, , , , , , , ,

In Memoriam / В память

Моя дорогая Враджа Валлабхи, пожалуйста, прими мои благословения. Вся слава Шриле Прабхупаде.

Ты покинула этот мир, но я молюсь, чтобы мои слова дошли до тебя посредством трансцендентной реальности, где бы ты сейчас не служила — будь это наш мир или же лотосные стопы Радхи-Шьямасундары в мире духовном. Я убежден в последнем, поскольку  Шрила Рупа Госвами пишет в «Матхура-махатмье», цитируя «Сканда Пурану»:

сарпа даштах пашу хатах
павакамбху винашитах
лабда памртйаво йе ча
матхуре мам лока гаха

 «Те, кого укусила змея, кто убит животным, погиб в огне, воде или иной неестественной смертью во Враджа-мандале, непременно становятся жителями Моей собственной духовной планеты».

[«Сканда Пурана», Маргашиша-махатмья, глава 17, стих 50]

Дорогая моя духовная дочь, несмотря на то, что я твой духовный учитель, вроде бы и знающий шастры, и утвердившийся в преданном служении, ничто не смогло подготовить меня к твоему внезапному, непредвиденному уходу. Это не слабость, скорее это природа любви, любви гуру к своему ученику и ученика — к гуру. В письме от 28 сентября 1966 г. Шрила Прабхупада пишет:

«С первого своего взгляда на меня мой духовный учитель смотрел на меня с такой любовью. Это было на моем самом первом даршане с ним — тогда я научился любить. По своей безграничной милости он привлек такого недостойного человека, как я, к исполнению некоторых своих пожеланий. По своей беспричинной милости он занял меня в проповеди послания Шри Рупы и Шри Рагхунатхи».

Точно так же, Валлабхи, из-за твоей любви ко мне, явленной в непрерывном бескорыстном служении, проявилась и моя благодарность и любовь к тебе, как к моей духовной дочери. Благодаря присущим тебе талантам, очевидным всем и каждому, ты стала инструментом при организации и проведении всех моих основных проповеднических программ на протяжении многих лет: от фестиваля Индии в Польше до «Мирной деревни Кришны» на Вудстоке; начиная с масштабных фестивалей в Гуджарате и Махараштре и заканчивая фестивалями здесь, во Вриндаване на Картику. Сказать по правде, без тебя у меня не было бы такого успеха. Я полностью зависел от твоего служения, твоей помощи в распространении сознании Кришны по миру. Как же мне быть теперь, когда ты ушла?

В этом же настроении Шрила Прабхупада написал одному ученику 22 января 1976:

«Ты не выдержишь без моей милости, а я не выдержу без твоей. Это обоюдно. Это взаимозависимость, основанная на любви – сознании Кришны».

Вне всяких сомнений, я всегда понимал безупречность твоего служения. Какой бы сложной ни была задача, например, организовать киртана-мелу «Священные звуки» в Нью Говардхане, мне было достаточно только сказать: «Валлабхи, пожалуйста, сделай это». Теперь, когда ты ушла, это больше не будет столь же простым – и столь же приятным. Благодаря твоей радостной улыбке, твоему энтузиазму и стремлению угодить другим, служение в твоем обществе было одним удовольствием. Моя дорогая духовная дочь, я не могу должным образом выразить, как сильно я буду скучать по тебе!

В очередной раз мудрость поэта Джорджа Элиота подтверждает истину: «Только в страданиях разлуки мы постигаем глубину любви».

Дорогая Валлабхи, некоторые самые теплые мои воспоминания будут о времени, проведенном здесь, в святой обители Шри Вриндаван-дхамы. Многие годы ты помогала Расике Широмани даси и ее супругу Говинда Чарану дасу устраивать большие Картика-парикрамы. Дело это, мягко говоря, чрезвычайно сложное – но ты всегда находила время сесть, послушать лекцию и насладиться святыми именами в киртане. Как-то вечером на очень уж вдохновенном бхаджане ты сказала подруге: «Мне было бы за счастье оставить тело среди такого великолепного воспевания святых имен».

По сути, ты это и сделала. В роковой день своего ухода ты ехала на ретрит, посвященный святому имени на Говардхане. Преданные, которые были вместе с тобой в рикше, сказали мне, что ты всю дорогу вдохновенно повторяла джапу, и всего через несколько минут после того, как вы проехали священную Радха Кунду, произошла авария. Ты тут же оставила тело. Это был трагический случай – но благодаря ему ты смогла достичь желания своего сердца. Такова всемилостивая природа Шри Вриндавана. Шрила Рупа Госвами пишет в «Уткалика-валлари»:

«О великолепное благоуханное древо желаний тамала, цветущее в лесу Вриндавана, увитое лозой мадхави богини-повелительницы этого леса! О дерево, сень славы которого защищает мир от несметного множества жгучих страданий, – какие же удивительные плоды находят люди у Твоих лотосных стоп?»

[ Шрила Рупа Госвами, Уткалика-валлари, Лоза надежд, текст 66 ]

 

Ты родилась в семье преданных, жила в полном сознании Кришны и ушла в святой Шри Вриндавана-дхаме, повторяя святые имена. Позволь мне теперь описать в деталях твое путешествие с этого момента. Несомненно, оно совпадет с описанием Шрилой Рупой Госвами вхождения в вечные пределы Вриндавана в его знаменитой поэме «Уддхава-сандеш». Кришна говорит Уддхаве:

 

«Брат мой, говорят, дорога к далекому холму Нандишвары красива и легка. Лишь только ступишь в океан блаженства Гокулы, Я стану счастлив. Коль счастлив человек – становятся счастливыми его друзья.

Сначала отправляйся в место, что называется Гокарна; там будет Шива главным на корабле, что вызволяет всех из океана бед. Затем, мудрейший, – туда, где исполняются желанья джив: Ямуна там встречает Сарасвати.

В этом самом месте впервые Я вступил в Матхуру. И волны поцелуев, украдкой брошенных взглядами множества красавиц, мне говорили: «О грациозный друг! Воистину, удача с нами: изысканный флейтист, чья музыка приводит в беспорядок одежды гопи, теперь пересекает путь наших глаз».

С этого места, полного блаженства, держись дороги к Амбикавану – туда, где избавляя Нанду от змея с озера Калии, Я Видъядхаре дал свободу, устроив для пастушек Враджа праздник.

О мудрый, не направи колесницу к холмам по берегам Ямуны, где Кувалайпида без устали бросался на Меня своими бивнями. Святые никогда не следуют путями демонов.

Избегай южного пути. Следуй на север – к царю среди святейших мест, туда, где множество цветов сумана и трели птиц, туда, где милостью Моей Акрура впервые увидал мир пастухов.

Если не хочешь проезжать мимо дверей браминов, вершащих ягьи, которые впали в твою немилость, проигнорировав Меня, всё же взгляни на тех, кто постоянно поет Мне славу – их жен. Не захотя увидеть их, упустишь нечто дорогое.

Затем скорее поезжай в Котику неподалеку от Матхуры, – туда, где все кругом в деревьях в цвете. Я как-то проходил по тем местам: одна пастушка, занимаясь садом, вдруг увидав Меня, смутилась от неприкрытого плеча и чуть заметно улыбнулась».

 

Дорогая Валлабхи, великолепное описание Шрилы Рупы Госвами путешествия паломника во Вриндаван продолжается в поэме дальше, как и милость Господа к тебе. Пусть Он и дальше направляет тебя на этом пути чистой преданности Его лотосным стопам. И твоя любовь к Вриндавану и Божественной Чете будет расцветать день ото дня. Такие вещи достижимы для тех, кто следует за нашим возлюбленным Шрилой Прабхупадой – он обозначил это одной из моих духовных сестер на заре нашего движения:

«По мере того, как твое преданное служение будет становиться все более зрелым, ты станешь все больше и больше видеть Кришну, и все лучше и лучше будешь понимать, что такое святая земля Вриндавана».

[ письмо Хладини даси, 28 января 1973 ]

Дорогая Валлабхи, однажды я спросил своего духовного брата Тамала Кришну Госвами, какое качество преданного самое важное. Он тут же ответил: «Гуру-ништха, вера в духовного учителя». Ты была воплощением этой веры, и это покоряло в тебе больше всего. Тогда я спросил его: «В чем самая большая проблема у инициирующего гуру?» Он задумался на секунду и мягко ответил: «Иногда приходится принимать учеников, более продвинутых, чем ты сам».

Мне очень повезло, что ты и многие похожие на тебя преданные – мои ученики. Я тебя никогда не забуду. Твои последние слова ко мне в пророческом сообщении, отправленном за несколько минут до того, как ты покинула этот мир, останутся со мной навсегда. Мы обсуждали, как вскоре будем заниматься служением в разных странах. Разве знали мы, что это будут разные миры.

Ты написала:

«Я буду ждать служения вам, Шрила Гурудева».

Валлабхи, пожалуйста, запасись терпением. Я буду Дома уже скоро. И как говорил Шрила Прабхупада: «Однажды у нас будет свой ИСККОН в духовном мире».

Твой вечный доброжелатель,

Индрадьюмна Свами

 

 

_______________________

My dear Braja Vallabhi, Please accept my blessings. All glories to Srila Prabhupada.

Though you have departed this world I pray that through the transcendental medium my words will be communicated to you wherever you are serving—be it in this world, or at the lotus feet of Radha Syamasundara in the spiritual world. I am convinced it is in the latter, for Srila Rupa Goswami writes in his Mathura-mahatmya, quoting Skanda Purana:

sarpa dastah pasu hatah

pavakambu vinasitah

labda pamrtyavo ye ca

mathure mam loka gah

“Those in Vraja-maṇḍala who are bitten by a snake, killed by animals, killed by fire, water or any other unnatural cause certainly become residents of My very own spiritual planet.”

[ Skanda-purnam, Margasisa-mahatmya, chapter 17, verse 50 ]

My dear spiritual daughter, although I am your spiritual master, supposedly learned in sastra and fixed in devotional service, nothing could prepare me for your sudden and unexpected departure. This is not a weakness, rather it is the nature of love; the love of a guru for his disciple, and a disciple for her guru.

In a letter on September 28, 1966, Srila Prabhupada wrote:

“At his first sight of me my spiritual master also saw me with such love. It was in my very first darsan of him that I learned how to love. It is his boundless mercy that he has engaged an unworthy person like me, in fulfilling some of his desires. It is his causeless mercy to engage me in preaching the message of Sri Rupa and Sri Raghunatha.”

In the same way, Vallabhi, it was from your love for me, demonstrated through your continuous selfless service, that my appreciation and love for you as my spiritual daughter, manifested. Because of your inherent talents, recognized by one and all, you were instrumental in the organization and running of all my major preaching programs for many years; from the Festival of India in Poland, to Krishna’s Village of Peace at Woodstock, throughout the grand festivals in Gujarat and Maharashtra and here in Vrindavan during Kartika. I can honestly say I would not have been successful without you. I was fully dependent on your service in helping me preach Krishna consciousness around the world. What will I do now that you are gone?

It was in this mood that Srila Prabhupada wrote to a disciple on January 22, 1976:

“You cannot survive without my mercy and I cannot survive without your mercy. It is reciprocal. This mutual dependence is based on love – Krishna consciousness.”

Indeed, I was always aware of your excellence in service. Whenever a difficult task came up, such as organizing the Sacred Sounds kirtan mela at New Govardhana, it was enough to simply say to you, “Vallabhi, please get it done.” Things won’t be so easy now that you’re gone—and not as relishable, either. It was your joyful smile, your enthusiasm, and your determination to please others that made performing devotional service such a pleasure in your association. My dear spiritual daughter, I cannot properly express how much I will miss you!

Once again, the wisdom of the poet George Eliot rings true: “Only in the agony of parting do we look into the depths of love.”

Dearest Vallabhi, some of my fondest memories will be of our time spent here in this holy abode of Sri Vrindavan dhama. For many years you assisted Rasika Siromani dasi and her husband, Govinda caran dasa, in organizing large Kartika parikramas. It was an overwhelming task to say the least, but nevertheless you always found time to sit and hear the lectures and relish the kirtans of the holy names. Just the other night you said to a friend during a particularly enthusiastic bhajan, “I would be happy to leave my body in the midst of such beautiful singing of the holy names.”

And, in essence, that’s exactly what you did. On that fateful day you departed, you were on your way to the Holy Name retreat at Govardhan Hill. Devotees who were in the vehicle with you told me you were enthusiastically chanting japa all the way when, just minutes away from sacred Radha Kunda, the accident happened. You left your body immediately. Though it was a tragic demise, it enabled you to achieve your heart’s desire. Such is the all-merciful nature of Sri Vrindavan. Srila Rupa Goswami writes in Utkalika-vallari:

“O handsome, fragrant tamala desire tree blooming in the Vrindavan forest and embraced by the madhavi vine of the goddess ruling this forest! O tree, the shade of whose glory protects the world from a host of burning sufferings, what wonderful fruits do the people find at your feet?”

[  Srila Rupa Goswami, Utkalika-vallari, A Vine of Hopes, text 66 ]

You were born into a family of devotees, you lived a fully Krishna conscious life and you departed in the holy dhama of Sri Vrindavan chanting the holy names. Let me now describe in detail your journey from that point on. Most surely it corresponds with Srila Rupa Goswami’s description of entering into the eternal realm of Vrindavan in his famous poem, Uddhava-sandesa. Krishna is speaking to Uddhava:

“Oh my brother, the path you will follow to faraway Nadisvara Hill is said to be beautiful, straight and good. When you fall into the ocean of bliss in Gokula I will become very happy. When a friend becomes happy, good persons think themselves happy too. “

“First you should go to the place named Gokarna, where Lord Siva, who captains the ship that leads people out of the ocean of troubles stays. O wise one, nearby you should go to the place where the Yamuna meets the Sarasvati, a place that fulfills the living entities’ desires.”

“It is this place that I first entered Mathura. There I was kissed by waves of sidelong glances from a host of beautiful women who said, ’O slender friend, we have become most fortunate, for the graceful flutist whose music made the gopis’ garments slip now walks on the pathway of our eyes.’”

“From that place, flooded with bliss, please take the nearby path to Ambikavana, where, rescuing Nanda from a snake in Kaliya lake, and delivering a Vidyadhara, I gave a festival of happiness to the cowherd girls of Vraja.”

“O wise one, don’t take your chariot on the path that goes by the hilly place on the Yamuna’s bank where Kuvavalapida again and again attacked Me with his tusks. Saintly persons never take the paths where the demoniac walk.”

“Avoid the southern path. Go north to the king of holy places, a place beautiful with many blossoming sumanah flowers and graceful birds, the place where, by My mercy, Akrura first saw the world of the gopas.”

“Even if you don’t wish to pass by the doors of the yajnika-brahmanas who because they slighted Me are not dear to you, you should still glance at the brahmanas’ wives, who are always singing my glories. If you do not wish to see them, your eyes will be cheated of something very valuable.”

“Then please quickly go to the place named Kotika, which is near Mathura city, and which is filled with a great circle of blossoming trees. When I walked through that place, a girl picking flowers uncovered part of her shoulder and smiled at Me.”

Dearest Vallabhi, Srila Rupa Goswami’s beautiful description of a pilgrim’s journey into Vrindavan continues in his poem, as will the Lord’s mercy upon you as He guides you further on this path of pure devotion to His lotus feet. As such your love for Vrindavan and the Divine Couple will blossom day by day. Such things are attainable for those who follow our beloved Srila Prabhupada, as he indicated to one of my godsisters early in our movement:

 “As your devotional service becomes mature you shall see Krishna more and more, and more and more you shall realize the qualities of the holy land of Vrindavan.”

[ Letter to Hladini dasi, January 28, 1973 ]

Dear Vallabhi, I once asked my godbrother, Tamal Krishna Goswami, what is the most important characteristic of a disciple. He immediately replied, “Guru-nistha, faith in the spiritual master.” You embodied that faith, and it was your most endearing quality. I then asked him, “What is the greatest challenge in becoming an initiating spiritual master?” He paused for a moment and then replied softly: “Sometimes you are obliged to accept disciples who are more advanced than yourself.”

I am so fortunate to have you, and so many others like you, as my disciples. I will never forget you. Your final words to me, in a prophetic message text ed only minutes before you left this world, will always remain with me. We had been discussing how we’d soon be serving in different countries. Little did we know it would be different worlds.

You wrote:

“I will be waiting to serve you Srila Gurudeva.”

Please be patient Vallabhi. I’ll be Home soon enough. And as Srila Prabhupada said, “One day we’ll have our ISKCON in the spiritual world.”

Your ever well-wisher,

Indradyumna Swami

_______________________

, , ,

Святая земля

Том 14, глава 15

12 августа 2017, Вудсток

– Да я терпеть не могу ни вас самих, ни ваши убеждения! – кричал директор школы. – Ни за что и никогда, слышите, НИКОГДА, я не сдам вам больше школу на время Вудстока. – С этими словами он хлопнул дверью, оставив потрясенную Нандини даси застывшей на месте. Другого варианта размещения более чем семисот преданных, приезжающих на фестиваль, у нас не было.

Через пятнадцать минут ее четырехлетний сын Алекс, игравший с друзьями неподалеку, отправился к кабинету директора и, как ни в чем ни бывало, зашел к нему. «Я хочу вам кое-что сказать», – начал он. Директор, огорошенный смелостью пацанёнка, решил послушать, что же тот хочет ему сказать.

Спустя несколько лет после этого случая директор говорил Нандини: «Никогда в жизни я не слышал настолько внятной речи у четырехлетнего ребенка, что уж говорить о его убедительных аргументах, почему вам нужна эта школа». Тогда он разрешил нам пользоваться школой – Алекс убедил его, что это будет правильно!

Это было в 2013-м. С тех пор директор радушно встречает нас каждый год, когда мы приезжаем на Вудсток, и даже стал большим поклонником нашего Движения. Когда на прошлой неделе, за два дня до начала двадцать третьего Вудстока два наших автобуса с Украины и Молдовы прибыли к его школе, он, как всегда, лично встречал их.

– Ждите неприятностей, – предостерег он, здороваясь с Нандини.

Он даже не пояснил. Практически все в стране знали, что консервативное правительство не в восторге от Вудстока и намеревается сделать все, что только можно, чтобы помешать его проведению.

– Да я в курсе, – ответила Нандини. – В своей последней попытке прикрыть фестиваль они ввели столько ограничений из-за соображений безопасности, что затраты на его проведение возросли непомерно. Я слышала, организаторы обратились сегодня к общественности с отчаянным призывом о финансовой поддержке.

– Даже если они изыщут средства, – сказал директор, – ограничения настолько жесткие, что будет просто невозможно провести фестиваль нормально. Они планируют тщательно обыскивать абсолютно каждую въезжающую машину. Говорят, что опасаются террористов. Ходят слухи, что на холмах вокруг снайперы, и фестивальное поле будет под прицелом.

На следующее утро я попросил своего водителя Гуру Крипу даса подготовить микроавтобус для выезда на поле Вудстока, где уже трудилось много наших – две недели они монтировали нашу Мирную деревню Кришны.

– Мне нужно полчаса, – сказал он, – надо еще сбегать забрать спецпропуск и удостоверения, которые правительство выдало на нашу машину.

«Надо же… так это правда, – подумал я. – Вудсток в этом году явно будет напряженным».

Через час мы подъехали к грозного вида контрольно-пропускному пункту, установленному на единственной дороге, ведущей к фестивальному полю. Из заграждения внезапно появились шестеро полицейских в полной экипировке, подошли к нашему минивэну – руки на автоматах.

– Водителю остановить машину! – прокричал один из них в мегафон. – Вынуть ключ зажигания и медленно выйти из машины, руки за голову! Всем остальным в фургоне – то же самое. Быстро!

Пока мы стояли на дороге, они прохлопали нас с головы до ног, а потом обыскали машину.

– Теперь залезайте обратно, – сказал тот же офицер.

Немного растерянные от происходящего, мы поплелись обратно.

– Шевелитесь! – рявкнул офицер. Когда мы отъезжали, я встретился с ним взглядом и постарался улыбнуться. Он только зыркнул в ответ. Я отметил номер его полицейского значка, 44. Надо было предупредить остальных преданных, чтобы были осторожны, когда будут проезжать.

При въезде на территорию фестиваля я сказал ехавшим с нами парням: «Им так придется поменять девиз фестиваля с этого «Мир, любовь, рок-н-ролл».

Но лишь только мы добрались до нашей Деревни площадью в полгектара земли, напряжение спало. Парни проделали грандиозную работу, установив все наши яркие тенты, включая главный, более пятидесяти метров в длину.

– Нам повезло, – сказал помогавший преданный-новичок. – Синоптики предсказывали дождь каждый день, но не было ни разу.

– Это не везенье, – поправил я его. – Это милость Кришны. В книге «Кришна» царица Кунти говорит Господу: «Так что, мой дорогой Кришна, нет речи о везеньи или невезеньи; по Твоей милости мы всегда в благоприятном положении». Это было истиной тогда, это истина и сейчас – если только мы служим миссии Кришны, жизнь наша всегда благоприятна.

Прогуливаясь по огромной территории, выделенной для нашей Деревни, я всё удивлялся тому, что мы располагаемся на той же самой поляне уже в тринадцатый раз. «Она стала святой землей, – задумался я. – Чувствуется, что атмосфера поменялась. Ведь мы по многу часов пели здесь святые имена, днями напролет. И не только мы, но и тысячи людей с Вудстока пели вместе с нами Харе Кришна».

– Святая земля! – восторженно воскликнул я. – Воистину! – и все преданные, работавшие на поле, обернулись на меня в удивлении.

«Они друг с другом обсуждают игры Кришны непрестанно и воспевают имена Его, что дарят преданность чистейшую. Чтобы разрушить злодеянья века Кали, они, исполненные счастья, даруют миру знание о Харе Кришна мантре».

[Сарвабхаума Бхаттачарья, Сушлока-шатакам, текст 76]

На следующее утро было собрание всех семисот преданных. Я подчеркнул, что наше присутствие на Вудстоке – событие историческое, и что мы должны воспользоваться возможностью повлиять на молодежь Вудстока посредством святых имен.

– Carpe diem, – начал я. – Этот афоризм на латыни означает «лови мгновение». Семьдесят пять лет тому назад на этом самом месте, где мы сейчас сидим, шли военные действия, с массовым уничтожением населения армиями и союзников, и гитлеровского блока. Никому не было спасения: ни мужчинам, ни женщинам, ни детям. Но сейчас, в мирное время, преданные России, Германии и Америки могут собираться вместе, как братья и сестры, и свободно распространять наше послание. Мы должны делать это, чувствуя безотлагательность: как известно, история часто повторяется. Давайте же петь и танцевать, объединенные одной целью – дать миллиону молодых людей, приехавших на Вудсток, простое и радостное решение проблем на все смутные времена!

Преданные ответили на мои слова ревом одобрения. Вот тогда во мне и появилась уверенность, что Кришна, так или иначе, но позаботится о том, чтобы Вудсток продолжал проводиться.

По традиции день до официального начала фестиваля Вудсток – это «день Харе Кришна». К этому времени большинство народа уже заехало, и в одиннадцать утра мы открываем нашу Деревню. К всеобщей радости, в этом году полноценная раздача прасада в нашем тенте «Пища для мира» началась рано – несмотря на все сложности, связанные с доставкой прасада по перегруженной из-за полицейских проверок дороге. Я был поражен – люди буквально бежали к нашему огромному тенту, услышав, что прасадам у нас продается за символическую плату. Тогда же мы выкатили огромную колесницу Ратха-ятры на единственную дорогу территории фестиваля, и голоса ста преданных слились во вдохновенном киртане. Святая земля становилась всё священнее.

Грохоча, колесница прокладывала свой путь через людскую толчею. Я передал свою цветочную гирлянду какой-то девушке, тянувшей один из канатов. В одной руке у неё была банка пива, в другой – сигарета. Она посмотрела на гирлянду и в момент откинула и пиво, и сигарету.

– Нестыковочка, – сказала она. – Два разных мира.

«Минус один, осталось 999 000», – посмеялся я про себя.

Подходило много молодежи, и чтобы тянуть колесницу, и чтобы попеть с нами и потанцевать. Поначалу я удивлялся, что столько людей знает Харе Кришна мантру. Выхватив из киртана одного взъерошенного парня с диким ирокезом на голове, я спросил его:

– Откуда ты знаешь эту песню?

– Это ж Кали-юга, чувак! – крикнул он, перекрывая шум киртана. – Нет иного пути!

С этими словами он запрыгнул обратно в киртан и продолжил безудержно петь.

Мы специально напечатали привлекательные приглашения в нашу Деревню, и, кажется, никто от них не отказывался. За два часа были распространены все 10 000, что мы захватили с собой в тот день. Когда, обращаясь к ведущему киртана, я выразил свое недовольство тем, что мы не взяли больше, одна девушка услышала наш разговор.

– Вы не волнуйтесь, здесь все знают о Мирной деревне Кришны, – сказала она. – На прошлой неделе на официальном сайте Вудстока был онлайн-опрос, и на вопрос «Где на Вудстоке вы тратите больше всего денег?» – девяносто процентов ответило: «В тенте Харе Кришна «Пища для мира»!

Вечером тент мантра-йоги был набит битком. Махатма даса, Шиварама Свами, Б.Б.Говинда Махараджа, Бада Харидас и Мадхава прабху один за другим вели киртан. Когда в час ночи киртан закончился, я вышел на улицу и с удивлением обнаружил, что в палатке «Вопросы-ответы» до сих пор было около сотни человек. Я высказал свое удивление одному из наших охранников, и тот ответил: «Ну да, я вот тоже стою и смотрю: с киртана они идут в «Вопросы-ответы», потом – в книжную лавку, откуда в большинстве случаев уходят с «Бхагавад-гитой», кулинарной книгой или «Шрила Прабхупада-лиламритой».

Прежде чем вернуться на нашу базу, я подошел к тенту «Пища для мира».

– Как идут дела? – спрашиваю у Расикендры даса.

– 30 000 порций прасада за сегодня, – отвечает он, вовсю улыбаясь. – И мы уже начали готовить на утро.

– Как насчет того, чтобы немного отдохнуть? – спрашиваю я, пораженный.

– Слишком сильный поток нектара, – говорит он, уходя.

Потом оборачивается и добавляет:

– Ах, да! Мы даем маха-прасадам полиции на блокпостах, и они понемногу к нам смягчаются. Сейчас все фургоны с прасадом проходят контроль довольно быстро. Из всех четырех школьных кухонь до фестиваля добираемся всего за тридцать минут.

На следующий день позвонил организатор фестиваля Юрек Овщак и попросил нас быть на главной сцене к торжественному открытию. «Не мог бы ты захватить с собой нескольких своих артистов в их красочных костюмах?» – спросил он. В три часа дня мы подошли к входу на главную сцену, где нас встретили охранники и тут же провели по лестницам за кулисы. Начальник охраны сказал: «Вы следующие после Юрека и тех музыкантов. Проходите прямо в первый ряд. Так вас хорошо будет видно всей трехсоттысячной толпе».

Через несколько минут Юрек вышел на сцену и поблагодарил всех присутствующих за помощь в сборе средств на нужды детских больниц. Сказал, что фестиваль Вудсток – это его благодарность за все их старания. А затем объявил во всеуслышание, что никакая политика не сможет остановить этот фестиваль и что все мы одержали в этом году над оппозицией победу. Смягчив тон, он повернулся к нам с преданными и сказал: «Давайте поблагодарим Мирную деревню Кришны за то, что они с нами, снова со своей вкусной едой и программой!» 300 000 людей зааплодировали, а я помахал им рукой и тихо сказал: «Шрила Прабхупада, молюсь, чтобы вы видели нас сейчас и остались довольны».

Благодаря короткой фразе Юрека наша Деревня вскоре была заполнена до отказа. Там постоянно находилось порядка пяти-десяти тысяч человек: в главном тенте, в очередях за прасадом, в шатре, где рисовали узоры хной. Кто-то был на занятиях по йоге, кто-то – на семинарах, а кто-то просто прогуливался по нашей безупречно чистой территории.

Вечером из Нью-Йорка прилетела Ачьюта Гопи даси и завела всю честную компанию своим ночным киртаном в тенте мантра-йоги.

На следующее утро Нандини, размахивая газетой, бежала ко мне, пока я забирался в минивэн, отправляющийся на фестиваль.

– Гурудева, Гурудева! Смотрите! «Газета Выборча»*, одна из крупнейших газет страны, напечатала на первой полосе хорошую статью о Вудстоке, и на шапке – наш парад Ратха-ятры.

Мы в восхищении уставились на газету.

– Никогда бы не подумал, что мы получим такое признание, это при нынешней-то политической обстановке, – сказал я.

– Все благодаря служению столь многих замечательных преданных в этом году, – сказала она, – ну и, возможно, небольшому везению.

– Это не везение, – сказал я с улыбкой, повторяя сказанные за день до этого слова. – Жизни наши благоприятны из-за милости Кришны.

Когда полчаса спустя наша машина подъехала к контрольно-пропускному пункту Вудстока, я заметил, что полиция проверяла машины уже не так тщательно. Мы подъехали ближе, и полицейский просто посмотрел на нас и махнул рукой, чтобы проезжали.

– Снайперы, похоже, отправлены в отставку, – пошутил я, обращаясь к преданным в машине.

К моменту нашего прибытия раздача прасада уже шла полным ходом.

– Пойду немного пораздаю прасадам, пока не началась Ратха-ятра, – сказал я преданным в машине.

Зайдя в тент «Пища для мира» и выглянув на улицу, я не мог поверить своим глазам: восемь очередей растянулись метров на семьдесят каждая. Присоединившись к одной из команд раздатчиков, я стал раздавать последнее блюдо из всех – халаву. Она всегда пользуется спросом у участников фестиваля. Зачерпнув поварешкой из кастрюли, я положил щедрую порцию на пустую тарелку молодого человека, стоявшего передо мной.

– Ты не берешь ни риса, ни овощей? – удивился я.

– Нет, – был ответ. Парень стоял, уставившись в тарелку.

– Пожалуйста, проходи! – настойчиво попросил один из раздатчиков, видя, что тот продолжает пялиться на халаву. – Тут люди ждут.

– Секундочку, – сказал он с улыбкой, зацепил халаву пальцем и отправил в рот. – Ммммм! – замер он еще на несколько мгновений. – Я ждал целых двенадцать месяцев, чтобы снова испытать этот вкус!

– Достойный ветеран нашего фестиваля, – сказал я ему, мягко намекая, чтобы он отошел в сторону.

Двадцать минут спустя я выбыл из линии раздатчиков, решив: «Надо пофотографировать эти длинные очереди».

Достав фотоаппарат, я сделал несколько снимков людей неподалеку, а затем подкрутил объектив и сфокусировался на тех, что стояли дальше. И, к своему удивлению, увидал в очереди троих полицейских.

Выдвинув объектив до предела, я разглядел их знаки отличия, должности, и тут – потрясающе – значок 44! Это был тот самый полицейский, что был так груб с нами в день нашего заезда на Вудсток.

Я сказал тихонько: «Вы только посмотрите, как меняются людские сердца от общения с преданными Господа!»

Десять минут спустя я уже шел перед колесницей Ратха-ятры, которая вновь не спеша прокладывала свой путь по оживленной дороге. У канатов было больше обычных людей, чем преданных. Прошло сорок пять минут, киртан набрал обороты, и тут внезапно подбежал молодой человек, одетый лишь в заляпаные джинсы и покрытый всевозможными странными татуировками – в буквальном смысле слова, с головы до пят. Он рухнул прямо передо мной на землю, лицом вниз, как будто предлагая дандаваты.

Колесница быстро продвигалась вперед, и я попросил нескольких мужчин убрать его с дороги.

– Аккуратно, – добавил я.

Лишь его подняли с земли, он пробрался вперед и крепко меня обнял. Судя по свежей и въевшейся грязи, а также запаху, исходившему от его тела, он не мылся неделями.

– Уведите его! – скомандовал один из парней преданному рядом с нами.

– Нет, – сказал я, – всё в порядке.

Еще минуту-другую я продолжал вести киртан, а парень висел на мне, но вот, наконец, он меня освободил и пошел рядом, качаясь из стороны в сторону, – очевидно, под влиянием алкоголя или наркотиков.

Двадцать минут спустя я остановился, чтобы петь на одном месте, и он снова упал плашмя на землю передо мной. На этот раз было слышно, как он что-то говорил. Мне даже показалось, что я расслышал слова «Кришна прештая бутале».

«Нет, не может быть», – решил я.

Поднявшись, он снова крепко меня обнял и – к ужасу всех преданных – поцеловал в щеку.

Охранники поспешили вмешаться.

– Всё в порядке, – сказал я. – Он не опасен.

Прошел час – а он всё еще был рядом. Когда, завершив киртан, я собирался передать микрофон другому преданному, этот парень внезапно выхватил его у меня из рук и принялся сосредоточенно, с закрытыми глазами, петь маха-мантру.

«Да как это возможно?» – думал я.

Он пропел несколько строф, и я забрал у него микрофон. Просто это выглядело слишком странно даже для Вудстока: человек, каждый сантиметр тела которого покрыт жуткими татуировками.

Я передал микрофон другому преданному и отошел в сторонку перевести дух. Краем глаза я заметил, что пьяный следует за мной.

– Простите, – сказал он по-английски и в очередной раз меня обнял.

На мгновение я потерял дар речи.

– Простить? – переспросил я.

– Да, – ответил он, понурив голову. – Я ваш падший ученик, бхакта Рафал. Много лет назад я жил на ферме Новый Шантипур на юге Польши. Когда вы приезжали, я вам служил. В сердце своем я принял вас духовным учителем. Вы не узнали меня из-за всех этих татуировок, – сказал он. – Пожалуйста, спасите меня, Гуру Махараджа!

– Всё хорошо, Рафал, – ответил я. – Не беспокойся. Присоединяйся ко всем нашим киртанам сегодня и завтра и ешь много прасада. Попробуй вернуть себе вкус к сознанию Кришны. Чуть позже мы с тобой поговорим подольше, но прямо сейчас – давай обратно на Ратха-ятру.

Мы шли, и он крепко держался за меня. Я мысленно помолился: «Шрила Прабхупада, прошу вас, спасите этого человека».

День в нашей Деревне прошел гладко. Ближе к вечеру Расикендра дас обратился ко мне:

– Шрила Гурудева, – сказал он, – мы потратили на приготовление почти двадцать шесть тонн продуктов. Я думаю, мы раздадим больше 150 000 порций прасада еще до окончания Вудстока. Сегодня утром у нас закончился рис. Я проехался по магазинам и скупил до зернышка весь рис в городе! Владельцы магазинов очень нами довольны!

– Да, всё благоприятно, по милости Кришны, – сказал я.

Я торопился в тент мантра-йоги, горя желанием поскорее присоединиться к киртану Б.Б. Говинды Махараджа, когда ко мне подошел молодой человек.

– Простите, сэр, могли бы вы уделить мне пять минут вашего времени? – взмолился он.

– Если честно, я спешу попасть в тент киртана.., – ответил я нетерпеливо.

– Прошу вас! – сказал он, удерживая меня за руку.

Видя его искренность, я остановился и уже спокойно сказал:

– Да, конечно. Что случилось?

– В прошлом году на Вудстоке мой друг обратился к вам с несколькими вопросами. Вы с ним говорили по-английски, а я не знал языка и ничего не понял. Но я вижу, что после фестиваля он на удивление изменился к лучшему, и все это, говорит, благодаря тому разговору с вами.

Что до меня, минувший год выдался очень сложным. От безысходности, чтобы справиться с тяжелой жизненной ситуацией, я обратился к духовности. Однажды вспомнил, как вы помогли моему другу. И знаете, что я сделал?

– Нет, а что ты сделал? – спросил я.

– Записался на курсы английского языка, чтобы свободно пообщаться с вами на Вудстоке в этом году. Почти что целый год я ходил на занятия по три раза в неделю, а потом даже съездил на две недели в Лондон попрактиковаться в английском.

– Ну тогда, – сказал я, взяв его под руку, – давай-ка присядем на травку и как следует побеседуем…

К последнему дню Вудстока все преданные выдохлись. Но служения своего не прекращали. Сил придавало то, что всем им было видно, насколько же люди любят Мирную деревню Кришны.

Когда в этот финальный вечер в тенте мантра-йоги начались киртаны, ко мне обратился один преданный из Хорватии.

– Махараджа, можно задать вопрос? – сказал он.

– Конечно, – ответил я.

– Я в Мирной деревне Кришны на Вудстоке впервые, – начал он. – И заметил некоторые вещи, которые никогда не видел на других фестивалях преданных.

– Какие, например? – спросил я.

– Ну, во-первых, у вас на большой сцене по вечерам играют непреданские рок-группы. Приходят тысячи человек. Но мне непонятно, какое отношение к сознанию Кришны имеет музыка карми,** звучащая в Деревне?

– Она, разумеется, не для преданных, – сказал я. – И мы не разрешаем песни непристойного содержания или с непристойной лексикой.

– Но.., – перебил юноша.

– Позволь мне задать тебе вопрос, – продолжил я. – Куда идут тысячи молодых людей после концертов?

Задумавшись на мгновение, он ответил:

– Большинство – к тенту «Пища для мира» поесть прасадам.

– А затем? – спросил я.

– Ну, после этого многие оказываются в тенте мантра-йоги.

– И чем они там занимаются? – продолжал я.

– Поют Харе Кришна и танцуют, как безумцы, часами напролет, – сказал он, улыбаясь.

– Да, – ответил я. – Все это соответствует стиху Рупы Госвами, который не раз цитировал Шрила Прабхупада:

йена тена пракарена манах кришна нивешайет
сарве видхи-нишедха сйур этайор эва кинкарах

«Духовный учитель должен найти способы, с помощью которых люди, так или иначе, придут к сознанию Кришны. Все правила и предписания подчиняются этому принципу». (Бхакти-расамрита-синдху 1.2.4)

– Проповедник должен проявлять изобретательность в распространении послания сознания Кришны, учитывать время, место и обстоятельства и при этом не идти вразрез с традицией, – подвел итог я.

– Хорошо, а как насчет девушек-преданных, показывающих танцевальные движения на сцене? – спросил он. – Вся толпа повторяет за ними. Я такого нигде больше не видел.

– Опять же, мы делаем это только на Вудстоке и на наших фестивалях на побережье, – ответил я. – Это помогает людям концентрироваться, и тогда они поют и танцуют с нами часами напролет.

Шрила Прабхупада хотел, чтобы мы изобретали новые способы распространения сознания Кришны. Однажды он даже сказал такую фразу: «Пораскиньте мозгами, как распространить это Движение».

Его духовный учитель Шрила Бхактисиддханта Сарасвати был очень изобретателен и делал все возможное, чтобы привлечь людей к сознанию Кришны.

Достав телефон, я покопался в заметках и зачитал ему одну из своих любимых цитат из книги Бхакти Викаши Свами о жизни и учении Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати:

“Выставка состояла из двух частей, духовной и светской, с экспонатами, собранными со всей Индии, и вся эта феерия занимала больше квадратной мили. ***
Мирская часть демонстрировала самые разные достижения общества – в медицине, образовании, заботе о детях, сельском хозяйстве, животноводстве, искусстве и ремеслах, спорте и развлечениях. Правительства нескольких провинций отправили для показа свои материалы. Были увлекательные спортивные выступления: гимнастика, борьба, бокс, поединки на мечах и палках и джиу-джитсу. Были музыкальные номера, постановки, киносеансы, цирк и, как написал «Harmonist», «другие невинные развлечения». Лучшим экспозициям и исполнителям вручали призы, медали и грамоты.
Духовная часть была устроена еще более продуманно. В музее были фигуры Вишну и Кришны, а также различные предметы религиозного культа, например, вещи, ранее принадлежавшие известным садху. На книжной выставке были издания разных религиозных сект**** на разных языках и редкие рукописи неопубликованных духовных трудов. Были фотографии и портреты разных святых мест и знаменитых садху. Главной достопримечательностью была огромная рельефная карта Индии, занимающая более трети акра*****, сооруженная из камней, цемента и кирпича и показывающая важные места паломничеств, расположение всех отделений Гаудия-матха и маршруты путешествий Господа Чайтаньи и Господа Нитьянанды. Диорамы в более чем пятидесяти палатках рассказывали о многообразии духовных практик Индии, с акцентом на учении Чайтаньи Махапрабху. Практику чистых Вайшнавов, псевдо-Вайшнавов и других религиозных сект иллюстрировали фигуры в полный рост, на фоне картин на подходящие темы по играм Господа Чайтаньи. Еще одним новшеством для многочисленных посетителей было яркое освещение всего поля недавно проведенным электричеством”.
[ Шри Бхактисиддханта-вайбхава, «Теистические выставки», стр. 355-356 ]

 

Киртан Мадхавы прабху, начавшийся поздним вечером, возвестил о восходе солнца на следующий день. Он стал «вишенкой на торте», достойным завершением лучшего за двадцать три года фестиваля Вудсток.

Проснулся я уставшим, в глазах туман.

«Надо вставать, – уговаривал я себя. – Надо наводить порядок, демонтировать сегодня всю Деревню, а через два дня возвращаться на побережье Балтийского моря, у нас еще три недели наших обычных фестивалей».

Когда около девяти утра я прибыл на поле, там уже суетились тридцать преданных, разбиравших Деревню. За воротами текли потоки людей, уезжавших с фестиваля домой на автобусах и поездах.

«Как только эти преданные выдерживают! – произнес я про себя. – Это возможно лишь благодаря Гаура-шакти, внутренней энергии Шри Чайтаньи Махапрабху».

Когда я проходил мимо тента «Пища для мира», уже почти полностью разобранного, несколько преданных подошли ко мне.

– Шрила Гурудева, – сказал один из них, – мы нашли кастрюлю риса и кастрюлю халавы, их почему-то не раздали. Что нам с ними делать?

Задумавшись на мгновение, я сказал:

– Давайте поставим столик там, на обочине дороги и раздадим отъезжающим. Найдите хорошую скатерть, приведите себя в порядок, найдите тарелки, ложки, поставьте небольшую табличку…

Уставшие и унылые, с мешками под глазами, преданные недоверчиво посмотрели на меня.

– Тут хватит лишь на тридцать или сорок человек, Шрила Гурудева, – сказал один из них. – За последние пять дней мы распространили 150 000 порций. Что изменится, если прасадам получат чуть больше людей?

– Подойдите поближе, сядьте, – сказал я, – и я расскажу вам небольшую историю.

«Однажды, после сильного шторма шли по берегу моря двое мужчин. Тысячи и тысячи мелких рыбешек, выброшенные на берег, беспомощно бились на песке. Они шли, и тут один из них наклонился, поднял трех рыбок и закинул обратно в воду.

Удивленный, друг его остановился и спросил:

– Зачем ты это сделал? Здесь тысячи рыб на берегу. Какая разница, ну забросишь ты трех обратно в море.

Тот улыбнулся и ответил:

– Для них – большая разница!»

Выслушав историю, преданные вскочили, вдохновленные и, собрав все необходимое, принялись раздавать людям Вудстока последние капли милости.

***************

«Мои поклоны Гауре, прекраснейшему сыну Шачиматы. В век Кали поклонение Ему – свершенье харинамы. Он – бриллиант сверкающий Земли, Он – вновь пришедший сын Махараджи Нанды. Дух Его проповеди идеален для мира рождений и смертей. В своей обители Шри Навадвипа-дхаме Он погружен в медитацию на Собственный образ Враджендра-нанданы Шри Кришны».

[ Сарвабхаума Бхаттачарья, «Шри Шачи-сута аштакам», «Восемь молитв, прославляющих сына Шри Шачи деви», стих 7 ]

 

 

__________________________

* польская ежедневная общественно-политическая «Газета избирателя» (прим. пер.)
** карми – см. Шримад-Бхагаватам 2.1.3, 8.5.47; Чайтанья-Чаритамрита Ади 7.46 (прим. ред.)
*** полтора квадратных километра
**** в изначальном смысле слова – «философско-религиозная школа» либо «ответвление» (прим. ред.)
***** более тысячи квадратных метров

 

на английском http://www.dandavats.com/?p=49735
на сайте https://traveling-monk.appspot.com/sacred-ground/

, , , , ,

В одном ряду

Том 14, глава 14

31 июля 2017, Польша

В последний день первой половины нашего летнего тура я проснулся в радостном расположении духа. Несмотря на плохую, не по сезону, погоду, все двадцать четыре фестивальные программы, уже проведенные нами на Балтийском побережье Польши, были успешными. Всё пока что складывалось благополучно. Тем не менее, я подумал об изменчивой природе этого мира и словах Шрилы Прабхупады ученику: «Когда угодно может произойти всё, что угодно». Но, отбросив эти мысли, вернулся к радостной действительности: сегодня намечался последний фестиваль перед сборами и переездом на другую нашу базу, на грандиозный фестиваль Вудсток. Готовясь к своему служению, я вспомнил цитату, привлекшую накануне мое внимание:

 

Что счастье полноценной жизни есть?

Довольным быть своим уменьем,

По данному тебе пути с готовностью ступать,

Благодарить за то, что минуло, ловить мгновенье,

Приблизившейся смерти – и не страшиться, и не призывать.

[ Марк Валерий Марциал, римский поэт (41-102 н.э.) ]

 

Утром, встретившись на собрании со всеми преданными, я поблагодарил их за стойкость в служении, проявленную за последний месяц. Но и напомнил о трудностях, которые еще предстояло преодолеть. Физически преданные явно устали – но глаза их светились из-за их твердой решимости продолжать. Как же люблю я этих преданных!

Позже отправились на харинаму, рекламировать фестиваль. Пляж в Устроние-Морские был забит до отказа: и одному человеку было негде ступить, что уж говорить о стопах семидесяти пяти танцующих преданных!

– Идите ближе к воде! – крикнул я им.

Но и там каждый дюйм песка был занят отдыхающими. Не оставалось ничего другого, как зайти в море и идти по плещущим волнам, по щиколотку в воде.

– Вода ледяная! – воскликнул один преданный.

– Это Балтийское море, – крикнул я в ответ, – не Тихий океан! Ступай, ступай вперед – скоро привыкнешь.

Наверное, мы смешно смотрелись со стороны, когда шагали вот так по воде, по мокрому песку, пытаясь удержать равновесие и при этом петь и играть на музыкальных инструментах. Но люди явно нам симпатизировали: они выходили из воды, уступали дорогу и подбадривали нас. Какие-то женщины даже встали и захлопали, скандируя «Браво! Браво!»

Тут на противоположной стороне пляжа показалась большая группа христиан. Они шли по направлению к нам с гитарами и своими хоругвями и пели славу Иисусу Христу! Я был поражен. За все годы харинам на пляжах Балтийского моря никогда еще я не видел поющих, подобно нам, христиан. Когда они поравнялись с нами, я улыбнулся, но шедший рядом со мной преданный высказался пренебрежительно.

– Нет-нет, – сказал я. – не говори так. Чем отличается их деятельность от нашей? Ничем. И та, и другая во славу Господа. И еще, говорится: «Подражание – высшая форма лести».

Улыбаясь, я помахал нескольким монахиням, сопровождавшим процессию поющих – они улыбнулись и помахали в ответ. На преданного рядом со мной это не произвело особого впечатления. Я посмотрел на него и процитировал слова Альберта Швейцера: «Этот мир не принадлежит тебе одному. Здесь живут и твои братья».

Дальше по берегу, когда я остановил процессию киртана, человек двадцать отдыхающих спонтанно присоединились к нам и стали танцевать. Такое происходит каждый раз. Я не перестаю удивляться тому, с каким самозабвением танцуют с нами люди на польских пляжах. Самое логичное тому объяснение – это мгновенно очищающая сила святых имен. Святые имена столь могущественны, что тотчас превращают самое обыкновенное место в трансцендентную обитель.

 «И все благодатные реки – Шри Ганга, Сарасвати, Ямуна, Годавари – и все места святые есть там, где возглашают катху о Бхагаване**, о непогрешимом, Ачьюте».

[ Шрила Рупа Госвами, Падьявали, текст 44 ]

Киртан уже снижал обороты, и я обратил внимание на распространительницу книг, которая предлагала «Бхагавад-гиту» семейной паре в нескольких метрах от меня. Увы, книга их не заинтересовала, но тут одна из их дочерей, девушка лет шестнадцати, выхватила ее и крепко прижала к груди. Когда мать попыталась отобрать книгу у дочери, та принялась отбиваться и гримасничать. Она явно хотела получить ее. Посовещавшись с мужем, женщина, в конце концов, купила ей книгу. Как только мы тронулись дальше, я  поинтересовался у преданной, продавшей книгу:

– Что это там было?

– Родители не заинтересовались, а вот девушка – да, – ответила та. – Ее поразили картинки в «Гите», и она прочла несколько стихов, пока я показывала их родителям. Я удивилась, когда она выхватила у меня книгу. Родители извинились, объяснив, что дочка глухонемая. Она не может слышать и говорить – но за такое короткое знакомство с книгой что-то в ней срезонировало, и она ни в какую не хотела с ней расставаться! Так что родители сдались и купили ей книгу.

Я оглянулся посмотреть на эту семью. Мама и папа купались в море – а дочь сидела на пляже, полностью погруженная в чтение «Гиты».

Наш трехчасовой киртан завершился, и видно было, что преданные устали. Не столько от того, что шагали по мягкому песку, по воде, сколько от двадцати четырех предыдущих харинам и двадцати четырех фестивалей!

Когда мы вернулись на территорию фестиваля раньше обычного, Нандини подошла ко мне, явно чувствуя облегчение.

– Шрила Гурудева, вас уже ждут гости. Вот, ушли с пляжа, зашли в отели, переоделись и уже здесь. – Она показала рукой на небольшую группу людей на скамейках перед сценой.

Я замешкался на мгновение, подумав:  «А я ведь устал». Но потом напомнил себе, что эти люди ищут общения с преданными, и сомнения улетучились.

– Хорошо, дай мне десять минут. Нет грешникам покоя*, – пошутил я.

– Каким грешникам? – не поняла Нандини.

– Неважно, – ответил я. – Вернусь через десять минут.

Я пошел в тенистое местечко подальше от палаток и прилег на траву. Спустя десять минут, освежив холодной водой лицо, отправился к тем людям, что хотели со мной поговорить.

– Здравствуйте, меня зовут Кинга, – сказала девушка двадцати с небольшим лет. – Могли бы подписать мне «Бхагавад-гиту»? Купила ее сегодня на пляже.

– Конечно, – отвечаю. – Ты первый раз на нашем фестивале?

– Да, – говорит она. – Но я всё о вас знаю.

– Правда? – слегка удивился я. – И как же ты всё о нас узнала?

– Нет, я не имела в виду, что всё знаю обо всем этом, – произнесла она, обводя рукой фестивальное поле. – Я имела в виду, я знаю всё о ВАС, – и она показала на меня.

Я озадачился.

– Знаешь всё обо мне?

– Да, – сказала она. – Два года тому назад я была в глубокой депрессии. Ходила к профессиональным психологам, но безрезультатно – я погружалась всё глубже и глубже. Однажды ночью, отчаявшись, я набрала в поисковике слово «счастье». Можете себе представить, сколько выпало разных ссылок! Решив рискнуть, я кликнула на ту, что гласила «Повторяй Харе Кришна и будь счастлив», и она привела меня к Движению Харе Кришна. Спустя полчаса я уже пролистывала вашу страничку на Фейсбуке. Не спала всю ночь, читала ваши посты, смотрела фотоальбомы и видео. То, как вы пели Харе Кришна, подействовало на меня успокаивающе. Через несколько дней я уже не могла без этой песни заснуть.

И я многое узнала о вашем духовном учителе, Свами Прабхупаде. Когда я прочла о том, через сколько трудностей он прошел, чтобы принести учение Кришны на Запад, то все мои проблемы показались мне такими пустяковыми. Я начала повторять Харе Кришна и читать книги Харе Кришна он-лайн. Постепенно депрессия прошла, и сейчас я всё время чувствую себя счастливой. Врачи даже поверить не могут. И я не пропускаю ни одного вашего поста на Фейсбуке.

В общем, я сказала маме, что хотела бы встретиться с вами лично, и мы подгадали отпуска под ваш фестиваль. Мне так не терпится, чтобы он поскорее начался. Когда вы будете петь?

– Ближе к концу представления, – сказал я, немного смущенный, протягивая ей подписанный экземпляр «Бхагавад-гиты».

– Вы не представляете, как много вы значите для меня, – сказала она. – Если бы не вы, то я, наверное, была бы уже мертва.

Я онемел. Только лишь кивнул и помолился Шриле Прабхупаде о том, чтобы быть его достойным представителем.

Следующей была женщина, которая показалась мне знакомой. Рядом с ней был ее муж.

– Очень рада снова вас видеть! – сказала она, энергично пожимая мне руку. – Вы меня помните? Два дня назад, в Ревале, после лекции вы подарили мне свою гирлянду. И еще «Бхагавад-гиту».

– Ах, да, – ответил я. – Помню. Я всегда после выступления отдаю гирлянду и «Бхагавад-гиту» кому-нибудь из зрителей.

– Честно сказать, – продолжала она, – мне было совсем не интересно. Я толком и не слушала вашу речь, ждала следующего номера программы. Но меня тронула ваша доброта, и вчера я взяла с собой книгу на пляж. Короче говоря, я не могла от нее оторваться, читала и вчера, и сегодня весь день напролет. В ней все настолько логично. Сегодня притащила сюда своего мужа. Он инженер-химик, и я уверена, что он поймет вашу философию. Хотя в книге говорится, что для осознания этих вещей нужна помощь духовного учителя.

– Вы быстро схватываете, – сказал я с улыбкой, подписывая экземпляр «Бхагавад-гиты», данный ей два дня назад.

– Дома поставим эту книгу рядом с Библией, – сказала она.

«Какое соседство», – подумал я.

Следующей была статная, хорошо одетая дама. Она подошла вместе с дочерью и протянула мне старую зачитанную «Бхагавад-гиту».

– Добро пожаловать на фестиваль, – сказал я, кивнув.

– Спасибо, – ответила она. – Мы приходим на фестиваль уже шестнадцать лет. Дочке было два годика, когда пришли впервые.

– Да, мы его любим, – сказала девушка. – У нас по всему дому фотографии с фестиваля. Все время крутим вашу музыку и «Бхагавад-гиту» читаем. Принесли ее сегодня вам подписать. Раньше приходили с бабушкой, но вот уже три года она не может, совсем старенькая стала.

– О, жаль это слышать, – посочувствовал я.

– Нет-нет, все в порядке, – сказала дама. – Мы звоним ей и, пока сидим и смотрим программу, держим телефон повыше, чтобы звук был четче. Она полностью прослушала все представления за те годы, что не смогла прийти.

– Мы с мамой меняемся, держим телефон по очереди, а то шоу длится пять часов, и руки затекают, – сказала дочка, смеясь. – Больше всего бабушка любит ваше пение в конце. Мы многие ваши песни записали. Бабуля не уснет, не послушав, как вы поете!

Подписав еще пару книг, я отправился к фургону освежиться и подготовиться к фестивалю. Шагая, я прокручивал в уме радостные утренние мысли.

«А ведь и правда всё хорошо складывается», – решил я.

И в тот же миг одна девушка-преданная бросилась бежать ко мне, крича в истерике:

– Гурудева, Гурудева! Мне позвонили из дома, мама только что умерла! От внезапного сердечного приступа!

Она рухнула передо мной, подбежали ее подруги и стали ее успокаивать. Я вспомнил пророческие слова Шрилы Прабхупады: «Всё, что угодно, может случиться, когда угодно».

В такие моменты можно лишь предложить слова утешения скорбящему. Не время это для философии.

– Простите, что плачу, – сказала девушка.

– Плачь, плачь, – ответил я. – Мы всё понимаем. И мы здесь для тебя.

Спустя десять минут она попросила:

– Гурудева, пожалуйста, скажите мне какие-нибудь мудрые слова.

Я процитировал Библию:

«Всему своё время, и время всякой вещи под небом:

Время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное;

Время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить;

Время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать».

[ Экклезиаст 3:1 ]

 

Какое-то время я мягко говорил с ней, поясняя слова Экклезиаста, и она мало-помалу успокоилась.

– Можно рассказать вам мамину историю? – спросила она.

– Да, расскажи, – ответил я.

– Двадцать лет тому назад мама работала в аэропорту Екатеринбурга, в России. Как-то вы прилетели из Москвы, вас встречала целая толпа преданных. Вам надели прекрасную благоухающую цветочную гирлянду – она доходила вам до колен. Преданные сопровождали вас к выходу из терминала. А мама никогда раньше не видела их и стояла у дверей офиса, восхищенная. Заметив ее, вы подошли и надели ей гирлянду. Потом пошли, как ни в чем не бывало, дальше с группой киртана.

Этот ваш жест тронул маму до глубины души. Так что гирлянда все это время висела у нее в офисе, пока в прошлом году мама не вышла на пенсию. Я, помнится, видела эту гирлянду всякий раз, когда приходила к ней на работу. И она рассказывала мне эту историю снова и снова. Три года тому назад я стала интересоваться сознанием Кришны, начала ходить в наш храм. Мама хорошо относилась к преданным, но меня отпускала как-то неохотно. В какой-то момент даже отговорила бывать в храме слишком часто.

В прошлом году вы приехали в Екатеринбург на Ратха-ятру. Тогда я обратилась к вам с просьбой стать вашей ученицей. Вы милостиво согласились и спросили, поддерживает ли мама мой выбор. Я объяснила вам, что ее немного тревожит эта идея, и рассказала ту историю, как вы дали ей гирлянду в аэропорту двадцать лет тому назад. Ваши глаза засияли и вы сказали: «У меня есть одна идея!». Вы присели и написали маме нежнейшее письмо, прося ее не беспокоиться, потому что жизнь в сознании Кришны – это самая желательная вещь для молодежи.  Вы пообещали ей, что будете приглядывать за мной и защищать. Отдав мне письмо, вы опять сняли с себя большую цветочную гирлянду и попросили передать маме вместе с письмом.

Придя вечером домой, я первым делом протянула маме письмо. Она читала его, и по щекам у нее катились слезы. Когда она закончила, я отдала ей гирлянду, и тут она уже не могла сдержать рыданий. После этого все изменилось. Она не только поощряла мою практику сознания Кришны, она сама увлеклась. Стала постоянно ходить в храм помогать на кухне и не раз давала деньги на разные храмовые проекты. Все преданные любили ее, и она любила их всех.

А сегодня рано утром у нее случился сердечный приступ. Скорая забрала ее в больницу. Мама попросила преданных приехать, побыть рядом с ней. Она оставила тело несколько часов назад, и много преданных вокруг нее сладко пели святые имена Кришны. Такой благоприятный уход. Как же мне мамы не хватает!

Она вновь разрыдалась.

– С твоей мамой будет все в порядке, – сказал я. – Она услышала безупречное послание о том, как выйти за пределы этого мира рождения и смерти, – то же самое, которое мы пытаемся донести до людей нашими фестивалями. Будь уверена: Кришна постепенно приведет ее обратно к Себе домой.

 

************************

«Своим извечным состраданием Господь Чайтанья вернул людей обратно к жизни и милостью святых имен дал пересечь бездонный океан века раздоров. Так, милостью золотых лун Хари и Вайшнавов весть об именах Кришны из уст в уста передавалась».

[ Сарвабхаума Бхаттачарья, Сушлока-шатакам, текст 46 ]

 

 

 

______________

* цитата из книги пророка Исайи (прим. перев.)

** катха – разговоры, обсуждение тем, связанных с Бхагаваном, Верховной Личностью Бога (прим. ред.)

на англ. http://www.dandavats.com/?p=49214

,

For want of any taste for Your pleasant shining… / “…не имя никакого вкуса к Твоему доставляющему радость сиянию”

 

Дорогие ученики, друзья и доброжелатели, спасибо вам всем за поздравления ко дню рождения. Пожалуйста, всегда вспоминайте меня в своих молитвах!

«Один пожилой преданный Кришны обратился к Нему так: «О мой дорогой Кришна, убивший Агхасуру. Тело мое в старости стало ни на что не годно: речь моя медленна, голос дрожит, ум ослаб, на меня часто нападает забывчивость. Ты же, мой дорогой Господь, подобен свету луны, и единственное, о чем я жалею, что, не имея никакого вкуса к Твоему доставляющему радость сиянию, я ничуть не продвинулся в сознании Кришны». Это пример сокрушения из-за неспособности достичь желаемой цели». [ «Нектар преданности», глава 29 ]

 

Dear disciples, friends and well-wishers: Thank you all for your birthday greetings. Please always keep me in your prayers!

“One aged devotee of Krsna addressed Him in this way: ‘My dear Krsna, O killer of the demon Agha, my body is now invalid due to old age. I cannot speak very fluently, my voice is faltering, my mind is not strong, and I am often attacked by forgetfulness. But, my dear Lord, You are just like the moonlight, and my only real regret is that for want of any taste for Your pleasant shining I did not advance myself in Krsna consciousness.’ This statement is an instance of lamentation due to one’s being unable to achieve his desired goal.” [ Nectar Of Devotion, Chapter 29 ]

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=10209205221910579&set=a.3707173840886.2134384.1321748113&type=3&theater

, , ,

На людных площадях

“На людных площадях славлю я Твою милость,

что дарована даже ничтожным созданьям,

и что позволила мне, низкорожденному, жить в лесу Враджа,

где Твои великие преданные, исполненные чистой любви,

стремятся родиться хотя бы лесной травинкой”.

[ Шрила Рупа Госвами, “Уткалика-валлари”, стих 65 ]

 

“In public places I glorify Your mercy, which is granted to even the lowest creatures, and which enables me, even though I am lowborn, to live in this forest of Vraja, the place where Your great devotees filled with pure love aspire to take birth even as a blade of grass.”
[ Srila Rupa Goswami, Utkalika-vallari, text 65 ]
,

Домашние праздники

“О царь земли!
Тому, кто устраивает дома для Хари праздник –
в мире Хари также вечно будет праздник”.

[ как сказано в “Бхакти-расамрита-синдху” 1.2.220, из Падма Пураны ]

, , ,

Октябрь-ноябрь 2014

“O friend, by great good fortune you have attained this body where you have heard Vrndavana’s wonderful glories and learned that everything in this world is like a dream. Don’t, don’t, don’t put any faith in the mind and body. Run to Vrndavana!” [ Srila Prabhodananda Sarasvati, Sataka One, Text 80 ] 9 окт 2014

 

“Is it a new moon or Her brilliant form? Is it a golden lotus or Her brilliant face? Are these Her two eyes or are they two cakora birds? Is this Her glance or is it a wave of nectar?” Such questions cannot be asked about Sri Radha. Her beauty exceeds that of any beautiful […] 3 ноя 2014

 

“By serving you constantly, one is freed from all material desires and becomes completely pacified. When will I become your permanent, eternal servant and always feel joy to have such a fitting master?” Yamunacarya, Stotraratna, text 43, 18 ноя 2014

 

“Here our Lord herded the calves, and here He played the flute. I pray that I may pass my days shedding tears as I speak these words on the Yamuna’s shore.” [Sri Raghupati Upadhyaya, from Rupa Goswami’s Padyavali ].4 дек 2014

 

http://planetiskcon.rupa.com/index.php/author/h-h-indradyumna-swami/page/7/

, , ,

Август-сентябрь 2014

“The devotee should make it a regular practice to spend a little time alone in a quiet place and concentrate deeply on the holy name. He should utter and hear the name distinctly. It is impossible for the jiva to singlehandedly avoid and overcome the illusion of distraction. By the mercy of the Lord, however, […]
25 авг 2014

 

“I offer my obeisances unto the shoes of those devotees who are expert in extricating those sunk in the rotten muck in the bottom of the ocean of material existence, and who become blissful by hearing the pair of syllables, ‘Krsna’, impelled to dance with all their hairs bristling.” [ A verse by an Utkala […]31 авг 2014

 

http://planetiskcon.rupa.com/index.php/author/h-h-indradyumna-swami/page/8/

,

Вдали, вспоминая Вриндаван

“Разве не странно это:  когда и самые великие святые, кто непреклонны в их садхане, не могут даже мельком  увидеть Вас, – я, это низкое создание, а все-таки храню желание, чтоб Вы стали видимы глазам моим.

О Повелители, возлюбленные Враджа, царь и царица Вриндавана! Моя ли в том вина? В конце концов, а есть ли те, кто не пьянеют до безумия из-за изяществ Ваших вечно юных чар, от славных качеств непревзойденных Ваших совершенств?”

[ Шрила Рупа Госвами, Уткалика-валлари, тексты 35,36 ]

 “Aho! When even highly elevated saints of firm resolve are unable to directly perceive You even slightly, isn’t it astonishing that I who am lower than a worm have nevertheless entertained the desire that You might be visible before my eyes, shameless and brazen creature that I am.”
“Aho! O Sovereign Empress and Emperor of Vrindavan. Is it my fault? After all, who is there who has not become inebriated to the point of ecstatic madness by the elegance of Your eternally fresh charm, an abundance of noble virtues of the highest excellence?”

 

, ,

Из “Уткалика-валлари”

“Хе Вриндаранйа! (Мой драгоценный лес, Вриндаван!) Найдется ли кто
во вселенной, кто не обрел бы наивысшее блаженство, служа тебе?
И оттого я простираюсь в твоей пыли. Со всем смирением молю, будь милостив,
наставь меня, как мог бы получить я даршан твоего Господа и Госпожи”

[ Рупа Госвами, Шри Уткалика-валлари, текст 2 ]

“O Vrindavan forest, was there ever anyone in this world who did not quickly attain transcendental bliss by serving you? Therefore I surrender to you and most humbly petition you. Be kind and personally disclose to me the best way to receive the darsan of your worshipable Lords, Sri Sri Radha and Krsna.”
[Utkalika-vallari, Text 2, by Srila Rupa Goswami]

26 мар 2011

3 янв 2013