, ,

Её собственной рукой

Том 9, глава 20
4 октября – 14 ноября 2008, Вриндаван, Индия

 

Для большинства людей Новый год начинается первого января. Для меня же он начинается в начале октября, когда заканчивается мой ежегодный проповеднический тур по всему миру, и я отправляюсь во Вриндаван, чтобы восстановить свои духовные силы.

Перед тем как отправиться в Индию в этот раз, я сел и расписал свой план на 2009 год. Закончив, я обнаружил, что нет практически ни одного свободного дня между поездками по всем континентам, где меня ожидают около ста масштабных фестивалей в Польше, Англии, Южной Африке, Гонконге и Австралии.

Я посмотрел на свое расписание и покачал головой.

– Мой дорогой Господь Кришна, – произнес я вслух, – пожалуйста, дай мне вдохновение, духовную силу и энергию, чтобы выполнить всё это служение.

Хотя за последние 38 лет я уже много раз посещал Вриндаван, каждый раз, вновь приезжая туда, я ожидаю чего-то необычного. При посадке в Лондоне на рейс до Дели я так волновался, будто ехал во Вриндаван впервые в жизни.

Когда самолет взлетел, я стал размышлять над тем, какой была Индия в 70-е и 80-е годы. В те дни ее считали страной третьего мира, и на Западе я часто слышал выражение “голодные толпы”. Конечно, в Индии не было никаких голодных толп, но мало кто знал реальные факты, всё основывалось на слухах.

Когда самолет набрал высоту и на табло загорелась надпись, что можно расстегнуть ремни безопасности, я взял журнал “Интернешнл Геральд Трибьюн” и наткнулся на статью о том, что Президент Буш подписал соглашение с Индией о продаже ядерных технологий, что ознаменовало конец 30-летнего запрета.

Это открыло Индии доступ к технологиям использования атомной энергии в мирных целях и позволило ядерным корпорациям Америки и Европы заключить контракт стоимостью 27 млрд. долларов на строительство 18 или 20 атомных реакторов на территории Индии. “Как изменились времена”, – подумал я.

К сожалению, восхождение Индии к мировому господству отразилось даже на таких местах как Вриндаван. Сонный маленький городок, в который я приехал в 1973-м, превратился в мини-мегаполис с гостиницами, домами, магазинами, построенными за невероятно короткое время. Остались в прошлом те спокойные тихие дни, когда можно было пройти по Вриндавану, не продираясь сквозь огромную толпу и не уворачиваясь от моторикш, автобусов и машин.

Тем не менее, Вриндаван остается и всегда будет оставаться чистым благословенным местом, которого никогда не коснется мирская скверна. Чтобы углубить свое понимание дхамы, во время полета я прочитал несколько стихов из Шримад-Бхагаватам.

Сойдя с самолета, я взял такси до Вриндавана. Когда мы въехали в город, я попросил водителя остановиться, вышел из машины и по традиции простерся в пыли, к большому удивлению проезжавших мимо туристов.

Я вошел в свою комнату и достал компьютер, чтобы проверить электронную почту. И тут, поймав себя на мысли, что не для этого сюда приехал, отложил компьютер в сторону.

Расположившись, я достал мобильник, чтобы позвонить Джаятаму дасу в Польшу и узнать, как прошел его обед с послом Индии. И снова остановил себя. “Это может подождать”, – тихо сказал я.

Через несколько минут зашел преданный, чтобы поприветствовать меня.

– Добро пожаловать в святую дхаму, Махараджа, – сказал он. – Как прошло путешествие?

Я рассказал ему.

Затем он заговорил о мировых новостях.

– Что думаете о предвыборной гонке кандидатов в президенты США? – спросил он. – Как считаете, Обама сможет победить?

– Трудно что-то сказать в данный момент, – начал я.

И снова остановил себя. “Ну вот, опять”, – думал я.

И вежливо извинился, сославшись на то, что у меня много дел.

Когда мой друг ушел, я сел перед своими Божествами и стал молиться, чтобы Они показали мне, как достичь моей цели поездки во Вриндаван: углубить любовь к Господу и получить духовную силу, чтобы выполнить все то нелегкое служение, которое ждет меня в будущем году.

Позже вечером я решил совершить парикраму вокруг Вриндавана. Я взял четки и отправился босиком на двухчасовую прогулку.

За первым же поворотом я увидел, как один мужчина вышел из своего дома и сел на велосипед. Как только он тронулся, его дочка лет пяти, выскочив из дома, бросилась за ним по улице. Плача, она снова и снова кричала ему вслед. Через несколько мгновений он уже скрылся из вида. Малышка остановилась, упала на землю и разрыдалась.

“Спасибо, что показал мне это, мой Господь, – подумал я. – Если я смогу научиться плакать по Тебе так же неистово, как эта девчушка плачет по отцу, моя духовная жизнь увенчается успехом”.

На следующий день приехали преданные с разных стран мира, чтобы принять участие в парикраме, возглавляемой Б.Б.Говинда Махараджей и мной. На три недели мы погрузились в киртаны и лекции во Вриндаване, Джайпуре и Хришикеше. Приходя в каждый храм и самадхи, погружаясь в каждую святую реку и кунду, я усердно молился, чтобы в моем сердце пробудилась любовь к Радхе и Кришне и чтобы у меня была сила проповедовать в наступающем году.

И по милости Господа вдохновение не покидало меня.

Во время парикрамы вокруг Говардхана на полпути я почувствовал усталость. “Может быть, лучше сдаться?” – думал я.

Я тащился со скоростью улитки, думая о боли в мышцах и усталости в ногах. Неожиданно мимо меня быстро прошел паломник, повторяя молитвы, прославляющие холм Говардхан. Я присмотрелся к нему и с удивлением обнаружил, что он был абсолютно слеп.

“Несмотря на слепоту, он, как и все остальные, стремится совершить 16-мильное путешествие, – подумал я. – Как могу жаловаться я?”

Я догнал его и остаток пути следовал за ним по пятам. Слушая его молитвы, я сам молился, чтобы обрести ту же решимость.

Спустя несколько дней наша группа отправилась на парикраму на Варшану, где Шримати Радхарани жила со своими родителями, царем Вришабхану и царицей Киртидой Сундари. Утомленный предыдущей парикрамой, я проснулся поздно и, чтобы успеть вовремя, провел пуджу очень быстро.

А потом стал ругать себя. “Нельзя совершать пуджу впопыхах, особенно в дхаме”, – думал я.

В этот день, когда мы с группой преданных поднимались извилистыми дорожками к Варшане, я увидел, как одна пожилая женщина несла Божество Гопала в корзинке. В каждом святом месте она останавливалась и показывала Гопалу окрестности. Она так заботливо и нежно обращалась с Ним, что было очевидно, что она очень Его любит.

Вот она рассмеялась и стала покачивать корзину.

– Кришна, озорник, – сказала она Божеству, – вот место, где Ты остановил Радхарани и гопи и попытался взять с них налог за их молочные продукты.

“Спасибо Тебе за еще один урок, мой Господь, – сказал я тихо. – Я могу лишь надеяться, что однажды смогу поклоняться Тебе в форме Божества с такой любовью и преданностью”.

Но мне хотелось все больше вдохновения, и я обратился к своему другу, Чатуратме дасу.

– Прабху, – сказал я, – можешь порекомендовать мне книгу с жизнеописаниями великих преданных, живших в дхаме?

– “Према Виласа” Нитьянанды даса, – ответил он. – Она наполнена играми великих преданных, таких как Джахнава Мата, супруга Господа Нитьянанды. И там в мельчайших подробностях описана жизнь Нароттамы даса Тхакура и Шриниваса Ачарьи.

– Она авторитетна? – поинтересовался я.

Чатуратма улыбнулся и ответил:

– Шрила Прабхупада цитирует ее в комментарии к 60-му стиху 13-й главы Ади-лилы “Шри Чайтанья-Чаритамриты”.

Я нашел экземпляр этой книги, изданной Ишвара дасом из “Тачстоун Медиа”, ИСККОН. Читая о предыдущих ачарьях и их любви к Вриндавану, я с каждым днем все больше преисполнялся энтузиазма.

Но когда месяц Картика подходил к концу, я обнаружил, что жажду еще больше милости. “Мне еще никогда не приходилось участвовать в ста фестивалях за год”, – думал я.

В последний день пребывания во Вриндаване перед своей последней парикрамой вокруг дхамы я простерся в ее пыли.

“Моя дорогая Радхарани, царица Вриндавана, – взмолился я, – пожалуйста, пролей на меня особую милость”.

Во время прогулки я старался сохранить в памяти образы всех храмов, Божеств и самадхи в надежде, что эти воспоминания будут со мной на протяжении всего года.

“Рупа Госвами говорит, что если не можешь все время жить во Вриндаване, – думал я, – то тогда постоянно помни о святых местах. И так будешь вдохновлен всегда”.

Перед завершением парикрамы я зашел в гости к своему духовному брату Кирану Прабху, пригласившему меня на обед.

Киран жил в Индии уже почти 30 лет, проповедуя большую часть времени в Западной Бенгалии. За это время он написал книгу о святых местах Бенгалии и об играх Господа Чайтаньи и Его спутников в тех краях.

После обеда мы заговорили об издании его книги. Перед уходом я зашел в его комнату, чтобы получить даршан Божеств. К удивлению своему на алтаре я обнаружил только рамку с небольшими тонкими дощечками из старого дерева внутри. Присмотревшись, я увидел, что на дереве есть поблекшие надписи.

– Что это? – спросил я Кирана.

Он с любовью посмотрел на рамку.

– Это написано рукой Гададхара Пандита, – сказал он, – Из Панча-Таттвы.

– Рукой Гададхара Пандита? – удивился я. – Воплощения Шримати Радхарани в играх Господа Чайтаньи?

– Да, – шепотом сказал он. – Это кусочек из “Бхагавад-гиты”, которую он переписывал.

Мои глаза расширились от удивления.

– Это упоминается в нашей Гаудия-Вайшнавской литературе, – добавил он.

– Как тебе удалось раздобыть это? – спросил я.

– Я занимался служением в фонде “Бхактиведанта Чарити”, основанном Шрилой Прабхупадой в 1970-х для восстановления старых храмов в Бенгалии, – ответил Киран. – Однажды я посетил храм в Бхаратпуре, в котором хранят эту “Бхагавад-гиту” и поклоняются ей. Раз в году в день ухода Гададхара Пандита ее выставляют на всеобщее обозрение. Я пришел как раз в тот момент, когда служитель храма доставал из коробки этот священный текст на тонких дощечках. Он повернулся и врезался в колонну, и несколько хрупких дощечек, расколовшись, упали на землю. Мы оба просто окаменели. Потом я осторожно присел и поднял несколько фрагментов с письменами. Так получилось, что священник не протестовал. С того дня я предлагаю бхогу и арати этим обломкам книги.

Я не мог совладать с собой.

– О Прабху, – выпалил я, – можешь дать мне маленький кусочек? Хотя бы одну букву?

– Как я могу отказать тебе? – ответил Киран. – Ты выполняешь столько служения на Западе.

Он взял рамку и открыл ее. Пинцетом взял кусочек дерева с идеально выведенной буквой и осторожно положил в мою трепещущую ладонь.

В тот вечер я лежал и читал заключительные главы “Према Виласы”. Я хотел дочитать книгу до отъезда из дхамы. Мне приходилось бороться со сном, пока я не наткнулся на следующий абзац, который подтверждал то, о чем рассказал мне Киран:

“О читатели, слушайте внимательно. Однажды, когда Гададхар Пандит переписывал “Бхагавад-гиту”, Господь Чайтанйа спросил:

– О, Пандит, что ты пишешь?

– Я переписываю Бхагавад-гиту, – ответил Гададхара Пандит.

Господь решительно отобрал у него письменные принадлежности, записал одну шлоку и вернул Гададхару. Когда Гададхара Пандит прочитал стих, он возликовал и стал возносить Господу молитвы. Господь Чайтанйа обнял Гададхара Пандита, и тот быстро закончил свою работу над “Бхагавад-гитой”.

Прямо перед своим уходом Гададхара Пандит позвал Наянанда Мишру и сказал: “У меня есть Божество Кришны, я носил Его на груди. Теперь ты должен поклоняться Ему со всем тщанием. Также заботься о Божестве Гопинатхи. И возьми эту “Бхагавад-гиту” и поклоняйся ей со всей преданностью. Господь Чайтанйа Сам записал там шлоку”.

Сказав это, Гададхара Пандит покинул этот мир. Наянанда Мишра провел все необходимые ритуалы после ухода духовного учителя и переехал в Бхаратпур.

“Желая служить лотосным стопам Шри Джахнавы и Вирачандры, я, Нитйананда дас, повествую “Према Виласу”.

[ Нитйананда дас, “Према Виласа”, 22 виласа ]

Когда я дочитал этот абзац, чувства переполняли меня.

“Я получил ответ на свои молитвы, – думал я. – По милости Шримати Радхарани теперь у меня есть маленький кусочек этого священного текста. Ведь это написано Её собственной рукой. Разве может проповедник, пытающийся служить священной миссии Шри Чайтанйи Махапрабху, желать большего вдохновения и милости?”

На следующий день я покинул святую дхаму, полностью восстановленный и готовый к служению и трудностям, которые ждали меня впереди.

, ,

Лекарь

Том 9, глава 19
24 сентября 2008

 

По пути из Адыгеи в машине ко мне обратился один из моих учеников, указывая на живописные леса по обе стороны дороги:

– Гуру Махараджа, – сказал он, – здесь неподалеку живет один человек. По слухам, он обладает уникальными способностями целителя. Вы часто жалуетесь на печень. Не хотите к нему заехать?

– Я в это не верю, – сказал я.

– Но он вылечил многих людей, – настаивал преданный, – я лично знаю нескольких.

– И как он это делает? – усмехнулся я. – Волшебной палочкой?

– Нет, Гуру Махараджа, – на полном серьезе продолжал преданный, – местными травами. Он собирает их в лесу и смешивает в абсолютно непостижимых сочетаниях. Он обрел такую популярность, что им заинтересовалось правительство, по заданию которого приезжала замминистра здравоохранения России с целью изучения его способностей. В результате она заявила, что эти способности – либо мистического, либо внеземного происхождения, потому что его формулы невозможно воспроизвести.

– Именно поэтому я и не хочу тратить время на встречу с ним, – сказал я. – Всё это фокусы.

К разговору подключился другой преданный:

– Местные врачи приглашают его, когда не могут поставить диагноз. Каждый день он посещает больницы по всей округе, помогая советами врачам и пациентам.

– Должен признаться, – робко проговорил Вайкунтха-пати дас, – я был у него, и мне он помог.

– Неужели? – спросил я с ноткой сарказма в голосе.

– Гуру Махараджа, – голос Вайкунтхи-пати окреп, – в любом случае, поездка к нему не повредит. Я могу устроить вам встречу прямо сейчас, хотя обычно ожидание занимает до года, настолько он популярен. Вдруг он сможет вам помочь.

– У меня не столь серьезная проблема, – отмахнулся я.

– Любая болезнь может стать серьезной, если ее не лечить, – сказал Вайкунтха-пати.

В конце концов я сдался:

– Ладно. Можем заехать к нему на несколько минут, но не больше. Нам сегодня еще 4 часа ехать до места проведения российского фестиваля.

Вайкунтха-пати позвонил целителю и назначил встречу через час. Наш шофер изменил маршрут, и мы свернули на проселочную дорогу, вьющуюся между холмами и долинами, окутанными туманом. Яркие цветы утопали в окружающей зелени, а дорогу то тут, то там прорезали маленькие ручейки.

Мы подъехали к небольшому скоплению деревянных домов на окраине города. Когда мы остановились возле одного из них, я увидел выходящего оттуда инвалида. Он с видимым усилием подошел к нашей машине и жестом пригласил следовать за ним в дом.

– Должно быть, это один из пациентов, – сказал я Уттама-шлоке дасу.

Войдя в дом, я обернулся к Вайкунтхе-пати и попросил его:

– Ничего не говори этому целителю обо мне. Мне интересно, сможет ли он сам определить, что со мной не так.

– Ему никто не рассказывает о своих проблемах, – ответил Вайкунтха-пати.

Пока мы сидели в ветхой гостиной, заставленной старинной русской мебелью, я думал о том, сможет ли целитель “увидеть” мою больную печень, три проблемных шейных позвонка, слабые колени и периодические головные боли. И ещё, в прошлом году врач сообщил мне о повышенном давлении.

Задумавшись, я не сразу заметил, как давешний инвалид вернулся в комнату и уселся на стул напротив меня.

– Спроси у этого человека, – обратился я к Уттама-шлоке, – помог ли ему целитель.

Прежде чем Уттама-шлока успел что-либо сказать, человек взял меня за руки и закрыл глаза.

– Что здесь происходит? – спросил я у Вайкунтхи-пати.

– Это и есть целитель, – ответил он.

Мужчина открыл глаза.

– У Вас немного повышено давление, – сказал он.

Он снова закрыл глаза и сильнее сжал мои руки.

– Также, у вас повреждены три шейных позвонка вследствие авто-аварии.

– Махарадж, – прошептал сидящий рядом со мной преданный, – ведь вы не попадали в аварию.

– Вообще-то, было дело, – сказал я, – в начале 90-х в Дурбане, в Южной Африке. Меня сбил фургон, когда я переходил улицу.

Целитель продолжал:

– У вас немного увеличена печень, временами вы страдаете от головной боли, а еще у вас слабые колени, особенно левое.

Я онемел. Мгновения спустя, однако, ко мне вернулся дар речи:

– Но позвольте, как вы узнали все это? – спросил я его.

Он посмотрел на икону Божьей матери и младенца Иисуса на противоположной стене.

– По милости Божьей, – ответил он. – Я также могу добавить, что печенью вы страдаете в результате перенесенного много лет назад гепатита. Вам с осторожностью следует подбирать себе пищу. А вот по поводу болезни Альцгеймера, преследующей вашу семью, можете не беспокоиться – вам она не грозит.

У меня отвисла челюсть. Давным-давно моя бабушка умерла от болезни Альцгеймера, и я иногда задавался вопросом, не постигнет ли и меня та же участь.

– На самом деле, ничего серьезного, – сказал он, – но вам все же следует беречь себя. Вам помогут травы. Травы даны человеку Богом для врачевания.

– Я сам вылечил себя травами, – продолжал он. – С рождения я страдал тяжелой формой паралича. Когда мне было восемь, я попросил бабушку пойти в лес и принести оттуда определенные травы. Я испробовал множество различных сочетаний, и однажды они начали работать. Согласно заключению врачей, всю жизнь мне предстояло провести прикованным к постели. Некоторые люди говорят, что я – колдун, но взгляните на диплом на стене. По образованию я фармацевт. Если я в чем-то и нетрадиционен, то только в том, что иногда использую ядовитые растения в малых дозах, чтобы заставить организм бороться. Результат налицо – я вылечил от рака более 3 000 человек.

От удивления мои брови поползли вверх.

– И это не сказки, – добавил он. – Когда врачи отказываются от раковых больных, они посылают их ко мне в последней надежде. Я не могу вылечить всех, ведь я не Господь Бог, но я убедился, что Его травы исключительно эффективны в лечении многих болезней. К примеру, моя статистика женщин, исцеленных от бесплодия, существенно выше, чем у официальной медицины.

Я с бешеной скоростью печатал в ноутбуке.

– Что это вы делаете? – спросил целитель.

– Он ведет дневник, который потом публикуется, – ответил кто-то из преданных.

– Пообещайте, что никому не расскажете, где меня найти, – попросил он. – Я не стану помогать никому, кто придет ко мне в результате ваших публикаций. Я помогаю здесь своему народу. Местные травы приносят наибольшую пользу тем, кто родился и вырос здесь. В любом случае, я физически не смогу принять людей больше, чем принимаю сейчас. К тому же, кто за пределами этого города поверит всему, что вы напишете обо мне?

– Люди могут поверить в пользу натуральных лекарств, – возразил я. – Но мне все-таки любопытно, как вы узнали обо всех моих заболеваниях, просто подержав меня за руки?

– Это уже другая история, – ответил он. – Я 12 лет провел в Тибете, изучая медицину в монастырях у буддистских лам.

Он подал мне стакан воды:

– Выпейте это, и ваша печень скоро пройдет.

Я колебался.

Он усмехнулся:

– Яда там нет, только травы.

Я выпил воду.

Он внимательно посмотрел на меня и произнес:

– Вы делаете самое важное дело – исцеляете души. Если будете себя беречь, проживете еще лет 20.

Затем он поднялся:

– Меня ждут другие больные.

Мы молча вышли из дома. Через некоторое время, уже в машине, один из преданных спросил:

– Что вы думаете обо всем этом, Махараджа? Было ли это фокусом?

Я немного помедлил с ответом:

– Что ж, у него есть медицинское образование, и, похоже, он реально помог многим. К тому же, никто не спорит, что травы всегда были для человека природным лекарством.

– А как ваша печень? – спросил он.

Я нажал на правый бок и вдруг понял, что впервые за многие месяцы тупая боль в печени стихла.

– Боль… её нет, – сказал я.

В “Рамаяне” есть отрывок о целительной силе трав:

“Хануман погрузил руки в недра горы и выдрал целую вершину со множеством трав. Подняв ее над головой, он взлетел высоко в небо и вскоре прибыл в окрестности Ланки. Немедленно появился Вибхишана и обнял предводителя обезьян. Затем ракшас занялся поиском целебных трав, определяя их своим внутренним видением.

Взяв горсть трав, Хануман поспешил к Раме и Лакшману. Он с волнением глядел на обоих царевичей, подобных солнцу и луне, упавшим на землю. Рука его дрожала, когда он поднес пучок трав к носу Рамы. И царевич постепенно начал возвращаться к жизни. Он глубоко вздохнул, втягивая в себя небесный аромат, медленно открыл глаза, взглянул на Ханумана и улыбнулся. Хануман вздохнул с облегчением. Он быстро проделал все то же самое с Лакшманом. Вскоре и Он пришел в себя.

Выжившие обезьяны быстро перемещались от одного раненого воина к другому, используя для их исцеления те же травы. Они истолкли травы в порошок и пустили их по ветру, чтобы он разнес их пряный аромат. С помощью целебных трав сотни тысяч воинов Ванаров пришли в сознание и вскочили с криками радости. И даже некоторые убитые обезьяны, тела которые не были повреждены, тоже вернулись к жизни с помощью этих трав. Вскоре армия обезьян вновь была на ногах во всем своем многомиллионном великолепии, готовая к бою и жаждущая его.

[ Рамаяна, часть 3, глава 10, перевод Кришна Дхармы даса ]

, ,

История недовольства

Том 9, глава 18
22 – 23 сентября 2008, Адыгея, Россия

 

За несколько недель до поездки в Россию я позвонил Уттама-шлоке дасу и попросил его организовать программу на юге России перед ежегодным российским фестивалем на Чёрном море. Когда я прилетел в Москву, он встречал меня в аэропорту.

– Мы должны поспешить, – сказал он. – У нас пересадка на рейс в Адыгею в другом аэропорту, до которого еще нужно добраться.

– Адыгея? – переспросил я. – Первый раз слышу. Где это?

– Это маленькая автономная республика в предгорьях Кавказа, – говорил он, пока мы усаживались в такси. – Население – всего 500 000 человек, но при этом – собственный президент, законодательные органы и законы. Трое представителей от Адыгеи заседают в российском парламенте. Власти внимательно следят за обстановкой в республике, потому что 90 процентов населения – мусульмане, и в истории региона были случаи проявления недовольства существующим порядком.

– Если так, то что мы будем там делать? – спросил я.

– Ваша ученица Мадира даси и ее семья творят чудеса проповеди в этой самой республике, – услышал я в ответ.

Двумя часами позже мы вылетели в Краснодар. Перелет занял три часа, и по прибытии мы сразу отправились на машине в столицу Адыгеи – Майкоп. Местность вокруг была довольно живописной: густые леса, небольшие села с деревянными домиками, напоминающими Россию 18-го века. На многих домах красовались флаги Адыгеи – зеленые полотнища с золотыми звездами и тремя перекрещивающимися стрелами.

– Сорок процентов территории республики покрыто лесами, – сказал Уттама-шлока, – и почва очень плодородна. Но люди, в основном, разводят свиней и овец, а на земле выращивают табак, и это один из беднейших регионов России.

После долгой езды мы, наконец, прибыли в Майкоп. Он мало чем отличался от других российских городов, разве что не было видно церквей, – лишь одна большая мечеть в центре города. На улицах было полно людей: одни спешили по магазинам, другие неторопливо прогуливались.

– Отличное место для харинамы, – сказал я. – Может, выйдем все дружно на часок-другой..?

– Не стоит, – сказал Уттама-шлока, – это рискованно. Люди здесь очень религиозны. Нас могут задержать, или еще что похуже… Сейчас обстановка особенно накалена из-за недавних событий в соседних Южной Осетии и Абхазии. И хотя Абхазия провозгласила независимость еще в 1999 году, Грузия по-прежнему считает ее своей частью, пусть и мятежной. Недавно и Южная Осетия захотела независимости, и Грузия напала на неё. А Россия пришла на помощь Осетии и отразила грузинское нападение.

– Я слышал, – сказал я. – Это было во всех новостях.

– Республики этого региона недолюбливают Грузию, поскольку чувствуют угрозу с ее стороны, – добавил он, – а другая причина в том, что Грузия – христианская страна.

– Западные СМИ рисуют несколько другую картину, – заметил я.

– Так всегда бывает, – сказал Уттама-шлока.

– Это политика, – подытожил я, – а мы здесь для того, чтобы поделиться сознанием Кришны с каждым, кто готов слушать.

В этот момент мы как раз подъехали к дому Рамазана и его жены Мадиры. Приняли нас очень тепло: собралось много народу, слышался негромкий киртан.

– Не хотим привлекать лишнего внимания соседей, – смущенно пояснил Рамазан, провожая нас в дом.

Как только за нами закрылись двери, преданные устроили поистине мощный киртан. Я сел и осмотрелся: в убранстве дома, наряду с картинами на темы сознания Кришны и прочей атрибутикой, проглядывали черты исламского декора. Но главным украшением комнаты, без сомнения, был прекрасный алтарь как раз напротив того места, где я сидел.

– Прошу прощения, что не говорю по-черкесски, – обратился я к присутствующим преданным и гостям. – С вашего позволения, я буду говорить по-английски, а Уттама-шлока переведет мои слова на русский.

И я прочел небольшую лекцию о явлении Господа и Его представителей в материальном мире.

– Иногда Господь приходит Сам, – начал я, – или посылает Своих представителей, таких как Мохаммед, Иисус и другие святые личности. Но цель всегда одна и та же: напомнить нам, что все мы – дети Бога, вне зависимости от места рождения и национальности. Главное то, что Бог – Отец. Здесь в Адыгее вы говорите: “Аллах Акбар!” – “Господь велик!” А в сознании Кришны мы обращаемся к Отцу, называя Его другим именем: Кришна. Почему наше движение становится все более популярным во всем мире? Потому что мы даем исчерпывающую информацию об Отце. Цель религии – любить Его, но чтобы кого-то полюбить, нужно его узнать.

Собравшиеся внимательно слушали, а я старался представить нашу философию в таком свете, чтобы привлечь их и, вместе с тем, не оскорбить. У меня уже был опыт общения с мусульманской аудиторией, так что я чувствовал себя вполне комфортно. Похоже, лекция им понравилась, насколько я мог судить по тому, с каким энтузиазмом они воспевали Харе Кришна в киртане.

Затем Мадира и ее дочь Вишну-прия даси представили мне по очереди всех гостей, многие из которых регулярно посещают их еженедельные нама-хатты.

Я поздравил Рамазана и Мадиру со значительными успехами в распространении сознания Кришны в регионе.

– В таких обстоятельствах это не самая легкая задача, – сказал я.

– Моего мужа дважды забирали на допрос в ФСБ, – сказала Мадира. – Они интересовались, почему он проповедует чуждую религию здесь, в Адыгее. Ему как-то удалось убедить их в том, что мы не представляем угрозы, и они оставили нас в покое. Хотя, подозреваю, что мы все еще находимся у них под наблюдением.

Подошло время прасада. “Мужчины почтут прасад на втором этаже, – сообщил мне Рамазан, – здесь такой обычай.”

Наверху же беседа вскоре свелась к конфликту между Грузией и ее мятежными регионами.

– Грузины уничтожили 1600 человек при обстреле Цхинвали в Южной Осетии, – начал один из гостей. Ему вторил другой:

– Если бы все это затянулось, мы бы отправились туда и вступили в схватку с грузинами, как это было в 1992-93 годах в войне за независимость Абхазии.

По мере того, как мужчины продолжали обсуждение последних событий, я чувствовал, что у сознания Кришны здесь есть серьезные соперники – национальные и религиозные проблемы, управляющие эмоциями местного населения. Теперь я понимал, почему Уттама-шлока отговаривал меня от харинамы. Я четко осознал, что в некоторых уголках планеты нашему движению нужно подождать подходящего времени, чтобы развернуться в полную силу, но тем энергичнее нужно проповедовать там, где обстановка этому благоприятствует.

Пора было менять тему, а потому я повернулся к Мадире, раздававшей прасад, и спросил:

– Сколько лет прошло с тех пор, как Рамазан сделал вам предложение?

Она покраснела, а Рамазан от души расхохотался.

– Я не делал ей предложения, – сказал Рамазан, – я украл ее.

Я чуть не выронил ложку.

– Здесь такая традиция, – пояснил он. – Если тебе нравится девушка, и ты хочешь взять ее в жены, ты должен ее украсть.

– Понятно, – сказал я, предусмотрительно опуская ложку на стол.

– Ну да, – продолжал он, – однажды ночью я залез в дом ее отца через окно и унес ее. За нами гналась вся ее семья, но я был быстрее!

– А потом они разве не преследовали вас? – спросил я.

– Нет, – ответил он, – ведь на следующее утро она уже была моей женой.

Мадира кивнула.

– Вот почему мы запираем все окна и двери на ночь, – добавила она, – чтобы не похитили нашу дочь, которой уже 22. Мы, конечно же, хотим, чтобы она вышла замуж за преданного.

– А как вы все вообще стали преданными? – спросил я. – Ведь здесь так сильны исламские традиции.

– В 1991 году мы с Вишну-прией приехали в Москву, – рассказала Мадира, – и случайно увидели по телевизору программу о сознании Кришны. Преданные там с энтузиазмом пели и танцевали. Мне так понравилось! Следующие несколько дней я пыталась выяснить, как мне их найти, но никто не знал. Целых два года я молила Господа помочь мне разыскать преданных. Однажды я просто шла по улице здесь, в Майкопе, и ко мне подошел преданный санкиртаны с книгами. Я не могла поверить своей удаче. Я знала, что Господь услышал мои молитвы. И я купила “Бхагавад-Гиту” и “Источник вечного наслаждения”. В конце книг было приложение, где описывалась практика сознания Кришны в домашних условиях. С того дня мы с Вишну-прией стали повторять по 16 кругов в день.

– А Рамазан? – спросил я.

Она рассмеялась:

– Он с головой ушел в свой бизнес и как-то раз сказал мне: “Пока ты будешь практиковать от моего имени. Я присоединюсь позже”. И только недавно он принял решение повторять 16 кругов. Десять лет назад мы начали проводить нама-хатты каждую неделю, а сейчас многие жители в округе повторяют мантру. И пусть мы не можем проповедовать открыто, но слава сознания Кришны передается из уст в уста, от дома к дому. Мы знаем, что это единственное решение всех проблем для жителей кавказского региона. Здесь по-прежнему много разногласий, а сколько крови пролито за эти годы..! Сознание Кришны – единственный путь к миру, поскольку мы считаем все души равными по своей духовной природе. Пока результаты проповеди невелики, но мы полны решимости продолжать ее.

– Вы являете собой замечательный пример для всех преданных, – сказал я.

Позже вечером, лежа в кровати, я подумал о двух стихах:

йаванто ваишнава локе
паритранасйа хетаве
ратанти прабхунадишта
деше деше грхе грхе

“Все вайшнавы мира по велению Господа
чтобы спасти падшие души,
прославляли Его имена
от дома к дома, из страны в страну”.

джагад бандхор джагат картур
джагатам трна хетаве
йатра татра харех сева
киртане стхапите сукхе

“Мир воцаряется там, где широко
распространено служение Господу,
творцу и защитнику Вселенных,
и совместное воспевание Его имен”.

[ Шрила Сарвабхаума Бхаттачарья, Сушлока-шатакам, тексты 47-48 ]

, ,

Предсказатель судеб

Том 9, глава 17
8 – 13 сентября 2008, Фессалоники, Греция

 

Погода в восточной Сибири оказалась для меня слишком холодной. Возвратившись в Варшаву, я свалился с гриппом на шесть дней. Мне пришлось отменить большую часть проповеднических поездок по Венгрии, ограничив их лишь тремя днями. В последний день пребывания в Венгрии, на Радхаштами, был рецидив, и болезнь свалила меня снова.

На следующий день в сопровождении Уттама-шлоки даса и нескольких других преданных я уже летел в Фессалоники, город в Греции. Тара дас и его жена Радха Cакхи Вринда даси недавно открыли там проповеднический центр и пригласили нас провести две программы.

Пока мы двигались в центр из аэропорта, Тара стал знакомить меня с городом.

– Фессалоники – второй по величине город в Греции с населением около миллиона человек, – начал он свой рассказ. – Он был основан царём Македонии в 315 году до н.э. и назван так в честь его жены, сводной сестры Александра Македонского.

– Взгяните туда, – сказал Тара, когда мы проезжали территорию порта, – на статую Александра.

Я увидел гигантскую статую легендарного полководца, ее очертания возвышались над туристами, которые прогуливались по широкой пешеходной эстакаде неподалеку от порта.

– Мы просили разрешения у властей города провести в порту киртан (простой киртан, сидя с инструментами) пока вы здесь, но они отклонили нашу просьбу в виду того, что на этой неделе здесь будет проходить международная конвенция, – продолжал Тара.

– Как может небольшой киртан помешать этой конвенции? – спросил я.

– Они не дают разрешений ни на какие официальные мероприятия, поскольку коммунисты и анархисты воспользуются этим, чтобы привлечь к себе внимание.

– Греция же часть Евросоюза, – сказал я. – Неужели здесь до сих пор есть коммунисты и анархисты?

– О да,- ответил Тара, – и иногда они слишком красноречивы.

Мы проезжали по парадной части города, я отметил красоту местных строений, и Тара рассказал мне кое-что о прошлом этого города.

– У Фессалоников богатая многогранная история. Раньше город был частью Римской, Византийской и Османской империй. Сотни лет он был вторым по значимости индустриальным, торговым и политическим центром страны. И это также одно из самых важных мест для Греческой православной церкви.

Он указал на группу священников с длинными седыми бородами и в черных рясах, направлявшихся в церковь.

– В нескольких часах езды отсюда находится гора Афон или Святая гора, с обителями двадцати православных монастырей, – продолжал Тара. – Это автономная монастырская структура, находящаяся под прямой юрисдикцией Константинопольского Вселенского патриархата.

– Двадцать монастырей? – переспросил я.

– Да, – подтвердил Тара. – Добраться туда можно только на лодке. Только мужчинам позволяется взойти на гору Афон. Монахи называют это место Сад девственников. Даже животные особи женского пола удалены с этой территории. Более 2500 монахов живут там.

У церкви В Греции огромное влияние, и даже существует закон, запрещающий другим религиям обращать людей в свою веру. В течение последних тридцати лет наше движение дважды официально закрывалось. Преданные из других стран были занесены в черный список, а однажды даже были конфискованы книги со склада. По этой причине мы с женой открыли центр хатха-йоги. Мы обучаем людей йоге и вегетарианской кулинарии, постепенно подводя их к сознанию Кришны. Мы не выходим на улицу в вайшнавской одежде.

Как только мы подъехали к проповедническому центру и я вышел из машины, взоры всех присутствующих обратились на меня.

– Похоже, они впервые видят человека в вайшнавской одежде, – сказал я.

– Это точно,- улыбнулся Тара.

Пока мы поднимались по ступенькам центра, Тара продолжал свой рассказ:

– Когда недавно мусульмане хотели построить в Афинах мечеть, им отказали. Мы предпочитаем держаться скромно. Но конечно, в Афинах живут представители очень многих национальностей, и там преданные проповедуют более открыто. Около девяти часов вечера мы прогуляемся, чтобы Вы получили представление о городе.

– А это не поздновато? – спросил я.

– Для греков это самая значимая часть суток,- ответил Тара. – Народ прогуливается или проводит время за разговорами в открытых кафе. Имейте в виду, что на улице в это время очень влажно, а температура воздуха доходит до +38 градусов.

Вечером мы вышли на прогулку. Я был изумлен, увидев настолько большое количество людей на улицах. Однако люди при виде меня изумлялись ещё больше. Я чувствовал себя немного неуютно под их пристальными взглядами.

– Что они думают о нас? – поинтересовался я у Тары.

– Ничего. У них нет предубеждений. Просто им раньше не доводилось видеть никого, похожего на вас,- ответил Тара.

– Хотя бы двое-трое могли бы улыбнуться,- заметил я.

– Посмотрим на их реакцию во время нашей ознакомительной харинамы завтра вечером, – предложил Тара. – Хотя городские власти и не дали бы нам разрешения воспевать в порту, думаю, они не будут против небольшого киртана на улицах города.

На следующий день после обеда Гаура Хари дас и его жена Балешвари даси, специально прибывшие из Англии, чтобы присоединиться к нам на эти несколько дней, приготовили всё необходимое для харинамы. Трибхуванешвара дас, преданный из Англии, подготовил свой аккордеон. Ровно в девять вечера в сопровождении ещё шестерых преданных мы вышли на главную улицу города и начали петь. Потребовалось всего несколько минут, чтобы все на улице остановились и стали неотрывно смотреть на нас, но уже не с холодной отстранённостью, а с открытыми улыбками на лицах. Пока мы шли, воспевая и танцуя, люди в кафе приветливо махали нам и что-то кричали. Я не мог поверить своим глазам.

Я повернулся к Таре:

– Разница – как между днём и ночью. Как только мы начали киртан, вся атмосфера изменилась. Харинама народу понравилась.

– Не стоит думать, что сознание Кришны превыше их понимания, – рассмеялся Тара, – В конце концов, один из самых первых западных преданных Кришны был греком.

– Ты имеешь в виду, в 70-х годах? – спросил я.

– Нет, – ответил Тара, когда наша группа харинамы остановилась на углу улицы, и к этому месту стала стягиваться огромная толпа любопытных. – Это было во втором столетии до нашей эры.

– Хм! – сказал я.

– Да, – сказал Тара. – Гелиодорос, греческий посол в Индии во втором столетии до рождества Христова воздвиг в центральной Индии большую колонну с надписью, гласящей, что он был преданным Вишну или Кришны. Мы сейчас готовим новый буклет для нашего центра и включили туда цитату об этом.

Тара вынул буклет из сумки и вручил его мне. Там было написано:

“Эта колонна Гаруды в честь Васудевы, Бога богов, была воздвигнута Гелиодоросом, преданным Вишну, сыном Диона, жителем Таксилы, прибывшим в качестве посла Греции от великого царя Антиалкидаса к царю Кашипутре Бхагабхадре, спасителю, на четырнадцатом году его славного правления”.

– Если он был преданным из Греции, то здесь должны были быть и другие,- сказал Тара с улыбкой.

– Верно, – сказал я. – Если бы мы знали историю во всех подробностях, ученые могли бы включить Ведическую культуру в историю Фессалоников наряду с Римской, Византийской и Османской.

Мы кружили по улицам и переулкам, и святые имена Кришны эхом разносились меж зданий и стен древнего города. Повсюду люди продолжали приветливо махать нам, а некоторые и присоединялись к танцу. Спустя какое-то время мы вышли на площадь, на газонах которой сидели сотни молодых людей.

– Спроси, можем ли и мы расположиться на траве,- сказал я Таре. И как только он обратился к молодежи, около двадцати из них почтительно поднялись и отошли в сторону.

Мы пели на площади около получаса, потом, как было запланировано, Кели-чанчала даси из Венгрии показала танец в стиле Одисси. Лишь только заиграла запись с музыкой, посмотреть на ее представление собралась огромная толпа людей. Когда танец закончился, ей аплодировали сотни.

Я чувствовал себя измотанным из-за непрекращающейся жары, которая не уменьшилась даже к вечеру, поэтому встал и отошёл в сторону магазинчика, где от кондиционера шли потоки холодного воздуха. Пока я стоял, наблюдая за вдохновеным киртаном, ко мне приблизился хорошо одетый пожилой человек. У него была восточная внешность и проницательные голубые глаза. Я заметил, что он следует за нашей харинамой уже несколько часов.

Он подошел и встал прямо напротив меня, внимательно изучая мое лицо. Он стоял, не сводя с меня глаз, и легкий ветер слегка трепал его длинные седые волосы. Мне стало немного не по себе, но я решил проявлять терпение.

Наконец он заговорил:

– В свои 59 лет вы обладаете завидной силой и стойкостью. Если бы не постоянные переезды, ваше здоровье было бы отменным.

– Что? – сказал я. – Откуда вы знаете, что мне 59 лет, и что я много путешествую?

– Я читаю по лицу,- мягко ответил он, продолжая пристально разглядывать меня. – Однако безграничный запас жизненных сил, которым вы обладаете, не принадлежит вам. Он исходит от вашего учителя. А тот, в свою очередь, получает это свыше.

Я был потрясен услышанным.

– Сейчас у вас много последователей и будет ещё больше. Но вы всегда должны помнить причину, по которой они появились: услышать от вас то, чему учил ваш учитель.

Я мог только кивнуть в знак согласия.

Он медленно отошел назад и осмотрел меня сверху до низу.

– Ваша печень находится не в очень хорошем состоянии, и у вас какой-то нехороший вирус, – заметил он.

– Да нет, сэр, – сказал я. – Всего лишь дурацкий грипп. Уже всё закончилось.

– Ещё нет, – возразил он. – Именно из-за этого ваша миссия здесь будет успешной лишь отчасти.

И с этими словами он повернулся и зашагал прочь. Я стоял, пытаясь осознать произошедшее, тем временем подошли парень с девушкой.

– Нам понравилось, как вы пели, – сказал парень по-английски. – Вы буддисты?

– Нет, – сказал я. – Мы из общества сознания Кришны. У нас здесь небольшой центр. Вот приглашение на программу завтра вечером.

– Мы решили, что вы буддисты, раз разговаривали с тем китайцем, – присоединилась к разговору девушка. – Он известный в нашем городе доктор китайской медицины. Живёт здесь уже 30 лет.

– Изучив лицо, он может видеть, есть ли у вас какие-то заболевания, – сказал парень, – также может предсказывать будущее. Но не спрашивайте его. Он расскажет сам, если почувствует, что в том есть необходимость.

– Он вылечил многих знакомых моих родителей, – добавила девушка.

– Да, он сказал мне потрясающие вещи, но ошибся насчет вируса гриппа. Я уже поправился. В любом случае, постарайтесь побывать на нашей завтрашней программе. Я буду рассказывать о реинкарнации.

– Здорово! – воскликнула девушка, – звучит заманчиво. Мы придем, обязательно.

Мы вернулись в центр около часа ночи, и я мгновенно уснул. Проснувшись утром, я сразу почувствовал температуру, ломоту и боль по всему телу.

Я взглянул на только что проснувшегося Тару:

– О, нет. Грипп вернулся, уже в третий раз.

Я вспомнил о предсказании китайца, повернулся на бок и натянул на себя одеяла.

По моей просьбе этим же утром преданные, чтобы не подхватить простуду, перевезли меня в близлежащий отель. После этого они отправились на харинаму. Весь день, выглядывая из окна, я мог видеть их, вдохновенно воспевающих святые имена. Вечером программа в центре прошла без моего участия.

– Программа прошла замечательно, – сообщил Тара, пришедший меня навестить, – но без вас, конечно, было не то.

Весь следующий день у меня был жар, и я лежал в постели. Однако я был решительно настроен поучаствовать во второй, заключительной, программе этим вечером в нашем центре. В шесть вечера я позвонил Таре с просьбой забрать меня из отеля.

– Вы уверены, Махараджа? – спросил Тара.

– Да, – ответил я, накрывая влажной тканью голову, – мне гораздо лучше.

Приехав в центр, я изобразил большую улыбку, чтобы убедить всех, что я здоров, и отправился давать лекцию. Пока я говорил, я забыл о своей болезни, и позже уже воспевал и танцевал вместе со всеми. Как только гости разошлись, подошла Радха Сакхи Вринда:

– Гуру Махараджа, – сказала она, – вам не следует проводить программы, когда вы так больны.

– Я не хотел упускать возможность попроповедовать. Греция такое вдохновляющее поле проповеди.

– Тем не менее, – настаивала она, – вам не следует так напрягать себя.

– Китайский предсказатель судьбы говорил, что наши программы будут успешными лишь частично, но он не сказал, что все они будут неудачными,- сказал я, усмехнувшись. – Так что я должен был посетить хотя бы одну из них.

– Хорошо. Спасибо, что приехали к нам. Никто сюда не приезжает, хотя вы могли убедиться, какой интерес вызывают у людей программы, – сказала она.

Когда я собирался уезжать, ко мне подошла одна женщина.

– Ваш учитель когда-либо бывал в Греции? – спросила она.

Я остановился, чтобы немного подумать.

– Нет, насколько мне известно, – ответил я.

– Очень жаль, – сказала она,- я думаю, даже короткий визит мог бы многое изменить в этой стране.

Ранним утром следующего дня мы с Уттама-шлокой поймали такси до аэропорта. Пока мы ехали, таксист на ломаном английском поинтересовался у меня:

– Вы из какого-то духовного движения?

– Да, так. Из движения Харе Кришна, – ответил я.

– Как вам понравились Фессалоники? – спросил он.

– Очень красивый город, – сказал я.

– Верно,- согласился таксист,- и люди здесь с открытыми мозгами. Уважают другие культуры.

– Вы хотите сказать “с умом, восприимчивым к новым идеям”? – сказал я с улыбкой, поправляя его английский. – Да, вы правы, нас здесь очень хорошо приняли.

– Я вижу, вы – духовный человек. Не могли бы вы научить меня, как стать умиротворенным? – попросил таксист. – Я весь день и пол-ночи провожу в такси. Сплошной стресс и напряжение.

– Хорошо, – сказал я, – я могу научить вас песне, которая даст вам мир и счастье, где бы вы ни были. Она состоит из различных имён Бога на санскрите.

– Я готов, – сказал таксист.

– Повторяйте за мной, – сказал я, и научил его Харе Кришна маха-мантре, слово за словом. – Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна…

– Мне понравилось,- сказал таксист, когда мы закончили.

Когда мы приехали в аэропорт, он подогнал машину прямо к тротуару. Как только мы распахнули двери машины и вышли, парень вынул наши вещи из багажника и передал нам. А затем сел обратно в такси.

– Прошу прощения, сэр,- окликнул я его, – сколько мы вам должны?

– Во сколько можно оценить умиротворение, – ответил он с улыбкой и отъезжая, принялся напевать Харе Кришна мантру.

Вечером я наткнулся на одну из бесед Шрилы Прабхупады:

“Леди: В какой из европейских стран движение сознания Кришны будет самым влиятельным и успешным?

Прабхупада: Повсеместно.

Леди: А в Греции?

Прабхупада: В Греции я никогда не был.

Сатсварупа: Вы говорили, что были в аэропорту в Афинах, и люди там воспевали.

Прабхупада: Да, это так.

О’Грэди: Правда?

Леди: Мне кажется, что в Афинах они бы подверглись опасности. Никак это движение не может быть успешным ни Афинах, ни в Греции вообще.

Прабхупада: Это был транзитный перелет из Лондона в Найроби. Несколько молодых людей в зале ожидания стали петь Харе Кришна, как только увидели меня.

О’Грэди: Неужели? В Греции, в Афинах?

Прабхупада: Да, в Афинах.

О’Грэди: Невероятно.

( из разговора с ирландским поэтом Десмондом О’Грэди, май 1974 )

, ,

До следующей встречи (пока мы не встретимся снова)

Том 9, глава 16
2 сентября 2008, Венгрия

 

Мой дорогой духовный брат Шридхар Махараджа,
gожалуйста, прими мои самые смиренные поклоны.
Слава Шриле Прабхупаде!

Сегодня мы празднуем твою Вьяса-пуджу. Для меня это день смешанных чувств: я счастлив вспомнить о твоём возвышенном служении Шриле Прабхупаде, и в то же время мне грустно. Я скучаю по твоему общению и дружбе больше, чем ты можешь себе представить.

Несмотря на нашу близость, я всегда считал тебя своим почтенным духовным братом и очень высоко ценил тебя. Я помню, как мне повезло в начале 1980-х, когда, будучи молодым санньяси, я путешествовал с тобой по всей Америке и Канаде.

В течение тех трех месяцев я служил тебе как незначительный слуга, а ты отвечал взаимностью, обучая меня жизни в отречении. Хотя такая жизнь является строгой и требовательной, ты делал ее веселой, показывая, что истинное наслаждение – в служении гуру и Гауранге, и хотя временами наше расписание было напряженным, твоё веселое настроение создавало атмосферу лёгкости.

Ты был старше и более продвинут, но всегда добр, и воодушевлял меня разными способами. Мне особенно запомнилось, как однажды ты сказал мне: “Инди, до того, как ты принял санньясу, большинство лидеров в нашем движении никогда не слышали о тебе. Я помню тебя грихастхой, поющим и танцующим на улицах Парижа. А сейчас ты вдруг оказался в отречённом статусе и являешься ценным вкладом в наше движение”.

Спасибо тебе за те добрые слова, Махараджа. Они до сих пор звучат в моем сердце, хотя прошло уже много лет. Нам всем необходимо поощрение от наших духовных братьев и сестер, но оно особенно значительно, когда исходит от преданного твоего уровня.

Как доброжелательный друг, ты не только прославлял, но и ругал. Ты был прям и говорил по существу, не делая уступок как в представлении другим, так и в собственной практике служения Господу. Однажды ты отругал меня за то, что я положил лакшми на землю. “Как смел ты положить супругу Господа на грязную землю?”, – спросил ты.

Я чувствую себя особенно благословлённым, что смог помочь тебе в последние дни перед твоим уходом. Мы встретились в Лондоне прямо перед нашим путешествием в Маяпур, конечное место твоего назначения. Я снова смог оказать незначительное служение, так как ты был не в лучшей форме, и здоровье твоё быстро ухудшалось.

Я был поражен тем, что, несмотря на боль и дискомфорт, ты оставался в хорошем настроении, наставляя учеников, которые пришли, чтобы увидеться с тобой в последний раз.

Путешествие в самолете было долгим и трудным, но я видел, как ты уделял время для проповеди людям, которые подходили к тебе с вопросами о сознании Кришны.

Я никогда не забуду удивительный прием, который устроили тебе преданные в Маяпуре. Они знали, что ты приезжаешь в святую дхаму, чтобы оставить тело, и примчались встретить тебя и выразить свою признательность за годы служения. Когда все ринулись вперед, выражая свою любовь, наша машина замедлила ход и ползла как улитка.

Как я гордился тобой! Как благодарен был я Кришне за то, что Он устроил такое вознаграждение за твоё служение!

Теперь ты ушёл, и нет больше возможности получать твоё общение. Твоё чувство юмора, способное осветить самый темный день, – далекое воспоминание. Для тех из нас, кто менее склонен к служению, нет более твоего примера верного ученика нашего Гуру Махараджа. Нам тяжелее сейчас, – тебя нет с нами, чтобы вдохновлять нас. Сложно твоим ученикам, сложно твоим духовным братьям и сложно тем душам, что получили бы благо от общения с тобой, останься ты в этом мире подольше.

Твои последние слова ко мне были: “Счастливых странствий, пока мы не встретимся снова”. Поскольку ты опередил меня на пути служения нашему духовному учителю, ты снова окажешься в положении ведущего.

В конечном счете, каждый отправляется туда, куда ведет его сердце. Мое сердце отправляется к тебе с надеждой и ожиданием увидеть тебя снова. Я жду этого дня с большим нетерпением.

со ‘пй ашчарйамайах прабхур нананайор йан набхавад гочаро
йан насвади харех падамбуджа расас тад йад гатим тад гатам
этаван мама тавад асту джагатам йе нйе пй аланкурвате
шри чайтанйа паде никхата манасас тайр йат прасангот савах

“Прекрасный Господь никогда не являлся перед моими глазами, и я никогда не пробовал нектара служения Его лотосным стопам, – так что просто молюсь, чтобы обрести радость общения с теми великими душами, украшающими сейчас этот мир, сердца которых сосредоточены на лотосных стопах Шри Чайтаньи”.

[ Шрила Прабходананда Сарасвати, Шри Чайтанья-чандрамрита, текст 50 ]

, , ,

Готов и устремлен (подношение на Вьяса-пуджу)

Том 9, глава 15
25 августа 2008

 

Мой дорогой Шрила Прабхупада,

Пожалуйста, прими мои смиреннейшие поклоны в пыли твоих лотосных стоп. Слава тебе!

Вьяса-пуджа – один из самый любимых дней для нас, твоих учеников и последователей, поскольку он дает нам возможность выразить свою благодарность за все, что ты для нас сделал. Ни дня в моей жизни не проходит без памятования о тебе и размышлений о бесчисленных трансцендентных сокровищах, которыми ты милостиво меня одарил.

Порой, для того чтобы еще больше оценить твою милость, я смотрю на людей своего возраста, которым не выпала удача получить твои благословения. Погруженные в мирскую деятельность, они медленно влачат свой крест, испытывая то так называемое счастье, то горе. Какое бы положение они ни занимали, они, в лучшем случае, ведут обыденную жизнь, зная немного или ничего не зная вовсе о душе, Боге и духовном мире.

И я вел бы такую же жизнь, если бы ты не встретился на моем пути, потому я чувствую себя в вечном долгу перед тобой. Ты и только ты разбил кандалы моей плачевной судьбы и освободил меня, направив на путь преданного служения Господу.

С момента нашей встречи каждое мгновение моей жизни наполнено сознанием Кришны. Что может сравниться с воспеванием святого имени, которым ты милостиво одарил нас, позволив испытать наивысшую любовь и блаженство? Или со знанием, которое ты поведал нам, – тем знанием, что рассеивает тьму невежества, просветляя нас изнутри?

И что в целом мире сравнимо с одним мгновением общения с преданными, принявшими у тебя прибежище? Кто может представить себе, в каком жалком состоянии оказалась бы эта планета, если бы преданные не путешествовали по ней, делясь сокровищем твоей мудрости с другими?

И кто из нас может измерить ту великую удачу, что лежит в наших руках, покуда мы храним верность твоему учению и помогаем тебе в твоей миссии? Помогая тебе, мы готовим себя к служению тебе в духовном мире, где ты сейчас общаешься со своим возлюбленным Господом, преисполненный любви, природу которой нам еще только предстоит понять.

Мое самое сокровенное желание – однажды присоединиться к тебе в этих вечных играх, но я чувствую, что шансы мои ничтожны, ибо мои качества в преданном служении, в лучшем случае, очень скромны. Тем не менее, я, как никогда, решительно настроен достичь этой цели. Я стою перед тобой сегодня, готовый и исполненный желания помочь тебе в твоей миссии любым угодным тебе способом, пусть даже мне придется родиться в материальном мире вновь.

Пожалуйста, благослови меня, чтобы в каждом моем будущем рождении я оставался эффективным инструментом в твоих руках и всегда помнил о высшей цели жизни: служении Радхе и Кришне. Пожалуйста, благослови меня, чтобы, куда бы ты ни послал меня, я сохранял дух проповеди и всегда имел вкус к воспеванию святых имен.

Коль суждено мне родиться вновь, я молюсь о том, чтобы меня всегда окружали любящие тебя слуги, и чтобы я был свободен от близкого общения с противоположным полом и пут семейной жизни. Позволь мне всегда, в каждом рождении, почитать всех живых существ как вечных слуг Господа, и пусть мое сострадание к ним увеличивается день ото дня. Я молюсь о том, чтобы твои книги оставались путеводной звездой для меня как в этой жизни, так и в следующих, и чтобы я никогда не забывал твою доброту ко мне.

И в конце, мой возлюбленный господин и учитель, когда ты будешь удовлетворен, посчитав свою миссию в этом мире выполненной, пожалуйста, призови меня к своим лотосным стопам и забери меня домой, в исполненные вечных наслаждений рощи Шри Вриндавана-дхамы, где я снова смогу быть с тобой.

айам авилолатайадйа санатана
калитадбхута раса бхарам
нивасату нитйам ихамрита
ниндини виндан мадхурима сарам

«О Санатана! С твоими лотосными стопами не сравним даже нектар богов. Найдя в цветах лотосов твоих стоп средоточие всей сладости и поистине восхитительных вкусов, молюсь, чтобы отныне пчела моего ума вечно обитала там».

[ Шрила Рупа Госвами, Става-мала ]

Твой вечный слуга,
Индрадьюмна Свами

,

Верны и преданны

Том 9, глава 14
22 – 24 августа 2008, Иркутск, Сибирь

 

После Польского тура я денек отдохнул в Варшаве, а затем прилетел в Москву, где меня встречал мой ученик Уттама-шлока дас. На следующий день мы отправились в Иркутск – город в Восточной Сибири, чтобы принять участие в организованном преданными фестивале.

Хотя с 1990 года, когда рухнул коммунистический строй, в России многое изменилось, некоторые вещи, например, самолет, в котором мы летели, остались прежними. Туполев (Ту-154) был основой российских пассажирских авиаперевозок на протяжении десятилетий. Он больше напоминает автобус, чем самолет. Массивная, прочная конструкция позволяет ему совершать посадку на грунтовые и гравийные посадочные полосы, но длительные путешествия в нем весьма аскетичны.

Чтобы облегчить мне семичасовой перелёт, преданные купили билет в бизнес-класс, но единственное его отличие от эконом класса состояло в том, что он отделялся занавесками.

В бизнес классе, помимо меня, был всего один пассажир, который заснул еще до взлета. Когда самолет взлетел, не последовало никаких объявлений, а две стюардессы, обслуживающих наш салон, даже не проверили, пристегнуты ли у нас ремни безопасности.

Когда мы уже были в воздухе, одна из стюардесс спросила, хочу ли я поесть. Я очень редко ем самолетную еду, но в этот раз был измотан и голоден.

– Можно мне вегетарианский обед? – спросил я.

Стюардесса внимательно посмотрела на меня.

– Вы что, серьезно? – удивилась она.

Я попытался уснуть, но блохи, кишащие в старых сиденьях, безжалостно кусали меня. Я несколько раз пересаживался, но везде было то же самое. В конце концов, я стал повторять мантру на четках.

В какой-то момент я заметил, как стюардессы взяли маленькие бутылки водки, предназначенные для пассажиров бизнес класса, и сунули их в свою ручную кладь. Затем они сели в свободные кресла и заснули.

Через несколько часов мне захотелось пить, я разбудил одну из стюардесс и попросил воды. Она проснулась, обругала меня по-русски и вскочила, чтобы взять бутылку воды. Принеся ее мне, она снова села в кресло и заснула.

В конце концов командир экипажа объявил, что мы приближаемся к Иркутску, но нам придется кружить над аэропортом и ждать, пока рассеется туман. Спустя какое-то время ко мне подошли обе стюардессы.

– Командир просит вас помолиться Богу о нашем спасении, – сказала одна из них.

– У нас на исходе топливо, – добавила вторая, – и мы не можем больше кружить над аэропортом.

Они стояли рядом со мной и чего-то ждали.

– Ну, – не выдержала одна из них, – вы собираетесь молиться?

Я поколебался, а затем сложил ладони, закрыл глаза и прочитал короткую молитву. Когда я закончил, они пошли доложить командиру.

Неожиданно самолет повернул влево и направился в другом направлении. Никаких объявлений не последовало. Полет продолжался примерно полчаса, а затем самолет начал снижаться. Я подозвал одну из стюардесс и спросил, что происходит.

– Мы садимся в Улан-Уде, чтобы подождать, пока рассеется туман над Иркутском, – нервно сказала она, попахивая ликером. – У нас едва хватает топлива.

Мы оставили вещи в самолете, вышли и стали спускаться к терминалу. Когда я осмотрелся вокруг, мне показалось, что мы приземлились на другой планете. Огромная сибирская степь бесконечно тянулась во всех направлениях, и хотя был конец лета, на улице было всего плюс шесть градусов.

Я потянулся за свитером, и в этот момент Уттама-шлока повернулся ко мне с улыбкой.

– Мой сосед сказал, что сейчас самое лучшее время, чтобы посетить Улан-Уде, – сказал он, – потому что уже нет ужасных комаров, а суровые морозы еще не ударили.

Когда мы зашли в терминал, там стояло несколько человек азиатской внешности, которые при виде меня почтительно сложили ладони.

– Кто это? – спросил я Уттама-шлоку.

– Здесь много буддистов, – ответил он. – Глядя на вашу одежду, они думают, что вы буддистский монах.

Я посмотрел в окно и заметил в вестибюле большое количество азиатов.

– Улан-Уде был основан казаками в 1666-м году, – стал рассказывать Уттама-шлока. – В силу своего географического положения он стал торговым центром, соединяющим Россию, Китай и Монголию. Сейчас здесь живет 400 тысяч человек. Он стоит на отметке 5 640 километров по Транссибирской железной дороге.

Я удивленно посмотрел на него.

– Я помню это со школы, – рассмеялся он.

– Боже мой, – сказал я, – интересно, а в этой части Сибири есть преданные?

– Я слышал, что здесь есть буквально несколько человек, – ответил он.

Неожиданно я обнаружил, что забыл свои четки в самолете.

– Господи! – сказал я. – Я думал, что закончу свои круги, пока мы здесь.

Краем глаза я заметил сувенирный киоск. Мы подошли и увидели статуэтки и картинки, изображающие Будду. Там также были маленькие четки для медитации, которые используют монахи-буддисты, и большие четки, похожие на те, что используем мы для чтения джапы.

Я показал на одни из них.

– Посчитай количество бусин на этих четках, – попросил я Уттама-шлоку.

Он пересчитал бусины.

– 108, Гуру Махараджа, – сказал он.

В ту же минуту продавец появился за прилавком.

– Харе Кришна, Махараджа, – сказал он. – Я преданный, а это мой магазин. Я торгую буддистской и вайшнавской атрибутикой. Вам приглянулась эта джапа-мала?

Уттама-шлока подмигнул мне и сказал:

– В каждом городе и деревне.

Через две минуты я счастливо повторял круги на своих новых четках. И у меня было предостаточно времени на это. Спустя двадцать четыре круга я повернулся к Уттама-шлоке.

– Пойди узнай, что происходит, – сказал я ему.

Он ушел и вскоре вернулся.

– Туман над Иркутском рассеялся, – сообщил он, – вскоре начнется посадка.

Мы с другими пассажирами направились к выходу на летное поле. Час спустя мы все еще ждали. Люди начали выходить из себя и кричать на обслуживающий персонал. Один мужчина даже что-то кинул в них.

– Подобное никогда не случилось бы в аэропорту Америки, – сказал я Уттама-шлоке.

Он пожал плечами.

– Америка в 9 680 километрах отсюда, – сказал он.

– Это ты тоже в школе выучил? – спросил я.

Он улыбнулся.

– Нет, – ответил он, – в интернете нашел, пока мы сидели.

Через какое-то время крики стихли, и расстроенные люди сели – кто на сумки, кто прямо на пол. Уттама-шлока подошел к стойке и вернулся.

– Я слышал, как они обсуждали, в чем суть проблемы, – сказал он. – Пилоты уехали в город, чтобы продать товары.

– Что? – переспросил я. – Продать товары?

– Ничего удивительного, – ответил он. – Мы находимся в Богом забытом месте, и здесь можно быстро заработать денег, если привезти то, что пользуется спросом и продать перекупщикам.

Через час оба пилота вернулись.

В конце концов, мы приземлились в Иркутске, и нас повезли на квартиру, где мы должны были остановиться. Вечером мы приняли участие в первом дне фестиваля, где было 500 преданных. Там также были ББ Говинда Свами, Бхакти Чайтанья Свами и Прабхавишну Свами. Сибирским преданным редко выпадает возможность получить такое общение, поэтому они были особенно воодушевлены. Киртан шел часами.

Сибиряки очень закаленные и выносливые, поскольку большую часть года вынуждены жить в суровых условиях. Особенно трудно приходится зимой, когда температура опускается до -50°C. В отличие от Москвы и Санкт-Петербурга, которые сейчас являются современными и процветающими городами, Иркутск и другие сибирские города выглядят также, как и в эпоху правления коммунистов.

Позитивная сторона этого заключается в том, что здешние люди не питают иллюзий по поводу нелёгкого материального существования и открыты к духовной жизни. Поскольку я приезжал в Сибирь, начиная с 1990 года, у меня здесь много учеников. Очень немногие ушли из сознания Кришны, хорошо зная разницу между суровой материальной жизнью и полным блаженства преданным служением.

В течение трех дней между киртанами и семинарами я постарался дать общение как можно большему количеству учеников. Часто я спрашивал их, как они стали преданными.

Ко мне на даршан пришла Ачинтья-шакти даси, и я спросил ее, когда она присоединилась к нашему Движению.

– Одиннадцать лет назад, – ответила она.

– Значит вам сейчас за сорок, – уточнил я. – Правильно?

– Нет, Гуру Махараджа, – рассмеялась она, – мне 71 год.

Я посмотрел на нее и покачал головой.

– Это невозможно, – сказал я.

– Я родилась в 1937, – ответила она.

– Но вы выглядите вдвое моложе, – сказал я.

– Жизнь в Сибири может идти на пользу, – начала рассказывать она. – Я считаю, что мое хорошее здоровье основано на той простой жизни, которой я жила. Конечно, иногда она была чересчур простой, а точнее говоря, полной лишений.

Вторая мировая война разразилась, когда я была ребенком. Всех мужчин призывного возраста забрали на фронт. Пока мужчин не было, женщины и дети должны были делать все сами. Средства связи и транспорта были сосредоточены под Москвой, и очень малая часть, если вообще что-либо, доходило до Сибири. Нам приходилось питаться только фруктами и овощами, которые мы выращивали в течение лета.

Было мало машин, поэтому мы везде ходили пешком. После войны я продолжала ходить пешком семь километров до школы и обратно каждый день, даже зимой, а Вы знаете, что такое зима в Сибири.

Мы жили простой, но здоровой жизнью. Летом мы вспахивали поля на лошадях, вручную собирали урожай, пили молоко прямо из-под коровы и делали варенья из фруктов и ягод.

Мы не много знали о том, что происходит в мире в годы правления коммунистов. Выходила только одна местная газета, также у нас дома было радио, но вся информация подвергалась жесткой цензуре. С одной стороны, это было хорошо. У нас не было страхов и беспокойств из-за событий, не связанных с нами.

Я выучилась на геолога и работала на государство, разыскивая полезные ископаемые в разных частях страны. И тогда я увидела трудности, которые испытывают другие жители России. Это подтолкнуло меня к духовному поиску.

Однажды меня отправили в Монголию, где большинство жителей – буддисты. Меня привлекла философия кармы и реинкарнации. Затем в 1997 я встретила преданных и, в итоге, Вас на программе в одном из городов в Сибири. С тех пор я живу прекрасной жизнью в сознании Кришны. Вот почему я здорова и счастлива.

Я улыбнулся.

– Вы очень хорошо выглядите, – сказал я, – и, думаю, легко проживете больше ста лет.

– Пожалуйста, не надо, Гуру Махараджа, – сказала она. – Я не хочу оставаться здесь так надолго. Я хочу вернуться назад к Богу.

– Где вы живете?- спросил я.

– У меня маленькая квартира и я живу на пенсию, – ответила она.

Ее голос повысился.

– Я хочу помогать вам проповедовать, – продолжала она. – Я хочу ежемесячно жертвовать на ваши фестивали в Польше. Дайте мне, пожалуйста, ваши банковские реквизиты.

– Но как это возможно? – спросил я. – Сколько вы получаете ежемесячно?

– Я получаю 250 долларов, – ответила она, – и я хочу отдавать вам сто долларов каждый месяц.

– Это же почти половина вашего дохода, – удивился я. – Я не приму этого. Это усложнит вашу жизнь. Как вы будете выживать?

Она улыбнулась.

– Как всегда, – сказала она. – Может быть, будет немножко аскетичнее. Но если это поможет вашей проповеди, то я буду счастлива. Вы мой духовный учитель, и я перед вами в большом долгу.

Она замолчала на мгновение.

– Я привыкла к этому, – сказала она. – Я сибирячка.

Когда она вышла, Уттама-шлока повернулся ко мне.

– Они здесь упрямые, – сказал он.

– И хорошие преданные, – добавил я, – но я не приму ее предложение, хотя ее сто долларов в месяц так же дороги мне, как 1000 долларов от кого-то другого.

На следующий день после окончания фестиваля в Иркутске мы отправились в аэропорт, чтобы улететь назад в Москву. Я беспокоился, что снова будет туман и наш рейс задержат. Но небо было чистым, и наш самолет взлетел вовремя.

Когда мы приземлились в Москве, один из встречающих преданных бросился ко мне на парковке.

– Гуру Махараджа, – сказал он, – когда ваш самолет вылетел из Иркутска, там произошло землетрясение мощностью 7,5 баллов по шкале Рихтера. Сообщают, что 900 человек пострадало, несколько погибло. Ущерб оценивается в 15 миллионов долларов.

– Позвони и выясни, все ли в порядке с преданными, – попросил я.

Он развернулся, чтобы уходить, но я поймал его за руку.

– Там есть пожилая матаджи, Ачинтья-шакти даси. Узнай, все ли с ней в порядке.

– А кто это? – спросил он.

– Предавшаяся душа, которую я не хотел бы потерять, – ответил я.

В тот же вечер он позвонил и сообщил, что все преданные, живущие в зоне землетрясения, в целости и сохранности.

– И еще кое-что, – добавил он. – Ачинтья-шакти спрашивает реквизиты вашего банковского счета.

Шрила Прабхупада пишет:

“[Господь Кришна говорит брахману Судаме:] С великим состраданием глядя на нас, Гурудев сказал: “Бедные дети, удивительно, какие муки вы перенесли ради меня. Каждый прежде всего заботится о себе и собственном теле, но вы так верны и преданны своему гуру, что ради меня преодолели столько трудностей. Я рад убедиться в том, что такие замечательные ученики, как вы, готовы перенести любые испытания ради своего духовного наставника. Именно так настоящий ученик отдает духовному учителю свой долг. Долг ученика – посвятить свою жизнь служению духовному учителю”.

[ Кришна, Верховная Личность Бога, Встреча Господа Кришны с брахманом Судамой ]

,

Дождь ли, Солнце

Том 9, глава 13
7 – 20 августа 2008, Мржежино, Польша

 

Воодушевленные успехом на Польском Вудстоке, мы на две недели вернулись на побережье Балтийского моря, чтобы завершить тур. Позади было уже 40 фестивалей, и преданные были полностью измотаны.

Но я знал, что они ни за что бы не согласились отменить хоть одну из намеченных программ. Они чувствовали глубокое удовлетворение, проповедуя сознание Кришны, и ничто не могло бы остановить их. Некоторым удавалось урвать несколько часов отдыха, другие же клевали носом прямо во время работы, но по милости Кришны нам удалось провести фестиваль в Мржежино всего через два дня после возвращения на базу.

Мы наслаждались прекрасной погодой первые два дня следующего фестиваля в Ревале. В последний, третий день мы готовились к проведению Ведической свадьбы, две пары должны были сочетаться браком, и ожидали большой наплыв гостей. Но у матери природы были другие планы, и около полудня полил дождь. Дождь не утихал, и за 20 минут до начала программы я позвонил Джаятаму и сказал, что отменяю свадьбу. Невесты и женихи выглядели потерянными. Я повернулся к ним.

– Мы не можем провести свадьбу на открытом воздухе в разгар бури, – попытался успокоить я их. Или можем?

Я посмотрел на фестивальную площадку и не смог поверить своим глазам. Сотни людей шли к площадке, каждый нес зонт. Я был потрясен, когда увидел, что они вытирают воду со скамеек перед сценой. Через минуту на скамейках не было ни одного свободного места. Я насчитал 632 человека.

К этому моменту многие преданные уже сидели в автобусах, собираясь возвращаться на базу. Я побежал за сцену и влетел в один из автобусов.

– Прабху! – закричал я. – Сотни людей сидят перед сценой! Свадьба будет! Никто не пошевелился. Все недоверчиво уставились на меня.

– Гуру Махараджа, – сказал преданный, – дождь льет.

– Я знаю, – ответил я, – но люди пришли. Они ждут. Давайте.

Через несколько минут все преданные приступили к исполнению своих обязанностей на фестивальной площадке. Я вышел на сцену, чтобы обратиться к зрителям и увидел море зонтиков. То тут, то там из-под них выглядывали лица.

– Дамы и господа, – начал я, – я должен поблагодарить вас за то, что вы пришли сюда сегодня в такую ужасную погоду. Мы собирались отменить нашу программу, но, увидев вашу решимость, решили этого не делать. Итак, свадьба!

Все зааплодировали, и два жениха в сопровождении группы киртана направились к сцене. Как и все вокруг, женихи держали над собой зонты. Когда они взошли на сцену, я представил их, и зрители взревели от восторга.

А затем в сопровождении другой группы киртана к сцене направились невесты. Все зрители встали в знак уважения, когда они проходили мимо. Невесты поднялись на сцену и обошли своих будущих мужей, и когда я представил их зрителям, буря усилилась.

В течение всей церемонии бракосочетания дождь не утихал, а порой мне приходилось повышать голос, чтобы перекричать шум дождя. Люди внимательно наблюдали, иногда поправляя зонты.

Но никто не ушел. Все просидели два часа, пока не закончилась церемония. И бросились дарить подарки и фотографироваться с молодоженами, как только они спустились со сцены.

Я повернулся к Амритананда дасу.

– Эту свадьбу я никогда не забуду, – усмехнулся я. Команда преданных наводила порядок на сцене для продолжения программы.

До конца недели обещали сильные дожди, и проводить в такую погоду харинамы с рекламой нашего последнего фестиваля в Устроние Морские было почти невозможно.

Нандини даси позвонила в муниципалитет и попросила чиновника разместить на их веб-сайте объявление, что при сохранении плохой погоды нам придется отменить фестиваль.

На следующее утро на чиновника обрушился шквал звонков с просьбами провести фестиваль в любом случае. В конце концов, он изменил на сайте номер телефона на мобильник Нандини, и в результате телефон Нандини разрывался от звонков весь день и весь вечер. Не выдержав, Нандини позвонила мне.

– Гуру Махараджа, – сказала она, – похоже, как Вы говорили в Америке: «Дождь ли, Солнце ли – шоу должно продолжаться».

Несмотря на плохую погоду, на улицах Устроение Морские были люди, выходившие за покупками, и мы провели харинаму. Однажды утром, когда мы только вышли из автобуса и пошли по улице, ко мне подбежал хорошо одетый мужчина и энергично стал трясти меня за руку.

– Вы здесь! – сказал он. – Спасибо! Мы слышали, что вы могли не приехать. Мы ждали вас.

Когда утром в день фестиваля я проснулся и выглянул в окно, то к своему разочарованию увидел, что дождь все еще идет. И еще больше расстроился, когда вышел в интернет и прочитал прогноз погоды: дождь будет идти еще минимум два дня.

“Не так я надеялся завершить успешный тур этого года, – сказал я сам себе.
– Всегда лучше заканчивать на оптимистичной ноте”.

Как и обещали, дождь лил весь день. Я проходил мимо Доминика, который занимался установкой звуковой системы на фестивальной площадке.

– Махараджа, – сказал он, – только чудо может остановить этот дождь.

Он улыбнулся.

– Но за десять лет на этом туре, – сказал он, – я видел много чудес.

Поскольку это был последний день тура, я обошел все палатки и поблагодарил преданных за их служение. Когда я почти закончил, ко мне подошел один из наемных охранников.

– Жаль, что сегодня дождь, – сказал он. – Похоже, сегодня впервые за лето вам придется отменить фестиваль. Я посмотрел на небо.

– Может быть, погода изменится, – ответил я.

– Маловероятно, – сказал он. – Представление должно начаться через час. Так или иначе, я хочу поблагодарить Вас за все эти чудесные фестивали. Я полюбил эти программы. На самом деле, у меня нет необходимости в такой работе. По образованию я бухгалтер.

– Бухгалтер? – удивился я.

– Да, – подтвердил он. – Я взялся за эту работу, просто чтобы быть с вами все это лето. Я полюбил вас, когда меня назначили охранять палатку “Вопросы и ответы”. Я очень много узнал.

За 45 минут до начала представления дождь немного утих, но продолжал моросить. Никто не ожидал, что он прекратится, за исключением, пожалуй, одного Доминика. Я наблюдал за тем, как он заканчивает настраивать звуковую систему. Вдруг поднялся сильный ветер. Ветер ревел, а Доминик улыбался и смотрел на небо. Я никогда не забуду, что произошло потом. Прямо на наших глазах огромные черные тучи начали рассеиваться. Это происходило так быстро, что, казалось, кто-то включил режим ускоренного просмотра фильма. Через какое-то время выглянуло солнце, и вдалеке мы увидели чистое небо. Преданные приободрились.

Через сорок минут тучи окончательно рассеялись. Ветер стих так же неожиданно, как и поднялся. Я посмотрел на часы. Оставалось всего пять минут до начала. Улыбающийся Доминик повернулся ко мне.

– И это не в первый раз, Махараджа, – сказал он, – но это удивительно. Ни облачка на небе.

Пока я обходил площадку, чтобы убедиться, что все готово, я наблюдал знакомую картину: в последнюю минуту народ хлынул на фестиваль. Неожиданно Амритананда подпрыгнул.

– Эй! – крикнул он изо всех сил, чтобы его услышали все. – Радуга!

Я посмотрел вверх и увидел прекрасную радугу, идеально обрамляющую нашу сцену.

Последние несколько зрителей заняли свои места. Представление началось, и все громко зааплодировали.

“Только Сам Господь мог написать этот сценарий, – подумал я. – Это идеальное окончание совершенного летнего тура”.

Шрила Прабхупада пишет:

«В Мадхья-кханде Чайтанья-Мангалы Шрилы Лочана даса Тхакура рассказывается о том, как однажды вечером на небе собрались тучи и стали раздаваться сильные раскаты грома, которые напугали всех Вайшнавов. Тогда Господь Сам взял в руки караталы и стал петь мантру Харе Кришна, устремив взгляд в небо, как будто отдавая указания полубогам с высших планет. Спустя короткое время все облака рассеялись, и на чистом небе взошла яркая луна, а Господь, охваченный ликованием, стал танцевать вместе со Своими счастливыми и довольными преданными».

[ Шри Чайтанья-Чаритамрита, Ади-лила 17.89, комментарий ]

, , ,

В знак восхищения

Том 9, глава 12
14 августа 2008

 

Дорогой Бхакти Чайтанья Махараджа,

Пожалуйста, прими мои самые смиренные поклоны.
Слава Шриле Прабхупаде!

В этот благоприятный день твоей Вьяса-пуджи мне бы хотелось сказать несколько слов в твою честь. Хотя подобные прославления в основном исходят с уст учеников, а я являюсь твоим духовным братом, пожалуйста, не сочти это неуместным.

В Шримад-Бхагаватам Прахлада Махараджа говорит, что преданный должен относиться к своим возвышенным духовным братьям так же, как к своему духовному учителю. Точно так же, как нам необходима помощь духовного учителя, чтобы понять Верховного Господа, нам нужна помощь и наших духовных братьев, чтобы понять нашего возлюбленного духовного учителя и служить ему.

Поскольку ты сам являешься истинным духовным учителем, ты обладаешь качествами, достойными самой высокой оценки. Мне бы хотелось сегодня быть там, чтобы услышать, как твои ученики превозносят твои качества преданного и служение, которое ты совершил за столько лет пребывания в обществе вайшнавов.

Одно из выдающихся качеств, которое я очень ценю в тебе – это способность представлять философию Гаудия Вайшнавов авторитетно и в то же время доступно. На протяжении многих веков Господь и наши ачарьи сохраняли эту философию неизменной. Это – одна из причин, по которой Прабхупада так сильно хотел, чтобы его книги переводились и широко распространялись. Однажды он сказал, что даже если все храмы погрузятся в океан, по крайней мере, должны остаться его книги, чтобы привести человечество к сознанию Кришны.

Нелегко сохранять древнюю культуру в быстро меняющемся мире. Но если мы, будучи преданными Кришны, сможем должным образом поддерживать учение Господа в своих книгах и лекциях, любой искренний искатель истины может получить возможность пробудить в себе дремлющую любовь к Господу даже в разгар Кали-юги.

Поэтому твое научное и привлекательное изложение нашей философии все эти годы является великим служением Господу и нашей гуру-парампаре. Я не раз говорил, что ты – один из лучших ораторов в ИСККОН. Иногда я сожалею, что твои лекции не так широко распространены, ведь все – и преданные, и непреданные – могут получить столько блага, слушая их. Я знаю это, поскольку сам многое приобрел, благодаря им, и мне бы хотелось, чтобы у других также была эта возможность.

Я также ценю твою великую любовь к святой дхаме Шри Вриндавана и служение ей. Твои парикрамы и лекции в этой дхаме стали легендой. Цель всей нашей философии, конечно же – пробудить в себе любовь к Кришне, Верховной Личности Бога, в Его Вриндавана лиле. Шрила Прабхупада основал Кришна-Баларама мандир во Вриндаване, чтобы дать своим последователям возможность понять и пробудить в себе эту особенную любовь к Кришне.

Ты, как и несколько других моих духовных братьев, таких как Дина Бандху прабху и Б.Б. Говинда Махараджа, был очарован уникальными сладостными играми Господа. Спасибо, что помогаешь другим уловить это настроение с помощью своих парикрам. Мне это тоже очень помогло. Я считаю тебя одним из своих Вриндаван-гуру.

Я счастлив, что мне довелось подарить тебе Говардхана-шилу, таким образом послужив тебе, но, на самом деле, это ты подарил мне Говардхан. Следуя по твоим стопам, распространяя послание сознания Кришны по всему миру и проводя какое-то время в Шри Вриндаван дхаме, я чувствую, что я все ближе и ближе к тому, чтобы удовлетворить Гири-Говардхан. Я молюсь, чтобы получить однажды по Его милости возможность вечно жить в этой трансцендентной обители.

Поэтому сегодня, в этот благоприятный день твоей Вьяса-пуджи, я благодарю тебя за все, что ты делаешь для всех нас. Пожалуйста, продолжай вести нас, показывая пример того, как мы можем удовлетворить ачарью-основателя нашего Движения, Шрилу Прабхупаду, и Шри Шри Радху-Радханатха.

В этот благоприятный день я предлагаю тебе свои нижайшие поклоны. Также я предлагаю свои смиренные поклоны всем преданным, присутствующим на праздновании твоей Вьяса-пуджи.

шринванти йе ваи гуру таттва гатхам
гаянти йатнаир хари нама мантрам
арчанти садхум гуру деватам ча
чайтанья бхактах кали кала мадхйе

“В самый разгар века раздоров бхакты Чайтаньи слушают песни во славу их гуру. Полные счастья, поют маха-мантру имен Шри Хари. Так почитают они своих гуру, а также иных – всех святых преданных Богу”.

[ Шрила Сарвабхаума Бхаттачарйа, Сушлока-шатакам, стих 81 ]

 

Твой восхищённый духовный брат,
Индрадьюмна Свами

, ,

Вудсток: новое направление

Том 9, глава 11
1 – 3 августа 2008, фестиваль Вудсток, Польша

 

Мы приехали в Кошчин как всегда, за неделю до начала фестиваля Вудсток. Я отправился посмотреть на невероятных размеров поле, на котором проходит фестиваль и, к своему удивлению, обнаружил, что главная сцена уже готова. Несколькими часами позже прибыли преданные и начали устанавливать нашу большую деревню, включая 60-метровую палатку и наш фирменный котел весом в тонну и вместимостью 3600 литров.

Обычно требуется пять дней, чтобы смонтировать всё это на площади в пол-акра. Пока одна команда устанавливала огромную палатку для раздачи прасада, другая разгружала контейнеры по две тонны риса, сахара, растительного масла, сливочного масла, манки и дала. Неподалеку стояло еще 6 тысяч литров растительного масла и 120 тысяч пападамов.

“Грядет великая ягья”, – думал я.

Мимо прошла парочка, одетая в мусорные пакеты.

– Ранние пташки, – сказал я, подмигнув Амритананда дасу.

У молодого человека было нацарапано: «Панк не умрет». На голове был ирокез, выкрашенный в голубой, желтый и зеленый цвета. А у девушки были лиловые волосы, а на футболке большими буквами красовалось: «Секс, наркотики, рок-н-ролл».

– Далеко не то послание, что провозгласили организаторы в этом году, – заметил Амритананда. – Вудсток продвинулся.

Это было правдой. В этом году Юрек Овщак, вдохновитель и главный организатор Вудстока, решил установить две больших круглых палатки, пригласив многих известных людей, чтобы они выступали перед молодежью с призывом ставить перед собой позитивные цели и стремиться к ним.

В списке были: профессор Лешек Бальцерович, экономист, в прошлом многие годы занимавший пост министра финансов Польши; Веслав Охман, известный оперный певец; Камиль Дуржок, уважаемый ведущий новостей польского телевидения.

Мы решили не отставать и сменить в этом году культурную направленность Деревни Мира Кришны. Мы сократили количество рок-групп преданных, играющих на нашей сцене и поставили в расписание лекции о духовной науке, Аюрведе, йоге, о преданности и о решении проблем окружающей среды.

Когда посол Индии в Польше Его Превосходительство Чандра Мохан Бхандари узнал о новой направленности Вудстока, он попросил нас организовать ему встречу с Юреком. На встрече посол, горячо желающий продвигать индийскую культуру среди польской молодежи, предложил, чтобы в этом году на фестивале особое внимание уделили индийской культуре.

Посол предложил свою помощь в том, чтобы привезти на фестиваль нескольких звезд эстрады и специалистов по Аюрведе, а также несколько выставок художественного ремесла. Юрек согласился назвать фестиваль «Мала Индия», маленькая Индия. Посол решил принять участие в фестивале и все три дня провести в Деревне Мира Кришны,  так что мы сняли в гостинице номер для него и его семьи.

Вудсток был задуман как крупнейший в Европе музыкальный фестиваль под открытым небом, в котором, чтобы привнести аспект культуры, вместе с 52 рок-группами принимал участие оркестр Варшавской филармонии. Поле Вудстока вскоре под завязку заполнилось океаном палаток и более чем 300 000 молодых людей.

За день до начала Вудстока мы открыли Деревню Мира Кришны. Как всегда, подростки хлынули к нам, желая насладиться всем, что у нас есть. Огромная палатка, возведенная специально для киртанов, заполнилась: Бхакти Бхринга Говинда Махараджа пленил всех киртанами и заставил сотни зрителей петь и танцевать с ним до рассвета. Тонны собранных продуктов вскоре превратились в тысячи порций вкуснейшего прасада, который так ценит наша аудитория. Как всегда, Деревня Мира Кришны превратилась в огромную столовую.

На следующий день было официальное открытие Вудстока. Наша огромная колесница Ратха-ятры начала движение по главной дороге фестиваля, сопровождаемая сотнями преданных, громко воспевающих святое имя.

В это же время Юрек дал пресс-конференцию средствам массовой информации. Его идея использовать Вудсток, чтобы проповедовать молодежи высшие ценности жизни, потрясла журналистов. Приехали представители всех крупнейших телеканалов, радиостанций и газет. Особенно их заинтриговало присутствие посла Индии и легендарного профессора Бальцеровича, которому ставили в заслугу создание крепкой экономики в 1990-х после десятилетий правления коммунистов.

После часа вопросов и ответов Юрек прославил нас в своей заключительной речи:

«В течение многих лет я старался убедить вас, что движение Харе Кришна не является сектой, это древняя духовная традиция, и им есть, что предложить жителям Польши. Присутствие Посла Индии в их деревне в этом году только подтверждает это. Пожалуйста, подчеркните это в ваших репортажах».

Во время церемонии открытия на главной сцене перед толпой в 150 тысяч человек Юрек призвал всех наслаждаться музыкой, а также пригласил на бесчисленные семинары в круглых палатках. Упомянув тему “маленькой Индии”, он попросил посла и меня выйти к сцене. Толпа приветствовала нас громкими возгласами, а мы помахали в ответ.

Тем же вечером на польском центральном канале новостей шествие нашей Ратха-ятры стало главной темой выпуска. Вся страна увидела улыбающийся лик Господа и Его преданных, вдохновенно поющих Его святые имена.

На следующий день, когда молодежь повалила к нам, чтобы принять прасад, посетить палатки и выставки и поучаствовать в киртанах и семинарах, я повел вторую Ратха-ятру. Огромная колесница катилась по дороге, возвышаясь над головами людей на запруженной улице, и многие присоединялись к нашей процессии и тянули за веревки. Вскоре после начала нашего шествия мы повстречали большую группу христиан, идущих с противоположной стороны. Они несли сделанную из ткани большую лодку с надписью «Ноев ковчег». Они тоже пели и танцевали, и некоторые ребята бросили тянуть колесницу и отправились нести лодку.

– Они и в прошлом году пели, – сказал мне один преданный, – но в этом году у них появилась лодка. Явно у нас идею взяли.

Я заметил тень гордости в его словах.

– Это так, – ответил я, – но у них тоже есть чему поучиться. Они успешно проповедуют в этой стране почти 1500 лет. Мы приехали сюда только 30 лет назад и сейчас с трудом поддерживаем лишь несколько маленьких храмов.

Когда через несколько часов мы вернулись в нашу деревню, то увидели огромные очереди людей, ожидающие прасада. На сцене Нандини переводила лекцию посла о самосознании для 400 зрителей. Я вошел, чтобы послушать, и был приятно удивлен, что его философия созвучна нашему пониманию Бхагавад-Гиты.

– Цель жизни состоит не в удовлетворении материальных чувств, – заключил он, – но в бхакти или в пробуждении нашей любви к Богу, Шри Кришне Бхагавану.

Уважая его статус посла, люди внимательно слушали.

Я подошел к палатке с книгами:  народу было столько, что я еле протиснулся.

– Я только что продал несколько книг одному интересному человеку, – сказал Радха Чаран дас. – Он принес длинный список с названиями, но я почувствовал, что он сам этим не интересуется, и когда спросил его, зачем он покупает столько книг, он ответил: «Я покупаю не себе. Это для моего двоюродного брата. Он священник в местной деревне. Ему очень интересно ваше понимание Бога, но он боится прийти и купить книги сам».

Затем я направился в палатку астрологии, в которой Прахлад Нрисимха дас заканчивал семинар. Несколько сотен молодых людей внимательно слушали. Завершив свое выступление, он подошел ко мне.

– Видите там джентльмена? – показал он на мужчину, читающего Бхагавад-Гиту. – Он приходит сюда последние два дня и задает много интересных вопросов, но всегда садится впереди, в сторонке. Я заметил, что он никогда не оборачивается назад и не смотрит на других людей. Я спросил, почему он так делает. Он покраснел и сказал, что он – местный священник. Он восхищен нашей философией и хочет узнать больше. Но приходит в мирской одежде и надеется, что никто из прихожан не узнает его.

Выходя из палатки, я вспомнил высказывание Бхактивиноды Тхакура:

«Дхарма, которую проповедовал Чайтанья Махапрабху, предназначена для всех, а не является уделом избранных… Принцип киртана, как будущей всемирной религии, вовлекает всех без исключения, независимо от касты или клана, в процесс совершенствования духа. Эта религия, появившись, распространится по всему миру и заменит все разобщенные религии, которые не допускают чужаков даже на порог мечети, церкви или храма.

[ Шри Чайтанья Махапрабху: Его жизнь и наставления, стр. 68-69 ]

В палатке “Вопросы и ответы” я к своему удивлению обнаружил посла и Нандини. Он отвечал на вопросы о карме, реинкарнации и вегетарианстве.

– Не похож на типичных современных государственных деятелей, – сказал я Амритананде.

Проходя мимо сцены, я увидел Бхакти Марга Свами, подбадривающего преданных перед показом его спектакля о Бхагавад-Гите. После выступления зрители им бурно аплодировали.

Ночью в палатке киртанов мы вели киртан с Б.Б. Говиндой Махараджем, а больше сотни подростков пели Харе Кришна и танцевали до двух ночи. Когда мы закончили, многие из них поспешили в палатку, где преданные все еще распространяли прасад. Расикендра дас, шеф-повар, улыбался.

– В этом году легко раздадим больше 120 тысяч порций, – сказал он мне.

В заключительный день Вудстока все наши 500 преданных встали ни свет, ни заря, чтобы как можно раньше приступить к своим обязанностям на фестивале. В полдень я повел колесницу Ратха-ятры на последнее шествие. Много молодежи присоединилось к нам, все пели и танцевали. С нами также пошел посол, он в течение часа тянул канаты и вместе со всеми пел. После шествия многие молодые люди пришли на наше чистое поле, спасаясь от громкой музыки, которая гремела на основной сцене.

Прогуливаясь по нашей территории, я заметил нескольких священников в черных одеждах, которые проповедовали ребятам, принимающим прасад. Один преданный подошел ко мне и спросил:

– Махараджа, может быть, попросить их уйти?

– Зачем? – спросил я. – Они говорят то же, что и мы. Если они критикуют нас, то нужно вежливо попросить их уйти, а в любом другом случае они желанные гости.

Я также заметил, что на фестивале было много семей из окрестных городков. В первые годы Вудстока местные жители побаивались и старались держаться подальше от фестиваля, но сейчас, когда Вудсток обрел культурную направленность, люди поменяли к нему отношение. Я улыбнулся, заметив, что на многих из них надеты фирменные футболки Вудстока, которые продавались в палатках по всему полю. Некоторые даже покрасили волосы в разные цвета, чтобы лучше соответствовать всеобщему настроению.

Присев, я наблюдал за тысячами людей, прогуливающихся по нашей деревеньке. Тут подошла девушка в сари и с тилакой и предложила мне поклоны.

– Харе Кришна, – сказала она, – Меня зовут Аня. Мне 13 лет.

– Харе Кришна, – ответил я. – Ты приехала с преданными на одном из автобусов из Украины или Хорватии?

– Нет, – ответила она. – Я живу здесь в Кошчине. С девяти лет я каждый год прихожу в Мирную деревеньку Кришны. Я целый год жду вашего приезда. Весь год читаю ваши книги и повторяю Харе Кришна. Моя мама поддерживает меня. Она католичка, но говорит, что вы поклоняетесь тому же самому Богу, поэтому, если я хочу, то могу стать кришна-иткой.

– Очень хорошо, – ответил я.

Она помолчала немного.

– На самом деле, – продолжила она, – я пришла, чтобы задать вам важный вопрос.

– Пожалуйста, спрашивай обо всем, что тебя интересует, – ответил я.

Она колебалась.

– Не могли бы вы стать моим духовным учителем и принять меня своей ученицей? – спросила она. – В книгах неоднократно говорится, что преданный должен получить знание о Кришне от духовного учителя.

– Но это целый процесс.., – начал было я и осекся. – Откуда ты меня знаешь?

Ее лицо просияло.

– Я слушаю все лекции, которые вы даете здесь, – ответила она. – И я пою Харе Кришна по ночам вместе с вами весь Вудсток. Я знаю вас очень хорошо.

На ее глаза навернулись слезы.

– Прошу вас, – продолжила она. – Я заблудилась в этом мире. Я хочу вернуться к Кришне.

– Хорошо, но сначала ты должна.., – начал я, но снова осекся.

– Весь этот год я каждый день молилась Богу, чтобы вы приняли меня в ученицы, – сказала она. – Даже по воскресеньям в церкви. Я следую всем правилам.

Я кивнул.

– Хорошо, – ответил я. – Я с радостью принимаю тебя в кандидаты в ученики.

Вечером последний киртан на нашей сцене в присутствии посла вел Б.Б. Говинда Махарадж, и я считаю, что этот киртан был одним из лучших в его жизни. Все молодые люди, которые привлеклись сознанием Кришны во время Вудстока, танцевали вместе с нами много часов. В какой-то момент в огромной толпе я увидел Аню, она стояла со сложенными ладонями, слезы текли из ее глаз, и она пела вместе с нами.

Даже когда стихла музыка на основной сцене Вудстока, мы продолжали петь. Поздно ночью, когда молодежь стала расходиться, можно было услышать, как по всему полю разносится пение святых имен Кришны.

Когда мы в конце концов закончили киртан, я сидел еще какое-то время и наблюдал, как все неторопливо покидают нашу территорию.

“Я бы хотел, чтобы так было всегда, – подумал я, – сотни тысяч людей получили столько милости”.

Я шел к своей машине с группой преданных, когда ко мне подошла журналистка.

– Я знаю, вы очень устали, – сказала она, – но могу я задать вам пару вопросов?

– Конечно, – ответил я.

– Я наблюдаю за всеми вами с самого первого дня, – сказала она. – Вы так тяжело работаете. Но зачем вы все это делаете? Это такое сложное мероприятие: столько палаток, столько программ, столько еды. И по большей части бесплатно. Вы могли бы заработать много денег.

Я улыбнулся:

– Мы просто хотим поделиться со всеми своей удачей, – ответил я.

Она не сразу решилась записать это в свой блокнот.

– Но должны быть и другие причины, – сказала она.

Я оглянулся и посмотрел на поле, где проходила эта великая ягья.

– На самом деле, – согласился я, – есть еще одна причина.

Я помолчал, подбирая нужные слова.

– Мы надеемся привлечь внимание Господа, – сказал я, – действуя таким образом, однажды мы сможем снова служить Ему в духовном мире.

– Вы хотите сказать, как ангелы? – удивилась она.

– Да, как ангелы, – согласился я. Преданные заулыбались.

джая шубха лила мрита раса лила
майя бхавад али париджана палим
анугананайам ахам апийайам
ити бхава паса врита матир асам
апи рачайейам пхалату мамейам натха

“О всеблагой Кришна! Да сопутствует Тебе победа! У Тебя столько разных чудесных игр. Пусть и мое имя будет там, когда Ты подсчитываешь сторонников Шри Радхи. Это моя молитва. И хотя материальное сознание покрывает меня, все же я стремлюсь к этому. О Господь, пусть мое желание исполнится”.

[ Вишванатха Чакраварти Тхакур, “Шри Никунджа Кели Вирудавали”, стих 67 ]