, ,

Времена меняются

Том 9, глава 10
18 – 20 июля 2008, Менжздрое, Польша

 

Хотя в это лето наши фестивали проходили с оглушительным успехом, все же у нас было и несколько неудач. И мы подумали, что нас постигла очередная неудача, когда Нандини даси позвонила заведующему амфитеатра в Менжздрое, где наш фестиваль должен был проходить через две недели.

В Менжздрое проходит ежегодный летний фестиваль, в котором принимают участие самые известные польские звезды кино и эстрады. Его прекрасные пляжи каждый июль и август привлекают сотни тысяч отпускников.

– Я новый директор амфитеатра, – ответил Нандини мужской голос, – и скажу вам вот что: “Забирайте свой фестиваль и отправляйтесь с ним в Индию”.

– Но у нас контракт, – попыталась возразить Нандини.

Мужчина рассмеялся.

– Ваши контракты – в моей мусорной корзине, – ответил он и повесил трубку.

На следующий день Нандини позвонила в муниципалитет и сообщила, что мы не приедем.

– Нам пришлось отменить все предварительные договоренности о поставках воды и электричества, а также об обеспечении безопасности, – сказала она. – Вчера директор амфитеатра отменил наше мероприятие.

– О нет, – воскликнула женщина, ответившая на звонок. – Подождите минуточку. Я свяжусь с секретарем мэра.

– Как он посмел так обойтись с вами! – сказала секретарша. – Я обсужу это с мэром и перезвоню Вам.

А в это время мы стали строить планы о проведении фестиваля в другом городе.

Через два дня секретарша мэра перезвонила Нандини.

– Мэр знает о вашем мероприятии, – сказала она. – Он хотел бы предложить вам лужайку рядом с пешеходной зоной на ближайшие выходные. Это то место, где каждое лето проходит фестиваль звёзд кино. Мы ещё никогда не предоставляли эту площадку для каких-то других мероприятий.

Нандини потеряла дар речи.

– Алло? – переспросила секретарша. – Вы слышите меня?

Нандини пришла в себя.

– Да, – сказала она. – Мы принимаем любезное предложение мэра. Пожалуйста, поблагодарите его.

Нандини позвонила мне и рассказала об этой неожиданной удаче.

– Я присматриваюсь к этой площадке уже 18 лет, – сказал я. – Мечта сбылась.

Но нам придется провести фестиваль в Менжздрое на неделю раньше, чем мы планировали.

– У нас недостаточно времени, чтобы хорошо разрекламировать фестиваль, – сказала Нандини. – Осталось всего несколько дней.

– Будем стараться изо всех сил, – ответил я. – И положимся на Кришну.

Через два часа она снова позвонила мне.

– Гуру Махараджа, – сказала она, – вы не поверите в то, что сейчас произошло. По дороге назад на базу я включила центральный радио-канал Польши, чтобы послушать прогноз погоды. После выпуска новостей ведущий сказал, что любой, кто знает о крупных развлекательных мероприятиях, которые будут проходить этим летом, может позвонить на радио, и они объявят об этом. Как только он сказал номер телефона, я съехала на обочину и немедленно позвонила на станцию.

– Я рассказала о нашем фестивале в Менжздрое, и режиссер решил пустить меня в прямой эфир. Я говорила больше 5 минут и подробно описала весь фестиваль: представление на сцене, ресторан, уроки йоги, выставки, все.

– В конце я назвала свой номер телефона и наш адрес в Интернете. Как только я повесила трубку, на меня обрушился шквал звонков от людей, желающих получить дополнительную информацию. Джаятам дас только что позвонил и сказал, что наш сайт за последние полчаса посетили 600 человек.

– Две минуты назад позвонил представитель второй крупнейшей радиостанции в стране. Он услышал меня на волне своих конкурентов. Он сказал, что их радио хочет организовать особую программу о фестивале в Менжздрое. Они будут оказывать информационную поддержку нашему фестивалю следующие несколько дней. Я сейчас еду давать интервью. Теперь вместе с харинамой мы сделаем рекламу даже лучше, чем могли себе представить. Вы можете поверить в это?

– Могу, – ответил я с улыбкой. И процитировал стих, который как нельзя лучше подходил к данной ситуации:

ананйаш чинтайанто мам
йе джанах парйупасате
тешам нитйабхийуктанам
йога-кшемам вахамй ахам

“Однако тем, кто всегда поклоняется Мне с любовью и преданностью и постоянно созерцает Мою трансцендентную форму, Я даю то, чего у них нет, и сохраняю то, чем они обладают”.

[ Бхагавад-Гита, 9.22 ]

На следующий день мы отправились на харинаму по огромному пляжу из белого песка в Менжздрое. Только очень обеспеченные люди могут позволить себе проводить здесь свой отпуск, поэтому пляж был заполнен богачами. Как только мы ступили на песок, я мысленно перенесся в конец 70-х, когда я часто брал летом несколько кое-как одетых брахмачари и проводил харинамы в Сан Тропе, элитном курорте французской Ривьеры. Но люди почти не обращали на нас внимание. Я помнил, что думал тогда: “Предполагается, что мы представляем высшую культуру, но как мало мы можем показать”.

Мы начали петь на переполненном пляже в Менжздрое.

“Как все изменилось”, – думал я.

Услышав наш киртан, все обращали на нас внимание. Многие улыбались, и почему бы и нет? Преданные были в блаженстве, киртан был очень мелодичным, а все мы двигались в хорошо отрепетированном танце. На каждом преданном была яркая шелковая гирлянда, каждый держал какой-нибудь музыкальный инструмент, красивый китайский веер, экзотический флаг или балийский зонтик. Люди внимательно изучали наши красочные приглашения. Ни одно из них не валялось на песке – верный признак того, что многие придут на фестиваль.

Когда мы проходили мимо одной семьи, загорающей на солнце, женщина встала и взяла на руки свою трехлетнюю дочь.

– Однажды, дорогая, – сказала она дочке, – ты сможешь присоединиться к Харе Кришна.

Да, определенно, времена меняются, и причиной всему – сильное желание преданных петь святые имена. Поскольку мы поем много часов каждый день, преданные всегда пребывают в радостном настроении. Я иногда жалею, что по разным причинам в ежедневной практике нашего движения на киртан отводится не так много времени, как в былые времена. Киртан является основным источником счастья в жизни каждого преданного.

йават ачила сабе махапрабху санге
прати дина еи мата каре киртана ранге

“Пока преданные жили в Джаганнатха Пури со Шри Чайтаньей Махапрабху,
они, охваченные экстазом, проводили такую санкиртану каждый день”.

[ Шри Чайтанья-Чаритамрита, Мадхья 11.241 ]

В день фестиваля мы проводили харинаму в пешеходной зоне. Мы раздали уже более 30 тысяч приглашений, но хотели быть уверены, что о фестивале узнают как можно больше людей. Танцуя и воспевая, мы прошли мимо лужайки, на которой наши ребята устанавливали огромную сцену и красочные палатки. Это было увлекательное зрелище и люди останавливались, чтобы посмотреть. В какой-то момент мы тоже остановились и стали петь напротив площадки.

Во время распространения приглашений я случайно услышал, как одна женщина говорила своей подруге.

– В прошлом году они выступали в амфитеатре, – сказала она. – В этом году у них площадка гораздо лучше. Только посмотри на их сцену. Теперь-то мы сможем оценить фестиваль по достоинству!

Когда мы еще раз обходили город, один из преданных показал на людей, у которых были надеты такие же шелковые гирлянды, как у нас.

– Их продают в магазинах, – пояснил он. – На пляже я видел их у многих. Это стало чем-то типа моды. Я даже видел людей с такими же веерами, как у нас.

– Я тоже заметил, – ответил я.

Преданный нахмурился.

– Они просто копируют нас, – возмутился он. – Они просто видели харинамы, которые мы проводим уже много лет, а теперь подражают нам.

– Нет, – возразил я, – это хорошо. Говорится, что подражание – высшая форма признания.

Я повел харинаму на фестивальную площадку немного раньше обычного, чтобы каждый смог отдохнуть и принять прасад. Но к моему изумлению, люди стали приходить на час раньше официального начала представления, и мне пришлось подгонять преданных, чтобы они быстрее доедали обед и приступали к своим обязанностям на фестивале. К началу представления перед сценой собрались три тысячи человек. А еще больше людей гуляли по площадке. Все палатки были забиты.

– Это наш самый большой фестиваль, – сказал я Джаятаму.

– Да, – согласился он, – и люди более высокого уровня, чем обычно.

Я взял стул, сел на пригорке и стал наблюдать за происходящим вокруг.

“Такая тяжелая работа, – думал я, – подготовка, сбор средств, преодоление препятствий… Но один этот фестиваль стоит всех этих усилий”.

Я сидел так несколько минут, любуясь зрелищем огромного количества людей, наслаждающихся сознанием Кришны. А затем ко мне подошла девушка лет 16 со своей подругой.

– Помните меня? – спросила она.

– Прошу прощения, – ответил я. – Не помню. Когда мы встречались?

– Семь лет назад, – ответила она. – Мы с родителями были на отдыхе в Побиерово и пришли к вам на фестиваль. Вы рассказывали детям истории о Кришне, а я сидела и очень долго слушала. Это было так завораживающе.

Я упросила родителей купить книгу. И хотя они и были против вашего движения, они согласились, и в конце концов она оказалась на книжной полке у нас дома. Когда я подросла, я стала читать ее – всегда, когда их не было дома. В конце книги объяснялось, как сделать четки. Однажды я перебрала мамины украшения и стала использовать в качестве четок нитку жемчуга. Я до сих пор втайне повторяю на ней.

Я очень обрадовалась, когда узнала, что вы сегодня проводите здесь фестиваль. Я умоляла родителей прийти. Они колебались, но в конце концов согласились. Мы прошлись по всем палаткам, они посмотрели представление на сцене. А сейчас они едят в вашем ресторане. Я не могу в это поверить. Ваш фестиваль настолько удивительный, что их сердца изменились. Они даже согласились купить мне настоящие четки в магазине. И, посмотрите, у меня также есть бусы. Вы просто не представляете, как я счастлива! Я бы хотела как-то отблагодарить Вас.

– Ты уже сделала это, – улыбнулся я. – Твои слова настолько ценны для нас, что ты даже не представляешь.

В тот вечер во время заключительного киртана много людей танцевали вместе с преданными. Я даже видел мужчину в инвалидном кресле, который ездил вокруг, пока шел киртан. Я также видел ту девушку, она танцевала перед сценой, полностью отдавшись киртану. Она пела с поднятыми руками, и глаза ее сияли. Ее родители наблюдали за ней со стороны и улыбались.

Я тоже улыбался, наблюдая за тем, как могущественное святое имя плавит сердца падших душ этого века.

“Когда звуки санкиртаны наполнили эфир, все три мира погрузились в океан блаженства. Толпы людей неистово рвались вперед, чтобы хотя бы одним глазком увидеть прекрасный танец Господа, а полубоги в это время осыпали Его цветами. Хромые, слепые и глухие, забыв об увечьях, спешили присоединиться к санкиртане. Люди с каменными сердцами рыдали от счастья, слушая мелодичное воспевание святого имени Господа, а животные и птицы потеряли покой”.

[ Шри Нарахари Чакраварти Тхакура, Нароттама Виласа, 4 виласа ]

, ,

Особая благодарность

Том 9, глава 9
13 – 15 июля 2008, Нехоже, Польша

 

Известия о хорошей погоде на побережье Балтийского моря распространились по всей Польше, и отдыхающие со всей страны заполонили пляжи. После двух дней харинам по многолюдным улицам Нехоже город гудел в предвкушении нашего фестиваля, запланированного на этот вечер. Когда во второй половине дня мы с харинамой направились на фестивальную площадку, ко мне подошел молодой человек.

– Я сегодня весь день наблюдаю, как вы поете и танцуете, – сказал он. – Это что-то новое или это древняя традиция?

– Это одна из старейших духовных традиций в мире, – ответил я. – Она основана на учении Бхагавад-Гиты, которую поведал Господь Кришна 5 тысяч лет назад.

– Я изучаю различные древние культуры, – продолжил юноша. – Вы знаете о том, что календарь, составленный индейцами майя, заканчивается 21 декабря 2012 года? Некоторые считают, что в этот день произойдет катаклизм, который станет концом света.

– Я слышал об этом календаре, – ответил я, – но Бхагавад-Гита более авторитетный источник, и в ней ничего не говорится о наступлении конца света в это время.

– А когда он наступит? – продолжал настаивать он, пока мы шли позади группы харинамы.

– Так нескоро, что ты можешь не беспокоиться, – усмехнулся я.

– Но я хочу знать точно, когда это случится, – не унимался он.

– В конце жизни Господа Брахмы вселенная будет уничтожена, – ответил я, – и это произойдет примерно через 311 триллионов 40 миллиардов земных лет.

– Ничего себе! – удивился он. – А что будет потом?

– Потом снова будет создана вселенная, – ответил я. – Давайте присядем вон там, на скамеечке, и поговорим более основательно.

Мы долго беседовали о создании и разрушении материального космоса. В конце концов, он поднял руку.

– Посмотрите на мою руку, – сказал он. – Волосы встали дыбом. Вы, ребята, много знаете. Где я могу узнать еще больше?

– На фестивале, – сказал я. – Следуй за мной.

Когда мы направились к фестивальной площадке, на небе неожиданно появились темные тучи, предвещая дождь.

“О нет, – подумал я. – Только не сейчас, когда фестиваль вот-вот должен начаться”.

Но так и случилось, – когда зазвучал первый бхаджан, начался дождь. Люди, спасаясь от дождя, бросились в наши палатки. Я был удручен. Маленькая девочка сочувственно посмотрела на меня.

– Сэр, – спросила она, – почему каждый раз, когда вы проводите здесь фестиваль, идет дождь?

Периодически прерываясь, дождь шел почти весь вечер. Многие ушли домой, но к моему изумлению, когда в последний час небо прояснилось, люди хлынули на фестиваль, горя желанием увидеть хоть кусочек представления. Через несколько минут 600 человек сидели на скамейках или стояли перед сценой. В каждой палатке было полно народу.

Я дал короткую лекцию, подчеркнув важность повторения Харе Кришна, а затем пошел в палатку астрологии. Когда я пришел туда, ко мне обратился наш астролог Прахлад Нрисимха даса.

– Махараджа, – сказал он, – очень приятный джентльмен вышел только что. Я больше часа изучал его карту и давал различные рекомендации. Когда он узнал о тех трудностях, которые ждут его впереди, он посмотрел на меня и сказал:

– Я попытаюсь избавиться от своих дурных привычек, как Вы мне посоветовали, но в одиночку мне не справиться. Мне нужна Божья помощь. Что мне действительно нужно, так это молитва. Можете подсказать какую-нибудь?

– В это время началась Ваша лекция на сцене. Я посоветовал ему выйти и послушать. Когда она закончилась, он вернулся и с улыбкой сказал мне: «Я выучил молитву, которая мне нужна. Спасибо». Я дал ему мешочек с четками, и он стал повторять на них сразу, как только вышел отсюда.

Перед заключительным киртаном наш ведущий Трибхуванешвара дас объявил, что завтра фестиваль начнется с Ведической свадьбы, на которой будут сочетаться браком три пары преданных. Когда народ расходился, я слышал, как люди возбужденно обсуждали завтрашнюю программу.

На следующий день после обеда дождь вернулся, на этот раз с сильным ветром, и мы, изо всех сил сражаясь с непогодой, старались подготовить сцену к свадьбе. В какой-то момент я даже подумал о том, чтобы отменить церемонию, но неожиданно, всего за несколько минут до начала фестиваля, дождь прекратился и ветер утих. Как по сигналу, люди покинули свои дома и туристические бунгало и собрались на фестивальной площадке.

Когда тучи скрылись за горизонтом, ко мне повернулся один преданный и сказал:

– Если уж это не заставит поверить в Бога, то что тогда?

– Верно, – ответил я, – а мы отблагодарим Его за эту милость.

– Что вы имеете в виду? – уточнил преданный.

– Позже увидишь, – улыбнулся я.

Когда я поднимался на сцену, чтобы вести церемонию бракосочетания, меня остановил мужчина с пятилетней дочкой.

– Я хочу поблагодарить Вас за сари, которое Вы подарили моей дочери вчера вечером, – сказал он. – Она была одной из девочек, выигравших соревнование в танцах. Когда мы вернулись домой, она даже настояла на том, чтобы лечь в нем спать. Утром нам пришлось его постирать, так как она хотела надеть его сегодня снова. Но как Вы, наверное, догадываетесь, ни я, ни моя жена не представляли, как можно завернуть нашу маленькую девочку в шесть метров ткани. Я даже залез в Интернет в поисках способа, как это сделать. В конце концов, нам это удалось. Сегодня я должен был вернуться в Варшаву на работу, но моя дочь так плакала и так просила пойти на свадьбу, что мне пришлось сказаться больным, и вот мы здесь.

Свадебная церемония стала гвоздем программы, на ней присутствовали несколько тысяч людей. Пока пары сидели перед огнем и бросали зерна, а священник читал мантры, преданные раздавали людям зерна риса, чтобы в конце они могли осыпать ими молодоженов. Но, последовав примеру брачующихся, люди стали бросать рис в огонь каждый раз, когда священник говорил «сваха». С каждой мантрой туча риса взлетала в воздух и обрушивалась на сцену и в огонь.

Ко мне подбежал преданный.

– Махараджа, – сказал он, – Вы не можете позволить им делать это. Они не очищены. Это испортит всю ягью.

– Попробуй остановить их, – рассмеялся я. – Это невозможно. Прими это как еще одно проявление милости Господа Чайтаньи.

После церемонии я стоял перед зрителями и благодарил их за то, что они пришли, а затем сделал еще одно объявление.

– Дамы и господа, – сказал я, – прежде чем закончить, я хотел бы выразить особую благодарность кое-кому, кто очень близок и дорог всем нам. Как вы знаете, до самого начала фестиваля погода была ужасной. А затем неожиданно она улучшилась, дав нам возможность провести свадьбу. Мы можем поблагодарить за это только одну личность – Господа Бога. Пожалуйста, давайте встанем и поаплодируем в благодарность за милость, которую Он пролил на эти юные пары.

Я никогда не забуду, как толпа аплодировала Господу в этот день. Они хлопали и хлопали, а некоторые даже смотрели в небо. В то время как мы все громко выражали свою благодарность за Его милость, я чувствовал, что это также хорошо, как санкиртана, совместное воспевание святых имен. Таков эффект всего лишь одного из наших фестивалей. Я могу только представить, какой еще нектар ждет нас впереди, когда мы продолжим распространять милость Господа Чайтаньи по побережью Балтийского моря.

кечит сагара бху дхаран апи паракраманти нритйанти вай
ечид дева пурандарадишу маха кшепам кшепам кшипанто мухух
нандодбхата джала вихвалатайа те двайтачандрадайах
е ке ноддхатаванта идриши пунас чайтанйа нритйотсаве

«Некоторые танцевали с таким энтузиазмом, что казалось, они могут перепрыгнуть горы и океаны, а другие снова и снова ругали Индру и иных полубогов. Кто среди преданных, возглавляемых Адвайта-чандрой, не был переполнен блаженством, танцуя на празднике Господа Чайтаньи?»

[ Шрила Прабодхананда Сарасвати, Шри Чайтанья-чандрамрита, глава 2, стих 27 ]

,

Проклятие

Том 9, глава 8
5 – 12 июля 2008, Мржежино, Грифич, Польша

 

Преданные были в приподнятом состоянии духа после фестиваля, прошедшего на пляже с оглушительным успехом. На следующий день мы отправились в Мржежино, где должна была пройти следующая программа. Несколько преданных попросили меня пойти на харинаму раньше обычного. Я улыбнулся:

– Поберегите силы, – сказал я. – У нас впереди еще 43 фестиваля.

В течение всего года нет больше такого продолжительного периода, когда бы мы работали так тяжело. Мы проводим грандиозные программы каждый день, кроме понедельника, почти два месяца подряд. В других местах преданные могут позволить себе отдохнуть несколько дней после Ратха-Ятры или Гаура-пурнимы, наши же фестивали идут день за днем.

Как преданным это удается? Они наслаждаются обществом друг друга и делятся своей удачей с теми, кто еще не стал преданными. Ничего удивительного. Это происходит уже сотни лет.

Шри Нарахари Чакраварти Тхакур писал: “Новости о том, что огромное количество людей были обращены в Вайшнавизм, распространились по всей земле. Все преданные были воодушевлены этим. Харинама дас и Рамакришна дас с радостью занялись санкиртаной. В результате они стали абсолютно безразличны к материальной жизни, ибо обрели самое ценное сокровище – преданное служение Господу. Став преданными, они поселились у Баларама Кавираджи, чтобы быть постоянно погруженными в слушание и воспевание славы Господа” [ Нароттама-виласа, виласа 10 ].

В то утро наша Харинама шла по пляжу, мы раздавали приглашения и рассказывали людям, что вечером будет программа. Преданным не пришлось долго ждать, чтобы увидеть результаты своих усилий. Когда мы проходили мимо одной семьи, сидящей на лежаках, мужчина подозвал меня и одного из моих учеников.

– Мы очень рады, что вы будете проводить свой фестиваль, когда мы отдыхаем здесь, – сказал он. – Мы были у вас в прошлом году, и нам очень понравилось. На самом деле мы вспоминали его каждый день. Наша четырехлетняя дочка – ваша большая поклонница. Весь год, каждый день она пела вашу песню, даже во сне.

– Какую песню? – уточнил я.

– Марта, – сказал отец, – спой.

Маленькая Марта встала, широко улыбнулась и с сияющим лицом запела:

Харе Кришна Харе Кришна
Кришна Кришна Харе Харе
Харе Рама Харе Рама
Рама Рама Харе Харе

Она пела снова и снова. Мы извинились и побежали догонять группу киртана, которая ушла дальше по пляжу.

Чуть позже, когда мы свернули с пляжа на пешеходную дорожку, мы увидели 10-летнего мальчика, который занимался йогой, перед ним стояла коробка для пожертвований. Я был потрясен. Он был такой гибкий, что с легкостью выполнял йогические асаны, которые под силу только достигшему совершенства йогу.

– Где ты научился этому? – спросил его преданный.

– Меня никто не учил, – ответил мальчик. – Это проявилось само собой. Я с самого детства знаю, как это делать. В своей школе я попытался обучать йоге других, но большинству ребят это не интересно. У них на уме только футбол и девочки. Некоторые даже наркотики употребляют. Такие тупые. Большую часть времени я провожу в одиночестве, пытаюсь собрать денег, чтобы однажды отправиться в Индию и обучаться йоге у гуру в Гималаях.

Мы пошли дальше и мне на память пришли два стиха из Бхагавад-Гиты:

“Проведя великое множество жизней в наслаждениях на планетах, где живут благочестивые живые существа, неудачливый йог рождается в семье праведников или богатых аристократов… У того, кто родился в такой семье, просыпается божественное сознание, которым он обладал в предыдущей жизни, и он вновь начинает заниматься йогой, чтобы достичь совершенства, о сын Куру”. [ Бхагавад-Гита, 6.41,43 ]

Через четыре часа я привел харинаму на фестивальную площадку. Только что пришла машина с прасадом, и преданные ели с большим аппетитом. После обеда они несколько минут отдохнули на траве, а потом отправились заниматься каждый своим служением. Я поразился их выносливости: после четырех часов харинамы они приступали к своим обязанностям на фестивале, который продлится пять часов, передохнув всего несколько минут.

Когда я приблизился к сцене, ко мне подошел бхакта Доминик с тревожными новостями.

– Здесь только что были две монахини, они гуляли по фестивальной площадке и все разглядывали, – сказал он. – А когда им сказали, что мы преданные Харе Кришна, они неожиданно пришли в ярость и стали проклинать нас. “Вы опасная секта! – кричала одна из них. – Вы привели дьявола в наш город!”

– А другая вопила: “Господь лично покарает вас! Он накажет вас и каждого, кто придет на этот фестиваль! Мы проклинаем вас! Пусть ваш фестиваль провалится, не начавшись!”

Потом они ушли. Люди наблюдали эту картину, и некоторые последовали за ними. Было очень неприятно.

Я прошелся по фестивальной площадке, чтобы убедиться, что все палатки открыты и все преданные на своих местах. Гости текли рекой, и бхаджан-группа, открывающая фестиваль, начала петь на сцене. Сладостные звуки музыки пронизывали все вокруг, создавая удивительную атмосферу.

Неожиданно звук и свет на сцене вырубились. Наш трехтонный генератор встал.
Доминик и еще трое ребят из команды техников бросились за сцену, лихорадочно пытаясь устранить поломку.

Я недоумевал, как практически новый генератор мог поломаться. Через 20 тревожных минут зрители стали беспокоиться. Доминик подошел ко мне и сказал, что они не могут понять, в чем проблема.

– Доминик, – сказал я, – у нас перед сценой сидит пятьсот человек. Они уйдут, если мы не продолжим программу.

Я сел и стал смотреть на толпу. Прошло еще 20 минут, и люди начали расходиться. Неожиданно из генератора вырвался большой клуб белого дыма. Доминик, который наполовину был внутри генератора, высунулся и показал мне большой палец. Электричество появилось на сцене.

– Начинайте представление, – крикнул я артистам. Через секунду бхаджан-группа запела, но мгновение спустя свет снова погас.

Один из парней со сцены крикнул мне:

– Махараджа, остановить представление?

– Нет, – крикнул я. – Звук есть. Продолжайте без света.

Было темно и практически не видно ничего, что происходило на сцене, но у нас
не было выбора. Доминик со своей командой работали под сценой, налаживая освещение. Через пятнадцать минут свет появился. Но генератор снова остановился, а вместе с ним и вся программа. Посмотрев начало представления, зрители терпеливо ждали, пока ребята починят генератор. Через десять минут он снова завелся.

– Ничего подобного прежде не было, – подумал я. Я смотрел на тысячи людей, которые бродили по нашей фестивальной площадке, и молился, чтобы наши проблемы на этом закончились.

В следующее мгновение ко мне подбежал Доминик.

– Махараджа, – сказал он, – по необъяснимой причине я оставил все СД-диски для сценического представления на базе. Я уже отправил за ними человека, но это займет, по меньшей мере, два часа.

Я остолбенел. У нас не было иного выбора, как использовать прошлогодние диски. Принимая во внимание огромное количество зрителей, проблемы, следующие одна за другой, воспринимались не просто как мелкие неурядицы. Я решил не зацикливаться на всем этом и направился к ресторану.

По пути я заметил мужчину, который сидел, прислонившись к мусорному контейнеру. Судя по его рваной одежде, небритому лицу и унылому виду, я понял, что он бездомный. Подойдя поближе, я к своему удивлению обнаружил, что он цветными карандашами рисует прекрасную картину нашего фестиваля.

– Вы очень талантливы, – сказал я ему.

Он посмотрел на меня.

– Благодарю вас, – ответил он. – Я рисую только то, что красиво. Это помогает мне не терять надежду на лучшее в моей несчастной судьбе.

– Где вы научились так рисовать? – спросил я его.

– Это всегда было моим хобби, – ответил он. – По образованию я бухгалтер. Когда-то у меня была престижная, высокооплачиваемая работа, красивая жена, дети и собственный дом, но я все потерял.

– Но, безусловно, такой одаренный и разумный человек снова может подняться, – сказал я.

– Только если мне не предначертано остаться таким, – ответил он. – Я надеюсь, что в следующей жизни мне повезет больше.

– Вы верите в реинкарнацию? – спросил я.

– Да, верю, – ответил он. – Я каждый день читаю Бхагавад-Гиту. Это все, что у меня есть. Много лет назад я купил ее у кого-то на улице. Там есть стихи на санскрите, перевод и комментарии Свами Прабхупады. Тогда она меня не очень заинтересовала, но я ее сохранил. Это единственное, что я взял с собой, когда все рухнуло. Она лежит у меня в рюкзаке в лесу под деревом.

– Удивительно, – сказал я. – Вы знаете, что этот фестиваль основан на учении Бхагавад-Гиты?

– Это заметно, – ответил он.

Я попросил прощения и пошел к ресторану. Через два часа, когда я смотрел на представление, которое наконец-то шло как надо, этот мужчина подошел ко мне.

– Извините, – сказал он. – Мне сказали, что Вы гуру.

– Да, – согласился я, – я духовный учитель некоторых из этих преданных.

– Спасибо, что уделили мне время и поговорили со мной, – сказал он. – Я не сразу понял, кто Вы.

– Я не являюсь кем-то особенным, – ответил я. – Мне просто посчастливилось встретиться с человеком, который перевел Бхагавад-Гиту, которую вы читаете.

– А мне повезло встретиться с Вами, – сказал он. – Я бы хотел задать Вам несколько вопросов, но мне нужно идти. Не могли бы мы встретиться в один из дней на следующем фестивале? Я знаю, где он будет проходить.

– Это далеко отсюда, – предупредил я.

– Я доберусь, – успокоил он меня. – Это очень важно.

– Тогда увидимся там, – ответил я.

В тот вечер один из преданных спросил меня:

– Гуру Махараджа, некоторые преданные говорят, что сегодня у нас было так много проблем в начале программы из-за проклятия монахинь. Как Вы считаете, это так?

– Это нелепо, – ответил я. – Господь всегда защищает Своих преданных. Более того, этот фестиваль подобен Вайкунтхе, духовному миру. Попав сюда, можно обрести лишь удачу. Проклятия здесь не действуют.

Шрила Прабхупада пишет:

“Из-за проклятия Дакши Нараде не позволяется жить в одном месте продолжительное время. Однако, Шридхара Свами подчеркивает: на тасьям сападех прабхавах – в Двараке не действуют проклятия и нет других бед, потому что Дварака является обителью Верховной Личности Бога, – Он собственноручно защищает ее, что указано в словах говинда-бхуджа-гуптаям.

Обусловленные души ведут в царстве Майи борьбу с жестокими законами материальной природы, такими как рождение, смерть, старость и болезнь, но если такой обусловленной душе посчастливится войти в город Верховной Личности Бога, – Двараку, Матхуру или Вриндаван, – и жить там под защитой всемогущих рук Верховного Господа, Кришны, она испытает беграничное трансцендентное блаженство истинной жизни, которая является вечной и проходит в постоянном общении с Господом”.

[ Шримад-Бхагаватам 11.2.1, комментарий ]

,

Вы видите это?

Том 9, глава 7
1 – 4 июля 2008, Польша

 

Первые два фестиваля польского тура прошли исключительно хорошо, их посетили тысячи людей. Однако, преданные медитировали на третий фестиваль. Он должен был пройти в городе, в котором заместитель мэра почти добился его отмены, и должен был стать самым большим и самым успешным фестивалем лета.

Нандини даси встретилась с чиновником из муниципалитета, чтобы обсудить приезд посла Индии в качестве почетного гостя.

Секретарь мэра покраснела.

– О Боже мой! – воскликнула она. – Мы не спланировали до конца его визит до ухода мэра в отпуск.

– Что? – спросила Нандини. – Вы хотите сказать, что мэр не будет на открытии фестиваля вместе с послом?

– Боюсь, что нет, – ответила секретарь. – Давайте я сейчас же позвоню мэру.

Но она не смогла связаться с ним и пообещала Нандини не оставлять своих попыток и перезвонить ей завтра.

На следующий день в девять утра секретарь позвонила.

– Мэр приносит извинения, но он не сможет присутствовать, – сообщила она.

Секретарь хихикнула.

– Но он попросил своего заместителя быть на открытии фестиваля, – добавила она.

Нандини не могла поверить своим ушам.

– Заместителя? – переспросила она, едва сдерживая смех. – Вы имеете в виду того человека, который стучал кулаком по столу и кричал, что в его городе больше не будет Фестиваля Индии?

– Именно так, мэм, – ответила секретарша.

Через два дня мы начали рекламу фестиваля в городе. Лавируя между загорающими, наша группа харинамы раздала на пляже 12 тысяч приглашений за четыре часа. Как всегда, люди махали нам, приветствуя.

Мы прошли мимо двух женщин, лежащих на песке.

– Что это? – услышал я, как одна из них спросила свою подругу.

– Фестиваль, – ответила подруга.

– Какой фестиваль? – снова спросила женщина.

– Ну фестиваль! – ответила подруга.

– Фестивалей много, – сказала женщина.

Ее подруга улыбнулась.

– Не таких, как этот, – сказала она. – Этот всегда – самый большой и лучший в городе.

В день фестиваля наша харинама из 100 преданных вышла пораньше. Хотя обещали дождь, полубоги сыграли свою роль – небо было чистым, и светило солнце. Мы танцевали и пели на тротуарах. Наши девушки махали золотистыми китайскими веерами, блестящими на солнце. Их яркие шелковые сари изящно колыхались на ветру, дующем с моря. Мужчины в отутюженных куртах и дхоти, некоторые в цветных тюрбанах, играли на караталах и других музыкальных инструментах.

Людям нравилось наша процессия, и они с удовольствием фотографировались на фоне преданных – группа киртана иногда простаивала по 20, а то и 30 минут. Пока одна семья фотографировалась с нами, преданная, раздающая приглашения, подошла ко мне.

– Гуру Махараджа, – сказала она, – я только что видела людей, которые безудержно смеялись. Я спросила их, почему они смеются, и женщина ответила: «Только представьте себе, раньше мы думали, что вы – секта. Вы можете в это поверить? Назвать такую культуру сектой. Это настолько нелепо».

Я хотел вдохновить преданных, которые готовили фестивальную площадку, и повел группу киртана назад по пешеходной дорожке. Мы издалека увидели нашу новую сцену: 8 метров в высоту, полностью автоматическая, она стала гордостью и радостью наших фестивалей этого лета. Сцена и 25 наших палаток расположились в пешеходной зоне недалеко от пляжа.

Неожиданно, просто из ниоткуда, на небе появились темные тучи, угрожая дождем.

– Это необычно, – подумал я, когда поднялся ветер. – Похоже на плохой знак.

Казалось, все вокруг стало пропитано тревогой и беспокойством. Бхакта Доминик, ответственный за фестивальную площадку, подошел ко мне, как только мы с группой киртана приблизились к сцене.

– Махараджа, – начал он, – у нас большая проблема. Владелец отеля, напротив которого мы устанавливаем нашу площадку, приказал нам убираться. Он вызвал полицию. Похоже, эта часть пешеходной зоны между отелем и пляжем тоже принадлежит ему. Он говорит, что муниципалитет не предупредил его о нашем мероприятии.

В этот момент приехала полиция и стала разговаривать с Домиником.

– Они говорят, что нам нужно сворачиваться, – сказал Доминик. – Я позвонил Нандини. Она будет здесь через несколько минут.

– Не говори никому из преданных об этом, – попросил я. – Я не хочу, чтобы они упали духом.

Я направил группу киртана на пляж, и повернулся к Доминику.

– Звони мне с любыми новостями, – крикнул я.

Через час мой телефон зазвонил. Вытаскивая его из кармана курты, я заметил, что облака начали рассеиваться, а ветер стих. Люди, которые ушли с пляжа, увидев, что погода наладилась, снова вернулись на свои места.

– Хороший знак, – подумал я.

– У меня хорошие новости, – сказала Нандини, и в этот момент лучи солнца прорвались сквозь завесу облаков. Я улыбнулся.

– Владелец отеля позволил нам остаться, – сказала Нандини. – Но это было непросто. Когда я зашла к нему в офис, он начал хохотать. Он спросил: «Вы организатор этого мероприятия? Я ожидал увидеть здорового мужика, а не маленькую женщину». Он рассказал, что у него было 24 иска против города и против людей, которые пытались проводить мероприятия на его участке пешеходной зоны. Я объяснила ему, что у нас некоммерческое предприятие и что мы здесь, чтобы поделиться с людьми нашей духовной культурой. Каким-то образом его сердце смягчилось и в конце концов он разрешил нам остаться.

– Когда я позвонила в мэрию, секретарь мэра подтвердила, что он действительно владеет этим участком земли, но у нее не хватило духа сказать мне об этом раньше. Когда она услышала, что он согласился на проведение нашего мероприятия, она воскликнула: «Это чудо, просто чудо!». Затем она рассмеялась и спросила: «Вы не хотели бы работать в нашем муниципалитете?»

Я почувствовал такое облегчение, что стал вдохновлять преданных танцевать и петь с еще большим энтузиазмом. Но к этому моменту наша группа харинамы начала уставать, поэтому я вскоре закончил киртан, и мы вернулись на площадку фестиваля. По пути назад я услышал разговор людей, которые, казалось, знали меня и между собой называли меня гуру. Я был немного смущен и спросил Матхуранатха, одного из моих помощников, откуда они знают, что я духовный учитель.

– Гуру Махарадж, – сказал он, – Вы одеты в шафрановые одежды, идете впереди киртана и, очевидно, старше большинства из нас. Кроме того, Вы выступаете с речью на сцене на протяжении последних 18 лет.

Когда преданные быстро пообедали и завершили последние приготовления к представлению, за кулисами появились посол Индии, заместитель мэра и Джаятам с Нандини. Было заметно, что послу приятно находиться здесь, также было очевидно, что заместитель мэра чувствовал себя очень неуютно. Он был покрыт испариной, потирал руки и нервно оглядывался по сторонам.

Когда посол и заместитель мэра в шесть часов вечера вышли на сцену, чтобы открыть представление, сотни людей сидели на скамейках на песке перед сценой, а еще больше прогуливались по фестивальной площадке. Я никогда не забуду выражение изумления на лице заместителя мэра, когда он увидел огромное количество людей и размах нашего мероприятия. Со сцены было видно, что наш яркий фестиваль простирается до самого моря. Он стоял онемевший, в то время как аудитория ревела и уважительно аплодировала ему и послу.

Когда заместитель мэра посмотрел на людей, ожидающих начала представления, а затем на посла (высокопоставленного дипломата с энтузиазмом поддерживающего нас), я почувствовал, что в его сердце произошла перемена. Мне никогда не узнать, какие страшные картины рисовал он прежде в своем воображении о нашем движении. Это могло быть из-за пропаганды, которую вела наша оппозиция на протяжении столь долгого времени. Но эти дни уже подходят к концу, и какие бы заблуждения у людей ни были насчет нас, они постепенно меркнут благодаря огромному количеству фестивалей, которые мы провели за эти годы, фестивалей, которые убедили их в нашей подлинности и растопили их сердца, заполнив любовью к нам.

Я наблюдал, как заместитель мэра изучающе осматривает фестивальную площадку. В ресторане было полно людей, наслаждающихся прасадом, а в палатке йоги не было отбоя от желающих позаниматься. В палатке “Курсы кулинарии” собрались женщины, которые хотели научиться готовить блюда вегетарианской кухни. Все палатки, представляющие различные аспекты Ведической культуры, были забиты битком, а в палатке “Вопросы и ответы” яблоку было негде упасть. Люди гуляли с книгами Шрилы Прабхупады в руках, а у многих детей на лицах красовались гопи-доты. На огромной площадке было столько людей, что по ней было сложно передвигаться.

Заместитель мэра в изумлении смотрел на все это, и я не поверил своим глазам, когда увидел, что он, пробежав глазами по бумажке с заранее заготовленной речью, сунул ее в карман. Еще раз, бросив взгляд на происходящее перед ним, он шагнул к микрофону и начал говорить без подготовки.

– Дамы и господа, – начал он, – это, без сомнения, честь для нашего города – принимать здесь, на нашем прекрасном побережье, этот великий праздник.

Преданные изумленно переглянулись. Никто не ожидал, что он будет прославлять нас.

– Сам факт присутствия Посла Индии говорит о важности этого события, – продолжал заместитель мэра.

Преданные, не веря своим ушам, качали головами.

– Глядя вокруг, – говорил он, – мы видим, что этот фестиваль несет древнюю и красочную культуру на наше побережье.

В уме я обратился к Шриле Прабхупаде.

“Мой возлюбленный духовный учитель, – стал молиться я, – Вы видите? Вы видите это?”

Заместитель мэра продолжал:

– Как многие из наших уважаемых горожан знают, мы предоставляем эту площадку только для самых престижных мероприятий, и я считаю этот Фестиваль Индии именно таким событием.

Преданные расплылись в улыбках до ушей.

– И поэтому, – продолжал он, – как заместитель мэра я провозглашаю, что наш город и впредь будет рад принимать этот фестиваль на этом самом месте на протяжении многих лет. Дорогие жители и гости нашего города, пожалуйста, наслаждайтесь этим чудесным праздником.

Зрители вежливо захлопали, а преданные встали и разразились бурными аплодисментами. Я был не в состоянии говорить или делать что-либо. Я сел, ошеломленный, на глаза мои навернулись слезы.

“Кто только мог представить? – думал я. – Такое возможно только по милости Господа Чайтаньи”.

Сделав шаг назад, заместитель мэра попросил посла сказать несколько слов. Посол прославлял наше движение и все, что мы делаем, распространяя сознание Кришны в Польше. Он был настолько вдохновлен, что, сойдя со сцены, отправился в палатку “Вопросы и ответы”, где два часа отвечал на вопросы гостей.

Один мужчина бросил ему вызов.

– Движение Харе Кришна действительно представляет вашу культуру? – спросил он.

– Да, – с улыбкой ответил ему посол, – и делает это в высшей степени хорошо.

После он вернулся на основную сцену и дал получасовую лекцию о том, как важно контролировать чувства для того, чтобы познать себя.

Вечером, когда гости разошлись, я ждал, пока преданные уберут площадку. Я сидел на скамейке и вспоминал проявление величайшей милости Господа Чайтаньи, свидетелем которой я стал сегодня.

“Какая честь для меня быть частью этого движения! – думал я. – Оно несет великую удачу жителям этой страны. Удивительно, что невероятные вещи, о которых раньше я читал в шастрах, я могу увидеть воочию на этом фестивале. Это игры Господа Чайтаньи наших дней, вдохновляющие как преданных, так и обычных людей”.

сататам джаната бхава тапа харам
парамартха параяна лока гатим
нава леха карам джагат тапа харам
пранамами шачи сута гаура варам

«Склоняюсь пред Гаурой, прекрасным сыном Шачи, Кто устраняет страдания материального существования, пред целью жизни тех, кто предан высшей цели; пред тем, Кто вдохновляет материалистов проявить трансцендентные качества и стать что пчелы, жаждущие наслаждаться нектаром Кришна-катхи; пред тем, Кто избавляет от всех страхов мира».

[ Шрила Сарвабхаума Бхаттачарья, Шри Гауранга-махима, стих 4 ]