, , , , ,

В одном ряду

Том 14, глава 14

31 июля 2017, Польша

В последний день первой половины нашего летнего тура я проснулся в радостном расположении духа. Несмотря на плохую, не по сезону, погоду, все двадцать четыре фестивальные программы, уже проведенные нами на Балтийском побережье Польши, были успешными. Всё пока что складывалось благополучно. Тем не менее, я подумал об изменчивой природе этого мира и словах Шрилы Прабхупады ученику: «Когда угодно может произойти всё, что угодно». Но, отбросив эти мысли, вернулся к радостной действительности: сегодня намечался последний фестиваль перед сборами и переездом на другую нашу базу, на грандиозный фестиваль Вудсток. Готовясь к своему служению, я вспомнил цитату, привлекшую накануне мое внимание:

 

Что счастье полноценной жизни есть?

Довольным быть своим уменьем,

По данному тебе пути с готовностью ступать,

Благодарить за то, что минуло, ловить мгновенье,

Приблизившейся смерти – и не страшиться, и не призывать.

[ Марк Валерий Марциал, римский поэт (41-102 н.э.) ]

 

Утром, встретившись на собрании со всеми преданными, я поблагодарил их за стойкость в служении, проявленную за последний месяц. Но и напомнил о трудностях, которые еще предстояло преодолеть. Физически преданные явно устали – но глаза их светились из-за их твердой решимости продолжать. Как же люблю я этих преданных!

Позже отправились на харинаму, рекламировать фестиваль. Пляж в Устроние-Морские был забит до отказа: и одному человеку было негде ступить, что уж говорить о стопах семидесяти пяти танцующих преданных!

– Идите ближе к воде! – крикнул я им.

Но и там каждый дюйм песка был занят отдыхающими. Не оставалось ничего другого, как зайти в море и идти по плещущим волнам, по щиколотку в воде.

– Вода ледяная! – воскликнул один преданный.

– Это Балтийское море, – крикнул я в ответ, – не Тихий океан! Ступай, ступай вперед – скоро привыкнешь.

Наверное, мы смешно смотрелись со стороны, когда шагали вот так по воде, по мокрому песку, пытаясь удержать равновесие и при этом петь и играть на музыкальных инструментах. Но люди явно нам симпатизировали: они выходили из воды, уступали дорогу и подбадривали нас. Какие-то женщины даже встали и захлопали, скандируя «Браво! Браво!»

Тут на противоположной стороне пляжа показалась большая группа христиан. Они шли по направлению к нам с гитарами и своими хоругвями и пели славу Иисусу Христу! Я был поражен. За все годы харинам на пляжах Балтийского моря никогда еще я не видел поющих, подобно нам, христиан. Когда они поравнялись с нами, я улыбнулся, но шедший рядом со мной преданный высказался пренебрежительно.

– Нет-нет, – сказал я. – не говори так. Чем отличается их деятельность от нашей? Ничем. И та, и другая во славу Господа. И еще, говорится: «Подражание – высшая форма лести».

Улыбаясь, я помахал нескольким монахиням, сопровождавшим процессию поющих – они улыбнулись и помахали в ответ. На преданного рядом со мной это не произвело особого впечатления. Я посмотрел на него и процитировал слова Альберта Швейцера: «Этот мир не принадлежит тебе одному. Здесь живут и твои братья».

Дальше по берегу, когда я остановил процессию киртана, человек двадцать отдыхающих спонтанно присоединились к нам и стали танцевать. Такое происходит каждый раз. Я не перестаю удивляться тому, с каким самозабвением танцуют с нами люди на польских пляжах. Самое логичное тому объяснение – это мгновенно очищающая сила святых имен. Святые имена столь могущественны, что тотчас превращают самое обыкновенное место в трансцендентную обитель.

 «И все благодатные реки – Шри Ганга, Сарасвати, Ямуна, Годавари – и все места святые есть там, где возглашают катху о Бхагаване**, о непогрешимом, Ачьюте».

[ Шрила Рупа Госвами, Падьявали, текст 44 ]

Киртан уже снижал обороты, и я обратил внимание на распространительницу книг, которая предлагала «Бхагавад-гиту» семейной паре в нескольких метрах от меня. Увы, книга их не заинтересовала, но тут одна из их дочерей, девушка лет шестнадцати, выхватила ее и крепко прижала к груди. Когда мать попыталась отобрать книгу у дочери, та принялась отбиваться и гримасничать. Она явно хотела получить ее. Посовещавшись с мужем, женщина, в конце концов, купила ей книгу. Как только мы тронулись дальше, я  поинтересовался у преданной, продавшей книгу:

– Что это там было?

– Родители не заинтересовались, а вот девушка – да, – ответила та. – Ее поразили картинки в «Гите», и она прочла несколько стихов, пока я показывала их родителям. Я удивилась, когда она выхватила у меня книгу. Родители извинились, объяснив, что дочка глухонемая. Она не может слышать и говорить – но за такое короткое знакомство с книгой что-то в ней срезонировало, и она ни в какую не хотела с ней расставаться! Так что родители сдались и купили ей книгу.

Я оглянулся посмотреть на эту семью. Мама и папа купались в море – а дочь сидела на пляже, полностью погруженная в чтение «Гиты».

Наш трехчасовой киртан завершился, и видно было, что преданные устали. Не столько от того, что шагали по мягкому песку, по воде, сколько от двадцати четырех предыдущих харинам и двадцати четырех фестивалей!

Когда мы вернулись на территорию фестиваля раньше обычного, Нандини подошла ко мне, явно чувствуя облегчение.

– Шрила Гурудева, вас уже ждут гости. Вот, ушли с пляжа, зашли в отели, переоделись и уже здесь. – Она показала рукой на небольшую группу людей на скамейках перед сценой.

Я замешкался на мгновение, подумав:  «А я ведь устал». Но потом напомнил себе, что эти люди ищут общения с преданными, и сомнения улетучились.

– Хорошо, дай мне десять минут. Нет грешникам покоя*, – пошутил я.

– Каким грешникам? – не поняла Нандини.

– Неважно, – ответил я. – Вернусь через десять минут.

Я пошел в тенистое местечко подальше от палаток и прилег на траву. Спустя десять минут, освежив холодной водой лицо, отправился к тем людям, что хотели со мной поговорить.

– Здравствуйте, меня зовут Кинга, – сказала девушка двадцати с небольшим лет. – Могли бы подписать мне «Бхагавад-гиту»? Купила ее сегодня на пляже.

– Конечно, – отвечаю. – Ты первый раз на нашем фестивале?

– Да, – говорит она. – Но я всё о вас знаю.

– Правда? – слегка удивился я. – И как же ты всё о нас узнала?

– Нет, я не имела в виду, что всё знаю обо всем этом, – произнесла она, обводя рукой фестивальное поле. – Я имела в виду, я знаю всё о ВАС, – и она показала на меня.

Я озадачился.

– Знаешь всё обо мне?

– Да, – сказала она. – Два года тому назад я была в глубокой депрессии. Ходила к профессиональным психологам, но безрезультатно – я погружалась всё глубже и глубже. Однажды ночью, отчаявшись, я набрала в поисковике слово «счастье». Можете себе представить, сколько выпало разных ссылок! Решив рискнуть, я кликнула на ту, что гласила «Повторяй Харе Кришна и будь счастлив», и она привела меня к Движению Харе Кришна. Спустя полчаса я уже пролистывала вашу страничку на Фейсбуке. Не спала всю ночь, читала ваши посты, смотрела фотоальбомы и видео. То, как вы пели Харе Кришна, подействовало на меня успокаивающе. Через несколько дней я уже не могла без этой песни заснуть.

И я многое узнала о вашем духовном учителе, Свами Прабхупаде. Когда я прочла о том, через сколько трудностей он прошел, чтобы принести учение Кришны на Запад, то все мои проблемы показались мне такими пустяковыми. Я начала повторять Харе Кришна и читать книги Харе Кришна он-лайн. Постепенно депрессия прошла, и сейчас я всё время чувствую себя счастливой. Врачи даже поверить не могут. И я не пропускаю ни одного вашего поста на Фейсбуке.

В общем, я сказала маме, что хотела бы встретиться с вами лично, и мы подгадали отпуска под ваш фестиваль. Мне так не терпится, чтобы он поскорее начался. Когда вы будете петь?

– Ближе к концу представления, – сказал я, немного смущенный, протягивая ей подписанный экземпляр «Бхагавад-гиты».

– Вы не представляете, как много вы значите для меня, – сказала она. – Если бы не вы, то я, наверное, была бы уже мертва.

Я онемел. Только лишь кивнул и помолился Шриле Прабхупаде о том, чтобы быть его достойным представителем.

Следующей была женщина, которая показалась мне знакомой. Рядом с ней был ее муж.

– Очень рада снова вас видеть! – сказала она, энергично пожимая мне руку. – Вы меня помните? Два дня назад, в Ревале, после лекции вы подарили мне свою гирлянду. И еще «Бхагавад-гиту».

– Ах, да, – ответил я. – Помню. Я всегда после выступления отдаю гирлянду и «Бхагавад-гиту» кому-нибудь из зрителей.

– Честно сказать, – продолжала она, – мне было совсем не интересно. Я толком и не слушала вашу речь, ждала следующего номера программы. Но меня тронула ваша доброта, и вчера я взяла с собой книгу на пляж. Короче говоря, я не могла от нее оторваться, читала и вчера, и сегодня весь день напролет. В ней все настолько логично. Сегодня притащила сюда своего мужа. Он инженер-химик, и я уверена, что он поймет вашу философию. Хотя в книге говорится, что для осознания этих вещей нужна помощь духовного учителя.

– Вы быстро схватываете, – сказал я с улыбкой, подписывая экземпляр «Бхагавад-гиты», данный ей два дня назад.

– Дома поставим эту книгу рядом с Библией, – сказала она.

«Какое соседство», – подумал я.

Следующей была статная, хорошо одетая дама. Она подошла вместе с дочерью и протянула мне старую зачитанную «Бхагавад-гиту».

– Добро пожаловать на фестиваль, – сказал я, кивнув.

– Спасибо, – ответила она. – Мы приходим на фестиваль уже шестнадцать лет. Дочке было два годика, когда пришли впервые.

– Да, мы его любим, – сказала девушка. – У нас по всему дому фотографии с фестиваля. Все время крутим вашу музыку и «Бхагавад-гиту» читаем. Принесли ее сегодня вам подписать. Раньше приходили с бабушкой, но вот уже три года она не может, совсем старенькая стала.

– О, жаль это слышать, – посочувствовал я.

– Нет-нет, все в порядке, – сказала дама. – Мы звоним ей и, пока сидим и смотрим программу, держим телефон повыше, чтобы звук был четче. Она полностью прослушала все представления за те годы, что не смогла прийти.

– Мы с мамой меняемся, держим телефон по очереди, а то шоу длится пять часов, и руки затекают, – сказала дочка, смеясь. – Больше всего бабушка любит ваше пение в конце. Мы многие ваши песни записали. Бабуля не уснет, не послушав, как вы поете!

Подписав еще пару книг, я отправился к фургону освежиться и подготовиться к фестивалю. Шагая, я прокручивал в уме радостные утренние мысли.

«А ведь и правда всё хорошо складывается», – решил я.

И в тот же миг одна девушка-преданная бросилась бежать ко мне, крича в истерике:

– Гурудева, Гурудева! Мне позвонили из дома, мама только что умерла! От внезапного сердечного приступа!

Она рухнула передо мной, подбежали ее подруги и стали ее успокаивать. Я вспомнил пророческие слова Шрилы Прабхупады: «Всё, что угодно, может случиться, когда угодно».

В такие моменты можно лишь предложить слова утешения скорбящему. Не время это для философии.

– Простите, что плачу, – сказала девушка.

– Плачь, плачь, – ответил я. – Мы всё понимаем. И мы здесь для тебя.

Спустя десять минут она попросила:

– Гурудева, пожалуйста, скажите мне какие-нибудь мудрые слова.

Я процитировал Библию:

«Всему своё время, и время всякой вещи под небом:

Время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное;

Время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить;

Время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать».

[ Экклезиаст 3:1 ]

 

Какое-то время я мягко говорил с ней, поясняя слова Экклезиаста, и она мало-помалу успокоилась.

– Можно рассказать вам мамину историю? – спросила она.

– Да, расскажи, – ответил я.

– Двадцать лет тому назад мама работала в аэропорту Екатеринбурга, в России. Как-то вы прилетели из Москвы, вас встречала целая толпа преданных. Вам надели прекрасную благоухающую цветочную гирлянду – она доходила вам до колен. Преданные сопровождали вас к выходу из терминала. А мама никогда раньше не видела их и стояла у дверей офиса, восхищенная. Заметив ее, вы подошли и надели ей гирлянду. Потом пошли, как ни в чем не бывало, дальше с группой киртана.

Этот ваш жест тронул маму до глубины души. Так что гирлянда все это время висела у нее в офисе, пока в прошлом году мама не вышла на пенсию. Я, помнится, видела эту гирлянду всякий раз, когда приходила к ней на работу. И она рассказывала мне эту историю снова и снова. Три года тому назад я стала интересоваться сознанием Кришны, начала ходить в наш храм. Мама хорошо относилась к преданным, но меня отпускала как-то неохотно. В какой-то момент даже отговорила бывать в храме слишком часто.

В прошлом году вы приехали в Екатеринбург на Ратха-ятру. Тогда я обратилась к вам с просьбой стать вашей ученицей. Вы милостиво согласились и спросили, поддерживает ли мама мой выбор. Я объяснила вам, что ее немного тревожит эта идея, и рассказала ту историю, как вы дали ей гирлянду в аэропорту двадцать лет тому назад. Ваши глаза засияли и вы сказали: «У меня есть одна идея!». Вы присели и написали маме нежнейшее письмо, прося ее не беспокоиться, потому что жизнь в сознании Кришны – это самая желательная вещь для молодежи.  Вы пообещали ей, что будете приглядывать за мной и защищать. Отдав мне письмо, вы опять сняли с себя большую цветочную гирлянду и попросили передать маме вместе с письмом.

Придя вечером домой, я первым делом протянула маме письмо. Она читала его, и по щекам у нее катились слезы. Когда она закончила, я отдала ей гирлянду, и тут она уже не могла сдержать рыданий. После этого все изменилось. Она не только поощряла мою практику сознания Кришны, она сама увлеклась. Стала постоянно ходить в храм помогать на кухне и не раз давала деньги на разные храмовые проекты. Все преданные любили ее, и она любила их всех.

А сегодня рано утром у нее случился сердечный приступ. Скорая забрала ее в больницу. Мама попросила преданных приехать, побыть рядом с ней. Она оставила тело несколько часов назад, и много преданных вокруг нее сладко пели святые имена Кришны. Такой благоприятный уход. Как же мне мамы не хватает!

Она вновь разрыдалась.

– С твоей мамой будет все в порядке, – сказал я. – Она услышала безупречное послание о том, как выйти за пределы этого мира рождения и смерти, – то же самое, которое мы пытаемся донести до людей нашими фестивалями. Будь уверена: Кришна постепенно приведет ее обратно к Себе домой.

 

************************

«Своим извечным состраданием Господь Чайтанья вернул людей обратно к жизни и милостью святых имен дал пересечь бездонный океан века раздоров. Так, милостью золотых лун Хари и Вайшнавов весть об именах Кришны из уст в уста передавалась».

[ Сарвабхаума Бхаттачарья, Сушлока-шатакам, текст 46 ]

 

 

 

______________

* цитата из книги пророка Исайи (прим. перев.)

** катха – разговоры, обсуждение тем, связанных с Бхагаваном, Верховной Личностью Бога (прим. ред.)

на англ. http://www.dandavats.com/?p=49214

, ,

Lord Caitanya Leads Kirtan / Господь Чайтанья ведет киртан

“The Master sang joyfully in accents astonishingly sweet and charming to the ear, as He moved in the midst of a circle made by His intimate devotees. The ornament of the three worlds, Lord Gauracandra Himself, of all attractive persons the most attractive, dances, in the supreme abode of Nilacala, the temple like a blue mountain.”
[ Sarvabhauma Bhattacarya, Susloka-Satakam, verse 14 ]

 

Учитель счастливо поет в удивительно приятной для слуха манере,
переступает посередине круга Своих ближайших спутников.
Самый привлекательный из всех привлекательных личностей,
Господь Гаурачандра – украшение всех трех миров – танцует
в высшей обители Нилачалы, в храме, подобном голубой горе.

[ Сарвабхаума Бхаттачарйа, Сушлока-шатакам, стих 14 ]

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=10209795484906785&set=a.3707173840886.2134384.1321748113&type=3&theater

,

I eagerly desire to see Vrindavan / Жажду увидать Вриндаван

In the midst of all an all-encompassing service on the shores of a foreign land, my mind keeps returning home, to Vrindavan, that eternal abode of love and bliss …
“I eagerly desire to see Vrindavan, whose indescribable beauty defeats the beauty of millions of cupids, which is brightly illuminated by a golden and bluish transcendental effulgence, and which is merged into the ocean of sweet conjugal pastimes.”
[ Srila Prabodhananda Sarasvati, Sri Vrindavan Mahimamrta, Sataka One, verse 20 ]

 

Посреди всепоглощающего служения на иностранных берегах мой разум всё  возвращается домой, во Вриндаван, вечную обитель любви и счастья …

«Жажду увидать Вриндаван, немыслимая красота которого
над красотой несчетных тысяч Купидонов верх одерживает,
который голубоватым и золотым сиянием ярким озарен,
который в океан вечных любовных игр погружен».

[ Шрила Прабодхананда Сарасвати, Шри Вриндаван-Махимамрита, Первая шатака, текст 20 ]

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=10209787053576007&set=a.3707173840886.2134384.1321748113&type=3&theater

,

The hand of an old friend / Рука старого друга

Yesterday a friend came to help me in time of great need. I was most grateful.
“Ah! How good it feels! The hand of an old friend.”
[ Henry Wadsworth Longfellow ]

Вчера во время великой нужды появился друг. Я был очень благодарен.
«О! что за чувство! Рука старого друга»

[ Генри Водсворт Лонгфелло ]

, ,

I Shall Not Pass This Way Again / Ведь не пройти той же дорогой дважды

Том 14, глава 13

23 июля 2017, Польша

Я знаю, что пружина моих биологических часов постепенно раскручивается. Бесполезно это отрицать. Это реальность. Мало того, что мне уже под семьдесят – я перенес две смертельные схватки с раком. Вероятность рецидива остается, и я ценю каждое мгновение на вес золота. Годы, что я провел, тренируясь в сознании Кришны, подготовили меня к приходу старости и болезней и приучили не скорбеть по их поводу. Более того, симптомы старости стали для меня мощным стимулом улучшать качество воспевания – главной деятельности в сознании Кришны – как в личной садхане, так и на людях. Как никогда прежде я осознаю, насколько мне повезло служить миссии моего духовного учителя и, как следствие, замечаю за собой, что, повторяя джапу, сосредотачиваю на каждом слоге маха-мантры все свое внимание. Я также вкладываю свое сердце и душу в воспевание на улицах разных городов по миру.

Десятилетия сменяют друг друга – и с ними приходит ощущение безотлагательности. Количество лет, которое мне осталось прожить, скорее всего, будет числом однозначным, а не двузначным. Так что каждое утро, просыпаясь, я благодарю Шрилу Прабхупаду за возможность представлять – и преданным, которых я обучаю, и людям, которых встречаю –  нашу величайшую* преемственность духовных учителей.

Мы отправились рекламировать шестую по счету фестивальную программу (в городе Мендзыздрое на Балтийском побережье Польши), и я с радостью присоединился к поющей группе харинамы. Пока ответственная за монтаж сцены и тентов команда устанавливала их на лужайке главного городского парка, всего в нескольких метрах от переполненного пляжа – семьдесят преданных стали спускаться к песку. Мы прошли мимо троих одетых в черные кожаные куртки потертых мужчин с татуировками, слезавших со своих мотоциклов. Один из них сделал в нашу сторону угрожающий жест и непристойно выругался, двое других прошлись немного за харинамой, издеваясь над нами.

– Не смотрите в их сторону, – сказал я преданным. – Просто продолжайте идти. Ничто и никто не в праве ослабить наш энтузиазм.

Спустившись на пляж, мы стали петь, танцевать и раздавать красочные приглашения. Как всегда, люди были счастливы видеть нас, улыбались и махали в ответ. Было очевидно, что многие из них бывали на наших фестивали раньше.

Одна девчушка, когда мы проходили мимо, подскочила с места и взволнованно спросила свою маму:

– Мамочка, если я заговорю с ними, они меня поймут?

– С ними надо говорить на Харе Кришна, – отвечает мама.

– Это как на французском или немецком? – спрашивает девочка.

– Совершенно верно, – серьезно говорит мама. – Придется тебе учить Харе Кришна.

Наша процессия шла по многолюдному пляжу, и тысячи приглашений разлетались направо и налево. Большинство людей брали их, улыбаясь или обмениваясь с нами рукопожатиями, но одна женщина сердито прикрикнула на своего сына, когда тот взял пригласительный.

– Дай мне сюда! –  вскрикнула она. – Это опасные люди.

– Опасные? – переспросил он недоуменно, отводя от нее приглашение подальше. – Они красиво одеты, они поют и танцуют, они улыбаются и приветствуют всех. Что это в них опасного?

– Опасные и все тут! – громко заявила мать. – Все это знают.

– Да все машут им в ответ, – сказал мальчик, – и все улыбаются. Вон кто-то книги у них покупает. Вроде никто не считает их опасными, кроме тебя.

– Ты должен меня слушать! – прикрикнула она. – Выкинь в море.

– Эх, мама.., – протянул мальчик и покачал головой. Она отвернулась. Он улыбнулся мне и сунул приглашение в карман.

Мы шли по пляжу и пели уже около часа. В одном из самых переполненных мест остановились. Я немного рассказал собравшимся вокруг людям о фестивале, а также объяснил, почему мы поем. Они внимательно слушали, хлопали, где надо, и одобрительно кивали. Я подумал: «В древней Индии набожные люди пошли бы в храм или ашрам, чтобы услышать ведическое знание из уст садху или священнослужителя. А я тут в Восточной Европе посреди пляжа делюсь той же самой Абсолютной Истиной с загорающими людьми в купальных костюмах, многие из которых при этом держат банку пива. И они еще аплодируют и соглашаются со многими моими словами! Невероятная милость Шри Чайтаньи Махапрабху».

Я закончил говорить, и несколько преданных пошли в толпу, предлагая книги Шрилы Прабхупады.  Я улыбался, глядя на заинтересованных людей, приобретавших наши книги. Киртан и философия тронули их сердца. Отметил одну женщину в окружении по меньшей мере шестерых детей. Она сомневалась, покупать ей книгу или нет и, в конце концов, помотала головой. Мы двинулись дальше.

Полчаса спустя один из ее сыновей догнал нас.

– Мама все-таки решила купить книгу, – выговорил он, запыхавшись. – Вот деньги.

Он взял «Бхагавад-гиту» и, все еще пытаясь отдышаться, продолжил:

– Мама сказала, что вы ушли слишком далеко, и если бы один из нас даже побежал, то не догнал бы вас. Мы так боялись вас упустить, что…

Он показал рукой на пляж. Его братья и сестры выстроились метрах в пятидесяти друг от друга, как эстафетная команда.

– Вот как она хочет эту книгу! – пояснив, он побежал и передал книгу брату, который, в свою очередь, пробежал следующие пятьдесят метров и отдал книгу сестре. Девочка растворилась в толпе, и явно нашла там следующего своего брата или сестру, а первые двое братьев шли обратно по берегу уже не спеша.

Мы пели на протяжении уже нескольких часов. Преданные подпрыгивали и кружились между людьми, пока те купались, загорали и ели мороженое. Одни преданные размахивали цветными флагами и вымпелами, другие раздавали вкусное печенье. Все находившиеся в пределах слышимости киртана восхищенно смотрели на нас. И тут я увидел троих байкеров. Скинув свои кожаные одежды, они расслаблялись на песочке в плавках.

«О-о, – подумал я. – Приближаются проблемы».

Но к моему изумлению, и они стали танцевать с нами, смеясь и пытаясь повторить мантру. Я, было, решил, что они издеваются, но нет, они явно сами получали от этого удовольствие. Ведущий киртана хотел было уже закончить петь, но я прокричал ему на ухо: «Продолжай! Не останавливайся!» Он посмотрел на меня вопросительно, будто говоря: «Да я совсем выдохся!» Он вел киртан уже более двух часов.

Я покачал головой:

– Продолжай, пока не скажу остановиться.

Святые имена растопили сердца мужчин, которые совсем недавно вели себя так непочтительно. Они всё танцевали – а я улыбался всё шире и шире. Наконец, они повалились от изнеможения на песок, и я показал жестом в равной степени уставшему ведущему киртана, что он может остановиться. Мы пошли дальше, и когда я оглянулся, то один из байкеров улыбнулся и поднял вверх большой палец в знак одобрения. Мне же вспомнился один из моих любимых стихов, написанных Сарвабхаумой Бхаттачарьей:

 «C тех пор как Гауранга, сама святая форма любви к Шри Кришне, стал раздавать Свои дары из премы**, все –  грешники, аскеты, пьяницы, бандиты, негодяи, воры – вдруг стали столь признательны Ему, что отвергли наслажденье чувств, как будто это яд смертельный, и в опьяненьи громко пели святые имена Шри Кришны, пока без сил не потонули в волнах океана Кришна-премы». [ Сушлока-шатакам, текст 49 ]

Когда мы вернулись на территорию фестиваля, команда монтажников наносила последние штрихи на сцене и в тентах. Группа харинамы с трудом нашла время, чтобы успеть почтить прасадам, пока места у сцены не начали заполняться зрителями. Я видел, как преданные торопились приступить к своему служению.

«Они настоящие бойцы, – думал я. – Ежедневно на харинаме по пять часов, потом еще пять часов служения на фестивале: и на сцене, и в ресторане, и на выставках. И так два месяца без остановки. Освобождение им гарантировано!»

джалпанти хари намани

чайтанйа гьяна рупатах

бхаджанти ваишнаван йе ту

те гаччханти харех падам

«Кто воспевают имена Хари, при этом постигая знанье и следуя порядкам, что передал Чайтанья, а также те, кто поклоняются Вайшнавам – те непременно вступят в обитель Шри Хари». [ «Сушлока-шатакам», текст 80]

Лишь только я присел посмотреть первую часть представления на сцене, как на территорию на велосипеде въехал молодой человек. Попетляв какое-то время среди толпы, он остановился напротив меня.

– Учитель, учитель, – обратился  он, – я вернулся! Проехал двести километров, чтобы попасть сюда. Вы же меня помните?

– Помню, – сказал я, улыбнувшись. – Мы встречаемся на этом самом месте в этом городе каждое лето.

– Точно, – ответил он. – Вы же знаете, почему я приезжаю. Один вечер, проведенный с вами, помогает мне весь оставшийся год. Серьезно. Представление, пение, ваши счастливые улыбающиеся лица – этого достаточно для того, чтобы у меня появились силы перенести все испытания жизни. Потому что я знаю – всеблагой Господь со мной.

– Удивительно, – сказал я.

– А вы не забыли, – с хитрецой произнес он, – об очередной вашей особой ежегодной милости ко мне, учитель?

Мне пришлось напрячься.

– Об угощении! – воскликнул он. – Я ведь человек бедный, потому и на велосипеде. Не могу купить даже билет на автобус! Представьте, как я голоден.

Улыбнувшись и взяв его за руку, я отравился с ним в ресторан.

– Этому моему другу я лично разрешаю есть всё, что он хочет и сколько хочет, – сказал я преданной на кассе.

На другой стороне ресторанной палатки я увидел крупного мужчину со шрамами и синяками на лице. И узнал в нем еще одного необычного ветерана наших фестивалей.

Подойдя поближе, тот сказал:

– Я месяцами жду возможности поговорить с вами, на календаре подсчитываю, сколько же осталось до приезда фестиваля в город. Жизнь у меня все такая же трудная, едва свожу концы с концами. Стараюсь следовать вашему совету отнестись более серьезно к духовной жизни, но в последнее время дела идут совсем плохо. Только и думаю, что о своих бедах. Знаете, они ведь конфисковали мой дом.

Он разрыдался.

– Давайте поговорим на свежем воздухе, – предложил я.

– Такая вот жизнь… ни жене, ни детям не в радость, – сказал он, когда мы вышли из ресторана. – Сплошная борьба за существование. В один прекрасный день я сдался. Решил повеситься на дереве у дороги, да проезжавший мимо мотоциклист остановился и перерезал веревку.

– Жаль это слышать, – сказал я. – Помните, что я говорил вам в прошлом году?

– Да, помню, – тихо ответил он. – Вы говорили, что все мы страдаем или наслаждаемся из-за своих прошлых дел. И что мы должны переносить печали и радости так же, как терпим смену времен года.

– Да, – сказал я.

– Еще что в трудные времена надо искать прибежище у Бога. И если жена у меня набожная католичка, я должен ходить с ней в церковь и просить Бога о руководстве.

– И вы это делаете? – спросил я.

– Вообще-то, нет, – ответил он, сконфузившись.

– Но если вы не слушаете  моего совета, что я могу поделать? – спросил я. – Это в ваших собственных интересах.

– Да, – сказал он. – Пришло время стать серьезным и делать, что вы говорите. Я обещаю начать ходить в костел. Еще раз, как звучит молитва, которую вы тогда сказали мне повторять?

Я написал Харе Кришна мантру и отдал ему.

– Это имена Бога, – сказал я. – Самая могущественная молитва для нашей эпохи.

– А это ничего, если я буду произносить их в костеле? – спросил он.

– Почему бы нет, – ответил я. – Это воззвание к Господу всех религий.

Когда мы прощались, он протянул мне пачку злотых.

– Я не могу их взять, – сказал я.

– Нет, пожалуйста! – настаивал он. – Я зарабатываю их по выходным в кулачных боях. Отсюда у меня все эти синяки и шрамы. Каждый год откладываю часть денег для вас. Прошу, пожалуйста, возьмите.

Я взял деньги с намерением передать их на распространение книг Шрилы Прабхупады.

Подошло время моей лекции. Я отправился к сцене, и сердце мое было полностью удовлетворено еще одним днем служения Господу.

****************************

«Мне бы хотелось пройти по миру лишь однажды. Поэтому буду делать прямо сейчас все то хорошее, что только могу и выкажу любому встречному всю доброту, что только могу выказать. Да не отложу я ничего и не пренебрегу ничем, ведь не пройти той же дорогой дважды».

[ Стивен Греллет, миссионер-квакер (1773-1855) ]

_______

* в оригинале «our august succession» – «нашу августейшую преемственность» (прим. ред.)

** према (санскр.) – любовь к Кришне (прим. ред.)

 

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=10209762271876480&set=a.3707173840886.2134384.1321748113&type=3&theater

, ,

Та необычная песня

Том 14, глава 12

18 июля 2017, Польша


Я проснулся в 3:30 утра, как только первые лучи восточно-европейского летнего солнца заглянули в окно. Я был в замешательстве. Где я? Всё в комнате казалось незнакомым. Поскольку в путешествиях я оказываюсь в разных городах и странах каждые несколько дней, такое часто случается со мной при пробуждении на новом месте. Поднявшись, я выглянул в окно, чтобы сориентироваться.

«Ах да! – сказал я тихонько, увидев преданных с багажом, прибывших на нашу базу летнего фестивального тура. – Я вернулся на Балтийское побережье Польши».

В предвкушении начала тура я быстро принял душ, оделся и вышел на улицу, окунувшись в утреннюю прохладу. Повторяя джапу, я поймал себя на том, что не могу сосредоточиться и все переживаю, как пройдет этот тур. Нам не хватило финансирования, несколько грузовиков сломалось, система электрики на нашей громадной сцене работала с перебоями, но хуже всего было то, что местные фермеры предсказывали холодное, дождливое лето.

Я решил не тратить время на пустое беспокойство. «Кришна – Верховный контролирующий, – напомнил я себе. – Он может устранить все эти препятствия в одно мгновение. Он проделывал это для нас неоднократно за эти двадцать восемь лет».

И это факт. Проповедуя и распространяя святые имена, преданный порой может с легкостью ощутить вмешательство Господа в разрешение трудных ситуаций. Один такой случай уже произошел. Только я приехал на нашу новую школьную базу, Нандини даси сообщила мне, что мы не сможем арендовать ту школу в другом городке, которую занимали многие годы: ее собрались ремонтировать. Нандини объехала все, что только можно, в поисках места, которое отвечало бы нашим требованиям: размещение трехсот преданных и наличие кухни. Времени уже было в обрез и, так и не найдя ничего подходящего, она обратилась в школу, в которой мы останавливались на время одного летнего тура 13 лет тому назад. Однако теперь арендная плата была астрономической, нам совсем не по карману. Нандини несколько дней пыталась сбить цену, и, в конце концов, снизила ее наполовину. На следующий день вся наша команда из 300 человек заехала.

Уже подписав договор, Нандини обнаружила, что нас поддерживает весь город. Какая-то женщина ей сказала: «Когда много лет тому назад вы останавливались здесь, то каждый день выходили петь на улицы. И все помнят те яркие и радостные шествия. Нам их не хватало! Пообещайте, что приехав, найдете время, чтобы снова петь в городе ту необычную песню, которую вы всё поете, поете и поете».

Ближе к полудню провели собрание преданных. Я обратил их внимание на то, что мы унаследовали от предыдущих ачарьев огромную ответственность. На протяжении многих поколений Вайшнавы в Индии развивали и структурировали сознание Кришны, чтобы в один прекрасный день оно распространилось по всему миру.

В XIX веке Шрила Бхактивинода Тхакура писал:

«Когда же наступит тот день, когда светлокожие иностранцы приедут в Шри Майяпур-дхаму и вместе с Вайшнавами Бенгалии станут воспевать «джая Шачинандана, джая Шачинандана!»  В ближайшее время воспевание Харинама-санкиртаны распространится по всему миру. О, когда же наступит тот день, когда люди из Америки, Англии, Франции, Германии и России, взяв караталы и мриданги,  станут петь в своих городах Харе Кришна?»  [ из «Саджджана-тошани» ]

Я обратил внимание преданных на то, что время это наступило, и мы должны поддерживать традицию и распространять святые имена в каждом городе и деревне. Это одновременно и тяжелая, и радостная обязанность. А мы особо удачливы, наш вклад – особо привлекательный: проведение фестивалей в сознании Кришны на протяжении всего лета в приморских городках Балтийского побережья.

На следующий день отправились на харинаму рекламировать первый фестиваль. Вскоре мы уже в полном восторге воспевали, шествуя по тротуарам со всеми нашими барабанами, цимбалами, трубами, стягами и флажками. Красивая, яркая, радостная и энергичная процессия киртана сильно контрастировала с холодной, не по сезону дождливой погодой и серыми тучами, зловеще нависшими над нами. Преданные ровными рядами шли сквозь толпы народа, раздавая красочные содержательные приглашения. В них цитировались слова посла Индии в Польше, вдохновляющие посетить наш фестиваль, по его мнению – «само воплощение духа индийской культуры».

Пока мы шли вперед, ко мне подбежал мальчик лет двенадцати. Глаза его были широко распахнуты от изумления.

– Индрадьюмна Свами! – воскликнул он в волнении. – Вы меня помните?

Я не знал, что ответить. Каждый год я встречаю тысячи мальчиков его возраста – я не мог его помнить. Но и не хотел его разочаровать. Так что я как-бы задумался на мгновение, надеясь, что, быть может, он освежит мне память.

– Впервые я встретил вас, когда мне было шесть месяцев, – продолжал он.

На это я уж точно не знал, что сказать.

– Вот моя фотография на маминых руках на вашем фестивале 12 лет назад.

Я глянул на картинку – и действительно, там был малыш на руках у мамы, которая стояла рядом со мной на нашем фестивальном поле.

– Замечательно! – сказал я.

Oн вытащил другое фото:

– Это я с вами на фестивале, когда мне было пять.

Я пригляделся: он был точно, старше, впрочем, как и я.

Показывая мне фото за фото, он комментировал:

– Вот здесь мы вместе, когда мне было 7, 8, 9 и 10!

– Что же, наше общение и вправду хорошо задокументировано, – улыбнулся я.

– Да, вы мой герой, – сказал он. – Я никогда не был в храме Харе Кришна и прочел только одну тоненькую книжку о Кришне. Но я хочу быть таким как вы, когда вырасту. И знаете что? Я уже давным-давно перестал есть мясо, и я не курю. Друзья говорят, что я спятил. А мне все равно.

– Я счастлив, что могу быть примером для тебя, – ответил я. – Придешь вечером на фестиваль?

– Конечно, – сказал он. – И мама возьмет с собой фотоаппарат!

Харинама прокладывала свой путь по городу, и многие люди улыбались и махали ей вслед. Я мог лишь предположить, что возможно и они знали нас, так как бывали на наших фестивалях, подобно тому парнишке, что подошел ко мне.

 

«Это фестивали поменяли то неприязненное отношение, что было у людей о нас несколько лет тому назад, – думал я. – Тогда католическая церковь открыто заявляла, что мы опасная секта. Теперь они не осмеливаются так говорить: уже миллионы людей прошли через фестивальные программы и хорошо нас знают. У нас бывает по 5000 человек в день, с июля месяца по август. Умножаем на 40 фестивалей за лето, потом на 28 лет, и получается поразительное число людей, которые соприкоснулись с нами в самом что ни на есть позитивном ключе».

Улыбаясь, я размышлял: «Именно церковь бесстрашно свергла коммунизм в этой стране, но они не смогли повергнуть нас». Мне вспомнился стих из «Бхагавад-гиты»:

«Где бы ни находился Кришна, повелитель всех йогов и мистиков, и где бы ни находился Арджуна, непревзойденный лучник, там всегда будет изобилие, победа, необычайная сила и нравственность». [ Бхагавад-гита, 18.78 ]

Поведанные 5000 лет тому назад, слова Господа в Бхагавад-гите при правильном их применении остаются актуальными и в наши дни. Абсолютная Истина значима во все времена: минувшие, настоящие и будущие.

Спустя несколько часов, уставшие, но очень довольные, мы направились к нашей площадке неподалеку от берега. Фестиваль только-только начинался, а все триста мест у сцены были уже заняты. Еще несколько сотен людей прогуливались по территории: одни были в ресторане, другие смотрели представление фокусника или кукольный спектакль, участвовали в уроках по йоге или кулинарному искусству, сидели в палатке «Вопросы – ответы» или где разукрашивают лица. Всё было на высшем уровне, привлекательно,  профессионально. Преданные, участвовавшие в харинаме, быстро заняли свои места на сцене, в палатках и ресторане. Все 300 преданных были полностью задействованы.

Прогуливаясь и следя за происходящим на территории, я по ходу подбирал и отправлял в мусорные контейнеры обрывки бумаги, какие-то тряпки и все такое. В скором времени началась первая наша театральная постановка – обновленный вариант прошлогоднего спектакля «Кришна во Вриндаване». Преданные месяцами упорно трудились над ним, и в конце представления труды их были сполна вознаграждены громкими аплодисментами зрителей.

Подошел черед моей лекции. Я поднимался по ступеням на сцену, размышляя о том, что я читаю вводные лекции на нашей летней сцене вот уже 28 лет. Я думал, как бы сделать более интересной и свежей вводную лекцию – для тех, кто приходит сюда из года в год.

Начав говорить, я обратил внимание на четверых молодых людей лет двадцати с небольшим, не проявлявших никакого уважения к моим словам. Они начали ерничать, имитируя меня и подшучивая над выступлением. Это меня отвлекало, и тогда я сделал то, что часто делаю в подобных ситуациях: перевел внимание на того из слушателей, кто был внимателен и выказывал интерес. Время от времени я поглядывал на нарушителей спокойствия. Их продолжавшиеся выходки только усиливали мою решимость представить возвышенное учение “Гиты”, используя убедительные примеры, аналогии и стихи. Тут произошло нечто удивительное. Где-то в середине лекции, посмотрев в их сторону, я увидел, что парни слушали с нескрываемым интересом. Я подумал, что это, быть может, очередная их выходка, но спустя какое-то время заметил, что они кивали головами, соглашаясь с тем, что я говорю. В конце лекции они аплодировали вместе с остальными.

«Мощная философия», – думал я, спускаясь по ступенькам, чтобы подписывать экземпляры «Бхагавад-гиты», которые я вдохновлял людей приобрести в своей речи.

В очереди ожидавших оказался старик, с новой «Бхагавад-гитой» в руке. Также он держал маленькое издание «Бхагавад-гиты» в переводе и с комментариями моего духовного брата Ранчора даса из Англии. Мы предлагаем его простую и легкую для восприятия польскую версию как дополнение к переводу «Бхагавад-гиты» Шрилы Прабхупады, чтобы люди сначала прочли ее и лучше усвоили «Бхагавад-гиту как она есть».

– Могли бы подписать мне книги? – спросил он.

Я начал подписывать, и он сказал:

– Хотелось бы поблагодарить вас за выступление. За все свои восемьдесят лет я ни разу не слышал, чтобы духовное знание излагали так ясно и логично, как это сделали вы.

– Благодарю вас, – ответил я. – Я научился всему у своего духовного учителя, который перевел книгу большего размера, которую вы держите, и написал комментарии к ней. Духовная жизнь также логична.

Крепко прижимая книгу к груди, он сказал:

– Да, не терпится поскорее ее прочесть.

Отметив его безупречный внешний вид, я поинтересовался, кто он по профессии.

– Я на пенсии, – был его скупой ответ.

– А кем вы были, когда работали?

– Политиком, – ответил он весьма неохотно.

– О… а что представляет собой эта работа? – спросил я, надеясь вовлечь его в разговор и рассказать ему о сознании Кришны больше.

– Вы не захотели бы знать, – ответил он. – Давайте не будем об этом. Просто продолжайте делать то, что делаете. Вы можете сделать мир лучше. Я это всерьез говорю.

Он удалился, и я заметил, как оживленно переговариваются люди в очереди.

– Знаете, кто это был? – спросил следующий подошедший за автографом.

– Нет, не знаю, – ответил я.

Он почтительно произнес какое-то имя и немного удивился отсутствием реакции с моей стороны – я никогда раньше не слышал это имя. Тем не менее, мне было очень приятно, что важный политический деятель купил «Бхагавад-гиту».

В очереди было человек двенадцать с «Бхагавад-гитами» в руках. Я сидел и подписывал книгу за книгой, практически не поднимая глаз. Когда подошел черед последнего, я встал и взглянул на него, собираясь спросить, понравилось ли ему представление. И узнал в нем одного из тех парней, что потешались надо мной во время лекции. Он чуть склонил голову и, глядя на меня, мягко сказал:

– Простите.

– Без проблем, – ответил я. – Давай твою книгу. С удовольствием ее подпишу.

И я крепко пожал ему руку, попросив прийти и завтра.

– Непременно, – сказал он. – Во сколько вы будете выступать?

Я ответил  с улыбкой:

– На том же месте, в тот же час.

Подписав книги, я отправился присесть на одну из скамеек в последнем ряду у сцены. Тут же подошла женщина лет сорока.

– Можно вас на минуту? – спросила она. – Не хотелось бы занимать много вашего времени.

– Конечно, – ответил я.

– Просто хотела поблагодарить вас за лекцию. Она в буквальном смысле спасла мне жизнь.

– Спасла вам жизнь? – переспросил я, думая, что, наверное, она говорит иносказательно.

– Да, – сказала она. – Два года назад мой единственный ребенок, шестнадцатилетний сын, погиб в автокатастрофе, лобовое столкновение. Я была опустошена. Из-за этого отношения с мужем стали быстро ухудшаться. Ругань, ссоры – в итоге расстались. Полгода назад мы развелись. Я была так расстроена, что не могла сосредоточиться на работе, и несколько месяцев назад потеряла и ее. Друзья меня не выдерживали и один за другим оставляли. Я никак не могла во всем этом разобраться. Постоянно думала: «Почему все это со мной происходит?»

Она сделала паузу и продолжала:

– Казалось, не было смысла жить. На прошлой неделе приехала на побережье, думая покончить жизнь самоубийством.

– Как жаль это слышать, – сказал я сочувственно.

– Но сегодня я шла по набережной мимо фестиваля – а вы только поднялись на сцену, чтобы дать лекцию. Было очевидно, что это духовное мероприятие, я решила присесть и послушать, в надежде как-то утешить свою скорбь. Но кроме утешения нашла ответ на свой вопрос, почему жизнь пошла под откос. Ваше ясное и логичное объяснение кармы привело меня в чувство. Мы получаем плоды наших прошлых поступков. Но главное, вы предложили альтернативу моим страданиям. Ваше описание духовного мира было убедительно: я тотчас осознала, что возвращение туда – вот настоящее решение моих проблем. Собираюсь пойти и купить теперь «Бхагавад-гиту». Я лишь прошу, чтобы мне можно было оставаться с вами на связи.

Она помолчала мгновение и заключила:

– Благодарю, что спасли мне жизнь и, главное, дали новую.

Это было испытанием на смирение, и я молча поблагодарил Шрилу Прабхупаду, что он спас всех нас.

 

Тут подскочил начальник нашей охранной команды, воскликнув:

– Шрила Гурудева, будьте начеку! На территории большой крепкий мужчина, расспрашивает, где гуру. Подходил к нескольким нашим. Сейчас заглядывает во все палатки. Не беспокойтесь, мы рядом, если что.

Внезапно метрах в десяти от меня показался здоровенный мускулистый дядя, одетый в шорты и футболку, вскричал: «Махараджа!» и, вовсю улыбаясь, бросился ко мне. Не успели охранники вмешаться, как он приподнял меня и закачал, приговаривая: «Я так по тебе скучал!»

Поставив меня на землю, он продолжил:

– Ты меня помнишь? Вудсток-1997, в Жарах, в Польше. Я дал тебе напрокат свой фургон для перевозки оборудования на поле.

Я вспомнил.

– A! – сказал я. – Мы тогда еще несколько часов проговорили «за жизнь».

– В моем городе все скучают по вам, ребята, – сказал он более приглушенно. – Народ всё еще обсуждает те песенные тусовки, которые вы изо дня в день устраивали на нашем рынке. Они же были сверхъестественны!

– Да, – повторил я, – сверхъестественны.

– Приехал на побережье в отпуск, – он продолжал, – и сегодня утром на пляже получаю приглашение к вам. Подумал «Может быть, и Махараджа там будет» – и ты здесь! Я просто счастлив – снова тебя повидать!

– И я счастлив видеть тебя, – сказал я, хлопнув его руку.

Тут он приостановился и произнес:

– Нет, серьезно, Махараджа, когда вы со своей командой вернетесь в Жары и споете нам на рынке ту необычную песню? Вот это было бы для всех нас счастье.

*********************

три бхувана каманийе гаура чандре ватирне
патита йавана муркхах сарватха спхотайантах
иха джагати самаста нама санкиртанарта
вайам апи ча кртартхах кришна намашрайад бхох

«Когда Гаурачандра, кого красивее не сыщешь в трех мирах, явился во Вселенной, все души падшие воздели руки к небесам, святые имена взволнованно запели вместе. Мы также были полностью довольны, приняв прибежище тех же имён Шри Кришны. О мой Господь!»

[ Шри Сарвабхаума Бхаттачарйа, «Сушлока-шатакам» – сто прекрасных стихов, сложенных во славу Шри Чайтаньи Махапрабху, текст 44 ]

 

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=10209719388364419&set=a.3707173840886.2134384.1321748113&type=3&theater