всего. Тогда я спросил его: «В чем самая большая проблема у инициирующего гуру?» Он задумался на секунду и мягко ответил: «Иногда приходится принимать учеников, более продвинутых, чем ты сам».

Мне очень повезло, что ты и многие похожие на тебя преданные – мои ученики. Я тебя никогда не забуду. Твои последние слова ко мне в пророческом сообщении, отправленном за несколько минут до того, как ты покинула этот мир, останутся со мной навсегда. Мы обсуждали, как вскоре будем заниматься служением в разных странах. Разве знали мы, что это будут разные миры.

Ты написала:

«Я буду ждать служения вам, Шрила Гурудева».

Валлабхи, пожалуйста, запасись терпением. Я буду Дома уже скоро. И как говорил Шрила Прабхупада: «Однажды у нас будет свой ИСККОН в духовном мире».

Твой вечный доброжелатель,

Индрадьюмна Свами

 

 

_______________________

My dear Braja Vallabhi, Please accept my blessings. All glories to Srila Prabhupada.

Though you have departed this world I pray that through the transcendental medium my words will be communicated to you wherever you are serving—be it in this world, or at the lotus feet of Radha Syamasundara in the spiritual world. I am convinced it is in the latter, for Srila Rupa Goswami writes in his Mathura-mahatmya, quoting Skanda Purana:

sarpa dastah pasu hatah

pavakambu vinasitah

labda pamrtyavo ye ca

mathure mam loka gah

“Those in Vraja-maṇḍala who are bitten by a snake, killed by animals, killed by fire, water or any other unnatural cause certainly become residents of My very own spiritual planet.”

[ Skanda-purnam, Margasisa-mahatmya, chapter 17, verse 50 ]

My dear spiritual daughter, although I am your spiritual master, supposedly learned in sastra and fixed in devotional service, nothing could prepare me for your sudden and unexpected departure. This is not a weakness, rather it is the nature of love; the love of a guru for his disciple, and a disciple for her guru.

In a letter on September 28, 1966, Srila Prabhupada wrote:

“At his first sight of me my spiritual master also saw me with such love. It was in my very first darsan of him that I learned how to love. It is his boundless mercy that he has engaged an unworthy person like me, in fulfilling some of his desires. It is his causeless mercy to engage me in preaching the message of Sri Rupa and Sri Raghunatha.”

In the same way, Vallabhi, it was from your love for me, demonstrated through your continuous selfless service, that my appreciation and love for you as my spiritual daughter, manifested. Because of your inherent talents, recognized by one and all, you were instrumental in the organization and running of all my major preaching programs for many years; from the Festival of India in Poland, to Krishna’s Village of Peace at Woodstock, throughout the grand festivals in Gujarat and Maharashtra and here in Vrindavan during Kartika. I can honestly say I would not have been successful without you. I was fully dependent on your service in helping me preach Krishna consciousness around the world. What will I do now that you are gone?

It was in this mood that Srila Prabhupada wrote to a disciple on January 22, 1976:

“You cannot survive without my mercy and I cannot survive without your mercy. It is reciprocal. This mutual dependence is based on love – Krishna consciousness.”

Indeed, I was always aware of your excellence in service. Whenever a difficult task came up, such as organizing the Sacred Sounds kirtan mela at New Govardhana, it was enough to simply say to you, “Vallabhi, please get it done.” Things won’t be so easy now that you’re gone—and not as relishable, either. It was your joyful smile, your enthusiasm, and your determination to please others that made performing devotional service such a pleasure in your association. My dear spiritual daughter, I cannot properly express how much I will miss you!

Once again, the wisdom of the poet George Eliot rings true: “Only in the agony of parting do we look into the depths of love.”

Dearest Vallabhi, some of my fondest memories will be of our time spent here in this holy abode of Sri Vrindavan dhama. For many years you assisted Rasika Siromani dasi and her husband, Govinda caran dasa, in organizing large Kartika parikramas. It was an overwhelming task to say the least, but nevertheless you always found time to sit and hear the lectures and relish the kirtans of the holy names. Just the other night you said to a friend during a particularly enthusiastic bhajan, “I would be happy to leave my body in the midst of such beautiful singing of the holy names.”

And, in essence, that’s exactly what you did. On that fateful day you departed, you were on your way to the Holy Name retreat at Govardhan Hill. Devotees who were in the vehicle with you told me you were enthusiastically chanting japa all the way when, just minutes away from sacred Radha Kunda, the accident happened. You left your body immediately. Though it was a tragic demise, it enabled you to achieve your heart’s desire. Such is the all-merciful nature of Sri Vrindavan. Srila Rupa Goswami writes in Utkalika-vallari:

“O handsome, fragrant tamala desire tree blooming in the Vrindavan forest and embraced by the madhavi vine of the goddess ruling this forest! O tree, the shade of whose glory protects the world from a host of burning sufferings, what wonderful fruits do the people find at your feet?”

[  Srila Rupa Goswami, Utkalika-vallari, A Vine of Hopes, text 66 ]

You were born into a family of devotees, you lived a fully Krishna conscious life and you departed in the holy dhama of Sri Vrindavan chanting the holy names. Let me now describe in detail your journey from that point on. Most surely it corresponds with Srila Rupa Goswami’s description of entering into the eternal realm of Vrindavan in his famous poem, Uddhava-sandesa. Krishna is speaking to Uddhava:

“Oh my brother, the path you will follow to faraway Nadisvara Hill is said to be beautiful, straight and good. When you fall into the ocean of bliss in Gokula I will become very happy. When a friend becomes happy, good persons think themselves happy too. “

“First you should go to the place named Gokarna, where Lord Siva, who captains the ship that leads people out of the ocean of troubles stays. O wise one, nearby you should go to the place where the Yamuna meets the Sarasvati, a place that fulfills the living entities’ desires.”

“It is this place that I first entered Mathura. There I was kissed by waves of sidelong glances from a host of beautiful women who said, ’O slender friend, we have become most fortunate, for the graceful flutist whose music made the gopis’ garments slip now walks on the pathway of our eyes.’”

“From that place, flooded with bliss, please take the nearby path to Ambikavana, where, rescuing Nanda from a snake in Kaliya lake, and delivering a Vidyadhara, I gave a festival of happiness to the cowherd girls of Vraja.”

“O wise one, don’t take your chariot on the path that goes by the hilly place on the Yamuna’s bank where Kuvavalapida again and again attacked Me with his tusks. Saintly persons never take the paths where the demoniac walk.”

“Avoid the southern path. Go north to the king of holy places, a place beautiful with many blossoming sumanah flowers and graceful birds, the place where, by My mercy, Akrura first saw the world of the gopas.”

“Even if you don’t wish to pass by the doors of the yajnika-brahmanas who because they slighted Me are not dear to you, you should still glance at the brahmanas’ wives, who are always singing my glories. If you do not wish to see them, your eyes will be cheated of something very valuable.”

“Then please quickly go to the place named Kotika, which is near Mathura city, and which is filled with a great circle of blossoming trees. When I walked through that place, a girl picking flowers uncovered part of her shoulder and smiled at Me.”

Dearest Vallabhi, Srila Rupa Goswami’s beautiful description of a pilgrim’s journey into Vrindavan continues in his poem, as will the Lord’s mercy upon you as He guides you further on this path of pure devotion to His lotus feet. As such your love for Vrindavan and the Divine Couple will blossom day by day. Such things are attainable for those who follow our beloved Srila Prabhupada, as he indicated to one of my godsisters early in our movement:

 “As your devotional service becomes mature you shall see Krishna more and more, and more and more you shall realize the qualities of the holy land of Vrindavan.”

[ Letter to Hladini dasi, January 28, 1973 ]

Dear Vallabhi, I once asked my godbrother, Tamal Krishna Goswami, what is the most important characteristic of a disciple. He immediately replied, “Guru-nistha, faith in the spiritual master.” You embodied that faith, and it was your most endearing quality. I then asked him, “What is the greatest challenge in becoming an initiating spiritual master?” He paused for a moment and then replied softly: “Sometimes you are obliged to accept disciples who are more advanced than yourself.”

I am so fortunate to have you, and so many others like you, as my disciples. I will never forget you. Your final words to me, in a prophetic message text ed only minutes before you left this world, will always remain with me. We had been discussing how we’d soon be serving in different countries. Little did we know it would be different worlds.

You wrote:

“I will be waiting to serve you Srila Gurudeva.”

Please be patient Vallabhi. I’ll be Home soon enough. And as Srila Prabhupada said, “One day we’ll have our ISKCON in the spiritual world.”

Your ever well-wisher,

Indradyumna Swami

_______________________

, ,

Игры святого имени

Том 9, глава 3
1 – 15 марта 2008, Атланта, Джорджия, США

 

В начале марта я вылетел из Лос-Анжелеса в Атланту, где должен был пересесть на рейс до Сантьяго, Чили. Прошло уже три года с моего последнего приезда туда, и я с нетерпением ждал встречи с преданными этой ятры.

Когда самолет приземлился в Атланте, я отправился в зал посадки на рейс до Сантьяго. Он был переполнен, и единственное свободное кресло было прямо перед экраном телевизора, по которому шли новости. Показывали репортаж о женщине, которой стало плохо во время полета в Соединенных Штатах.

Когда она попросила стюардессу дать ей кислородную маску, ей отказали. Через несколько минут женщина попросила еще раз, и стюардесса, видя ее отчаяние, попыталась помочь ей, но кислородный баллон не работал. Вскоре после этого женщина умерла.

Журналист сообщил, что авиакомпания пыталась оправдаться, но было очевидно, что это была халатность экипажа самолета. В конце репортажа гость программы дал советы, как вести себя в ситуации, если кому-то из пассажиров стало плохо: “Вызовите бортпроводника, дайте пострадавшему кислород и постарайтесь его успокоить”.

“Какой ужас, – подумал я. – Можно только представить, как страшно оказаться в такой ситуации во время полета”.

Мне не пришлось долго ждать, чтобы убедиться в этом.

Я вошел в самолет, сел на свое место, тихо повторяя Харе Кришна на четках. Поскольку я часто летаю, меня, в виде поощрения, вместо эконом-класса посадили в бизнес-класс. Люди, сидевшие вокруг меня, должно быть, были богаты, поскольку заплатили за билет тысячи долларов.

Я заметил, что некоторые из них почувствовали себя неуютно в моей компании. Моя соседка, шлифовавшая ногти, подозрительно покосилась на меня. Мужчина, сидевший рядом с ней и читавший журнал “Уолл Стрит”, посмотрел на меня и неодобрительно покачал головой. Женщина рядом со мной ничего не ответила, когда я спросил её, впервые ли она летит в Сантьяго.

Не желая привлекать к себе еще больше внимания, я убрал четки и достал книгу. Когда последний пассажир поднялся на борт, члены экипажа приступили к своим обычным обязанностям, готовясь к закрытию люков. Я вежливо улыбнулся стюардессам, которые прошли мимо меня в хвостовой отсек самолета.

Неожиданно человек, сидевший через проход от меня, забился в припадке. Его глаза закатились, и изо рта пошла пена. Первое, что пришло мне в голову – что у него инсульт или сердечный приступ. Я быстро осмотрелся, есть ли рядом кто-нибудь из бортпроводников, но все они ушли в хвостовой отсек.

Пассажиры вокруг меня застыли в шоке. У женщины, полировавшей ногти, пилка застыла в руках. Мужчина, читавший газету, в ужасе смотрел, как больной сползает с кресла.

Я вспомнил советы из выпуска новостей, вскочил, схватил мужчину и аккуратно уложил его в проходе. Я постарался успокоить его, но он быстро терял сознание. Я оглянулся – пассажиры по-прежнему пребывали в шоке – эта неприятная сцена нарушила спокойное течение их благополучной жизни.

– Кто-нибудь, позовите стюардесс! – крикнул я.

Женщина, сидевшая рядом со мной, закрыла от страха глаза. Остальные отвернулись и стали смотреть в окна.

Я посмотрел на жену больного, которая неудержимо плакала.

– У него эпилепсия? – спросил я.

– Нет! Нет! – неистово воскликнула она.

– Он принял какое-то лекарство? – продолжал я.

– Нет! Нет! – мотала она головой.

– У него бывали проблемы с сердцем? – спросил я.

– Пожалуйста, спасите его! – закричала она.

Ее муж стал задыхаться. Я постарался положить его так, чтобы ему было легче дышать. Также я стал повторять святые имена, сначала тихо, а потом все громче и громче, поскольку показалось, что он умирает.

Я посмотрел на пассажиров по соседству – они просто сидели, молча уставившись на нас.

– Кислород!- закричал я.

Никто не пошевелился.

Мне нужно было что-то сделать, чтобы заставить их помочь мне.

– Христа ради! – воскликнул я. – Кто-нибудь, принесите проклятый кислородный баллон, или человек умрет!

Это сработало. Двое мужчин вскочили и побежали на кухню. Через несколько секунд они вернулись с кислородным баллоном. Пока они пытались его включить, я надел маску на мужчину. Угловым зрением я заметил стюардесс, бегущих по проходу.

Через мгновение они были рядом и взяли ситуацию под контроль – включили кислород и вызвали по телефону медработника. Пришел командир экипажа и потребовал, чтобы доставили дефибриллятор, устройство, используемое в скорой помощи при сердечных приступах.

Зажатый со всех сторон, я не мог отойти в сторону и сел прямо посреди этого безумия. Мужчина продолжал биться в конвульсиях, размахивал руками, а лицо его искажали гримасы боли. Поскольку я больше не мог предложить какой-то практической помощи, я продолжал четко повторять мантру, чтобы он мог слышать каждый слог святого имени. В какой-то момент он ненадолго пришел в себя, и наши глаза встретились.

Я хотел сказать ему, что все будет хорошо, но почувствовал, что это не тот случай. Я подался вперед и стал повторять еще громче, надеясь, что если ему суждено оставить тело, то пусть ему повезет сделать это под звуки святого имени Господа.

Я повторял мантру, пока бортпроводницы пытались ему помочь. Я все думал, когда же будет бригада медиков. Время от времени бортпроводницы перекладывали мужчину, чтобы ему было удобнее. В конце концов, когда, казалось, уже прошла целая вечность, появилась команда медиков.

Я поднялся и сел на место пострадавшего, его положили на носилки и быстро унесли. Жена последовала за ним. К этому моменту он был практически неподвижен.

– Он может не выжить, – услышал я слова одной из бортпроводниц.

Я вернулся на свое место и снова стал повторять мантру на четках. Мое сердце все еще колотилось, а адреналин бурлил в крови. Ко мне подошла стюардесса и предложила стакан воды.

Успокоившись, я посмотрел по сторонам. Женщина, полировавшая ногти, дружелюбно улыбнулась мне, как бы в знак того, что благодарна за то, что я сделал. Я посмотрел на мужчину с газетой, и он одобрительно кивнул мне головой. Женщина, сидевшая рядом со мной, наконец, заговорила.

– Спасибо, – сказала она.

Вскоре люк самолета закрылся. Я был изнурен случившимся и скоро заснул. Когда я проснулся, полет благополучно продолжался, и большинство пассажиров спали.

Я сидел в темноте и размышлял над происшедшим.

“Мы никогда не знаем, – думал я. – Мы никогда не знаем, когда подобное произойдет с нами. Обычно мы видим такое только в выпусках новостей, и полагаем, что это может случаться только с другими. Я молюсь о том, чтобы, когда придет мое время, кто-нибудь рядом со мной повторял святые имена”.

Однако чем дольше я думал об этом, тем больше приходил к выводу, что, поскольку я часто путешествую в одиночку, то, когда буду покидать этот мир, легко могу оказаться один либо с группой незнакомцев. Это меня расстроило.

“Что, если я неожиданно умру от сердечного приступа в самолете на высоте 11 000 метров? – думал я. – Или ночью в постели в далекой стране? Но даже самый хорошо спланированный уход в окружении любящих преданных остается непростой задачей. Смерть – трудное испытание для всех. Когда этот день придет, я надеюсь, будут помнить все то служение, что я сделал, а не то, как я умер”.

Я вспомнил историю, которую слышал недавно. Одного человека спросили, как его друг оставил тело. “Не спрашивайте меня, как он умер, – ответил он. – Спросите лучше, как он жил”.

Через девять часов наш самолет приземлился в Сантьяго. Пока пассажиры выходили, старшая бортпроводница подошла ко мне и попросила задержаться на несколько минут. Я терпеливо сидел, и когда все вышли, она вернулась с несколькими стюардессами.

– Мы хотели поблагодарить вас за своевременную помощь тому человеку, – сказала она. – Возможно, вы спасли ему жизнь.

– Я счастлив, что смог помочь, – ответил я, – хотя не сделал ничего существенного. Это вы оказали ему медицинскую помощь, в которой он нуждался.

– За что мы вам действительно признательны, – сказала другая стюардесса, – так, что благодаря вам все сохраняли спокойствие. Когда вы пели, казалось, что все будет хорошо.

– Да, – подтвердила третья стюардесса. – Это было что-то особенное, так успокаивающе.

– А что именно вы пели? – спросила еще одна стюардесса.

– Я воспевал имена Бога, – ответил я. – Я последователь индийской религии, в которой Бога называют Кришной. В священных писаниях древней Индии говорится, что когда повторяют имя Бога, страх уходит.

– Сейчас мы это понимаем, правда, девочки? – сказала старшая бортпроводница.

– О да, – ответили они.

– Благодарим вас за это, – сказала одна из стюардесс.

– Это не моя заслуга, – ответил я с улыбкой. – Это все святые имена Господа. Поэтому в следующий раз, когда произойдет что-нибудь ужасное, помните, что нужно петь Харе Кришна.

– А можете записать нам слова этой песни? – попросила стюардесса.

– Да, конечно, – ответил я.

Я написал им слова маха-мантры, отдал листок и потянулся за своей ручной кладью. Но стюардессы опередили меня, взяли мои вещи и проводили до дверей. Когда я проходил иммиграционный контроль и получал багаж, я не мог не восхищаться играми святого имени.

В Шримад-Бхагаватам говорится:

тасмат санкиртанам вишнор
джаган мангалам амхасам
махатам апи кауравйа
виддхй аикантика нишкритам

“Шукадева Госвами продолжал: Мой дорогой царь, воспевание святого имени Господа способно искоренить даже последствия величайших грехов. Поэтому воспевание в движении санкиртаны – это самая благоприятная деятельность во всей вселенной. Пожалуйста, попытайся осознать это, чтобы и другие восприняли это серьезно”.

[ Шримад-Бхагаватам 6.3.31 ]

, ,

Друг не имеющих прибежища

Том 6, глава 1
24 декабря 2004, Польша

 

Мой осенний проповеднический тур в Польше подходил к концу, и я все чаще стал думать о Вриндаване и своем предстоящем визите в трансцендентную обитель. Каждый год с наступлением месяца Карттика я жажду приобщения к духовной атмосфере святой дхамы. Для проповедника это лучшее место для отдыха, восстановления и, главное, для большего погружения в сознание Кришны.

Когда преданный становится старше и привязанность к материальным радостям начинает увядать (неважно, итог ли то духовного продвижения или же старения тела), он все серьёзнее относится к возможности посещать святые места. Когда я был моложе, то ездил в Индию, чтобы посмотреть на экзотику, пообщаться со своими друзьями-преданными, приезжающими со всего мира и поучаствовать в крупных фестивалях. Сейчас же я еду в Индию в основном чтобы принять прибежище Вриндавана, умиротворённо повторять святые имена в его святой атмосфере, молиться предыдущим ачарьям о милости и размышлять об играх Господа. Даже сейчас, на склоне лет, желанная цель – любовь к Богу – всё ещё ускользает от меня, и если есть какая-то надежда обрести чудо этой любви, так это в Шри Вриндавана-дхаме.

“Где все спонтанно, без усилий обретают чистую любовь к Шри Кришне? Где Бог являет нам для игр Свой высочайший чудный облик? Где явлено благое царство служенья лотосным стопам Шри Кришны? Слушай, брат мой, об этой тайне… всё это здесь, во Вриндаване”.

[ Шрила Прабходананда Сарасвати, Вриндавана-махимамрита, глава 1, стих 24 ]

Достижение такой возвышенной ступени сознания Кришны подразумевает также и распространение послания Господа Чайтанйи по всему миру. Потому у многих проповедников формула такова: одиннадцать месяцев проповеди на западе и единственный месяц бхаджана в святой дхаме. Я с нетерпением ждал этих драгоценных недель на земле Кришны.

Что делало поездку во Вриндаван этого года ещё более волнующей, так это то, что меня собирался сопровождать мой младший брат Пит. Его история чудесна сама по себе… то, как он поднялся с самых глубин заблуждений и страданий до царства любви и блаженства.

В августе Пит решил покончить с собой. После 25 лет приема наркотиков и нищеты последних пяти лет жизни он решил, что с него хватит. Последний раз мы виделись с ним шесть лет назад в Америке, на похоронах нашей матери. С тех пор я о нём не слышал. Позже я узнал, что наследство, полученное им от матери, было присвоено бесчестными адвокатами. Его оставили без средств к существованию, попросту говоря, выкинули на улицу. Ночевать ему приходилось, согнувшись в три погибели, в картонных коробках близ магазинов или в кустах около железнодорожных составов в нашем родном городке в Калифорнии. Пищу он добывал, роясь в уличных мусорных баках. Он так глубоко увяз в гуне невежества, что не стирал одежду, а носил, пока она не испачкается окончательно, а перед тем как выбросить, крал новую в магазине или получал ее как милостыню в Армии спасения.

В конце концов он потерял все. Детский спальный мешок, доходивший ему лишь до пояса, и одежда на нём умещались в небольшую сумку. Скитаясь из города в город, он то жил с кем-нибудь в таких же невыносимых условиях, то в одиночку, когда не хотел, чтобы другие видели накатывавшие на него жестокие приступы депрессии.

Долгие годы живя на улице даже зимой, он перезнакомился с кучей инфекций и болезней. В какой-то момент злокачественная опухоль на его лице стала такой большой, что, проникнувшись состраданием, какой-то доктор бесплатно прооперировал его, оставив с бесформенным носом.

Изо дня в день он находил убежище в том, что притупляло боль его существования: в наркотиках. Он отдавал предпочтение амфетаминам или “ускорителям” на жаргоне. Беспечный по натуре, он легко заводил друзей, и продавцы наркотиков бесплатно давали ему, что он просил.

Но видимое облегчение от наркотиков в действительности только осложняло ситуацию, и в итоге к концу лета он решил покончить с собой. Впервые за всё время он жил с женщиной, которую встретил несколькими месяцами раньше. Линда Сью столкнулась с такой же судьбой, что и Пит: развод сделал ее бездомной, и она так же обратилась к наркотикам. Правительство отобрало у нее двух детей, но она сняла комнатушку в Сан-Францисском гетто, и их вернули под её опеку.

Однажды в мусорном баке на улице они нашли старый компьютер. Притащив его в местный компьютерный магазин, они так расположили к себе владельца, что он согласился бесплатно отремонтировать его. Пит пользовался компьютером впервые. Линда Сью в шоке обнаружила, что он заказал в Интернет-магазине множество смертельных таблеток. Она напрямую спросила его, что это значит, и он признался, что всерьёз подумывает о самоубийстве. В отчаянии она выспрашивала, есть ли у него хотя бы кто-то из родных, надеясь, что они смогут убедить его не расставаться с жизнью. Когда он сказал, что у него есть старший брат, она убедила его найти меня в Интернете и попросить о помощи.

Проблема была в том, что Пит не мог вспомнить, как пишется моё имя, хотя мы и провели какое-то время вместе во Франции, когда я уже был преданным. В 1983-м я пригласил его в Париж погостить у меня несколько недель. Это был нелёгкий визит. К сознанию Кришны его интерес был весьма невелик, и мне было сложно удерживать его от наркотиков и алкоголя. Только в последний день нашего общения промелькнула какая-то надежда. Он опаздывал на самолёт, встревоженный, я искал его по всему храму. Я нашел его в храмовой комнате приносящим дандаваты Радха-Париж-Ишваре. Он лежал довольно долго, а когда поднялся, почтительно встал перед Божествами со сложенными ладонями. С изумлением я смотрел через чуть приоткрытую дверь, как он с чувством молится Радхе и Кришне. Я не слышал, что он говорит, но явно, он обретал прибежище. Две-три минуты спустя он снова предложил поклоны и вышел.

И вот 21 год спустя Пит набирал в Google буквы моего имени в разных комбинациях. Ничего не получалось. Наконец, под утро он набрал правильное сочетание, и система выдала множество ссылок. Первой он выбрал www.traveling-preacher.com*

Поражённый найденным, он провёл остаток ночи и весь следующий день в чтении глав моего дневника. Вечером, прежде чем в изнеможении провалиться в сон, он сказал Линде Сью: “Я бы хотел связаться с братом”.

Вскоре после этого, будучи в Польше, я просматривал электронную почту. Я не знал, что Пит ещё жив. Я много лет разыскивал его через полицию, друзей в Америке и интернет. Зная о его склонности к наркотикам, я пришёл к выводу, что он мёртв. И был шокирован, получив письмо от Линды Сью:

“Меня зовут Линда Сью ДеЛэйни. У меня есть парень Питер. Мы познакомились в прошлом году. Я была бездомной, и правительство забрало моих детей и определило в приют. Питер тоже был бездомным. Последние три года он жил в палатке в горах. Я покончила с бродяжничеством. Недавно мне отдали моих детей. Мы живём в гетто в Сан-Франциско.

Я беспокоюсь о Питере, он так долго жил аутсайдером, и жизнь его настолько трудна, что сейчас очень трудно его расшевелить. Он легко впадает в депрессию, а недавно заговорил о самоубийстве.

Он нашёл ваш сайт и показал мне. Он был так счастлив прочитать о вашем служении и путешествиях. Я вдохновляла его написать, но он слишком смущён. Я позволила себе написать сама и была бы очень благодарна, если бы вы смогли написать или позвонить ему. Связь с вами означала бы всё для него.

Искренне ваша, Линда Сью”

Я немедленно позвонил им. Линда Сью ответила и передала трубку Питу.

– Пит, это твой старший брат, – сказал я.

Ответа не было. Я слышал, как Линда Сью рядом убеждает его ответить.

– Пит, – продолжал я, – я искал тебя годами. Я никогда не забывал о тебе, и сейчас я здесь для тебя.

Я чувствовал, как он работает над собой, чтобы набраться храбрости и выдавить из себя хоть слово.

– Пит! – громко воскликнул я.

– Харе Кришна, – тихо сказал он.

Весь следующий час мы вспоминали детство и короткую встречу во Франции. Я попросил Пита быть со мной откровенным и рассказать о своей жизни все, ничего не скрывая.

– Почему ты не позвонил мне? – спросил я чуть позже. Он замялся:

– У меня не было даже жетона на телефонный звонок. Вот как всё было плохо. Это смущало меня.

– Я твой брат, – сказал я, – со мной ты можешь поделиться чем угодно.

Он продолжил свой рассказ, и слушать мне было нелегко. Несколько раз его скудные пожитки грабили, а сам он подвергался побоям. Несколько его друзей с улицы умерли из-за наркотиков или переохлаждения у него на глазах.

– Как тебе удавалось выносить всё это? – спросил я.

Он снова сделал паузу.

– Когда мне было совсем худо, я повторял Харе Кришна.

Я онемел.

– Хотя тогда во Франции я и вёл себя, как безумец, но я всегда слушал эту мантру. Она засела у меня в мозгу. Я понял, что это своего рода прибежище. И она защищала меня. По всем обычным меркам, я уже давно должен был умереть.

Я не верил своим ушам!

– Так продолжай воспевать! – сказал я. – И выкинь свои мысли о самоубийстве.

– Я больше не могу, – ответил он. – Спасибо за звонок.

– Это только начало, – сказал я. – Кришна отвечает на твои молитвы, и на мои тоже.

“Господь Кришна – подобный солнцу, рассеивающему тьму,
лодке для тонущего, приятному дождевому облаку для умирающего от жажды,
баснословному богатству для измученного нищетой
и безупречному врачевателю для того, кто поражён самой болезненной немочью, –
явился, чтобы даровать благо всем нам”.

[ Шри Вйаса, текст 51 “Падйавали” Рупы Госвами ]

На следующий день я позвонил Питу и Линде Сью и сказал, что отвезу их вместе с двумя её детьми в Польшу на десять дней на фестиваль Вудсток. Они онемели.

– У нас нет паспортов, – возразила Линда Сью. – А денег нет даже на автобус, чтобы добраться до паспортной службы.

– Я всё устрою, – ответил я, – не переживайте.

– Рискованная игра, – сказал мой слуга, когда я повесил трубку. – Он привязан к наркотикам, и она тоже. Таким, как они, очень сложно от этого отказаться. Это может обернуться пустой тратой времени и денег.

– Где жизнь, там надежда, – ответил я с улыбкой.

Когда через 10 дней Пит и его семья приехали, слова моего слуги отозвались в моём уме. И, конечно же, когда Пит и Линда Сью вышли из машины, я увидел, что их глаза красны от приёма очередной дозы.

“Сделаю всё, что смогу и положусь на Господа”, – тихо сказал я, подходя к Питу и крепко обнимая его.

На протяжение нескольких следующих дней мы задушили их любовью и утопили в океане нектара деревни Мира Кришны на Вудстоке. Если и была у них какая-то тяга к наркотикам, на это просто не оставалось времени – ни единой секунды! И откуда бы у них взяться такому желанию? Мы привели их в замечательный мир сознания Кришны, где каждый шаг – танец, каждое слово – песня, и каждый день – праздник.

Они не верили свои глазам: огромные тенты, раздача прасада, культурные выставки, музыкальные группы преданных, люди, всё! Мой духовный брат Б.Б.Говинда Махараджа по доброте своей назвал наше действо величайшим шоу на Земле. Оно расплавило их сердца.

Они обходились без наркотиков на протяжении всего фестиваля и последующей недели. Затем на две недели мы взяли их на север, на Балтийское побережье, для проведения оставшихся фестивалей. Это был рискованный период, но, к моему удивлению, сложностей у них не возникло.

– Индия всегда привлекала меня, – сказала как-то Линда Сью. – Не могли бы вы рассказать мне побольше об их философии?

– Конечно, могу, – ответил я с улыбкой.

В конце она сказала:

– Это именно то, чего я всегда искала. И знаете что, Махараджа? Мы пали так низко. Мы очень сильно страдали. Вы не представляете, как мы вам благодарны.

Как-то Пит подошёл ко мне и сказал:

– Махараджа, как ты думаешь, если я начну повторять джапу на чётках – это будет хорошей идеей?

– Конечно, – ответил я.

– Я думаю повторять два-три круга в день, – сказал он.

– Не меньше шестнадцати, – возразил я с улыбкой.

Его челюсть дрогнула.

– Тебе сейчас 53, – сказал я, – ты должен успеть подготовиться за оставшееся время.

Он замялся в нерешительности.

– Помнишь, как ты молил Кришну о помощи тогда, в Париже, когда тебе было 21? Ты стоял перед Ним со сложенными руками, прося о милости.

Пит смотрел недоверчиво, пытаясь припомнить.

– Хорошо, я это помню, – сказал я. – И то, что ты воспевал Харе Кришна – это ответ Господа на твою молитву.

Убеждённый, Пит сказал:

– Ладно, будет 16 кругов.

Но он не смог повторять 16 кругов в день. Вместо этого он начал повторять 32 круга, испытывая огромное облегчение и столько нектара от святых имён.

Через несколько дней, подойдя ко мне, он сказал:

– С этого дня, клянусь: больше никогда не буду принимать наркотики, пить или курить.

– Это высокий уровень, – ответил я. – Некоторые говорят, что чтобы достичь его, нужно пройти программу реабилитации и присоединиться к “Анонимным алкоголикам”. Большая редкость просто прекратить в один день и больше не возвращаться.

Пит стал серьёзным. Теребя мешочек для чёток, он убеждённо сказал:

– А ещё реже удается получить милость святых имен.

Что я мог ответить? Приводить аргументы против означало бы, что у меня меньше веры в святые имена, чем у него. Я чуть не был посрамлен собственным младшим братом!

Под конец летнего тура Пит и Линда Сью вернулись в Америку, но не в Сан-Франциско. Они понимали, что там было бы слишком много соблазнов. Вместо этого я устроил их в общине преданных в Алачуа, во Флориде. Преданные милостиво согласились помочь им с устройством жилья.

В течение первого месяца их пребывания там мы поддерживали отношения, и всё проходило гладко. Затем, чтобы вдохновить Пита, я предложил отвезти его в Индию.

_________________________

Мы встретились во Вриндаване в первый день Карттики. Он все еще повторял 32 круга в день и, чтобы подготовиться к своему паломничеству, трижды от корки до корки прочел “Источник вечного наслаждения”. Мы ходили вокруг Вриндавана, и его глаза то и дело округлялись, когда я показывал ему трансцендентные места, о которых он читал.

Через несколько дней я спросил его, не слишком ли для него аскетичны зимние подъёмы до восхода солнца и негигиеничные условия в переполненной деревне. Улыбнувшись, он сказал: “Местные аскезы – ничто по сравнению с тем, что мне пришлось пережить. Опыта у меня предостаточно. Мне гораздо легче терпеть все это здесь, а не переживать то, что я оставил там, дома. И здесь я пьянею от святых имён Кришны больше, чем от всех препаратов, что принимал в Соединённых Штатах!”

Месяц Карттики пролетел быстро. Я наслаждался, делясь с братом всем, чему научился за 35 лет жизни преданного. Он был хорошим слушателем. Он страдал так, как только может страдать человек, и потому оказался восприимчив к позитивной альтернативе сознания Кришны. Будучи преданным уже с того дня, как предался Радхе и Кришне 21 год назад в Париже, он молился Им, и его молитва, хотя и предложенная в младенчестве духовной жизни, была принята Господом близко к сердцу. И в конечном счёте Он и устроил всё так, чтобы привести Пита домой, в Шри Вриндавана-дхаму.

Так могущественна мольба человека в отчаянии – и такова благословляющая луна беспричинной милости Кришны.

“Я тону в исполненном страданий бездонном водовороте повторяющихся рождений и смертей.
О Господь! О друг не имеющих прибежища, о сияющая луна милости, пожалуйста,
хотя бы сейчас, единственный раз, скорей протяни руку, чтобы спасти меня”.

[ Шри Рупа Госвами, текст 61 “Падйавали” ]

_______________________

* первое название сайта www.travelingmonk.com