“May Mother Ganges Bless You Today”

, , , , ,

Дневник странствующего монаха – Том 15, глава 1

“Да благословит тебя сегодня мать Ганга”


Ever since becoming a devotee of Lord Krishna in 1970, I have been fascinated with the Kumbha Mela festival. This year I decided to join millions of other pilgrims in the journey to the Ardha Kumbha Mela where, from January 15th to March 4th, ISKCON devotees were to follow in Srila Prabhupada’s footsteps by bringing his books, the Holy Names and prasadam to the festival.

Kumbha Mela is the largest religious gathering in the world. Estimates anticipated that 120 million pilgrims—nearly double the population of England and France combined—would visit the Mela over seven weeks. The Mela takes place four times within a twelve-year period on the banks of four of India’s most holy rivers: the Godavari River in Nashik, the Shipra River in Ujjain, the Ganges River in Haridwar and the confluence of the Ganges, Yamuna, and Saraswati Rivers in Prayagraj (formerly known as Prayaga ).

This year’s Mela was to be held at the confluence site at Prayagraj. The point of convergence is called “Triveni Sangam.” Bathing in any of the sacred rivers has a purifying effect, but it is said that the purification is increased a hundred times at the sangam and a thousand times at the sangam during Kumbha Mela.

Srila Prabhupada writes:

“Bathing during the month of Magha at the Magha-Mela [Kumbha Mela] still takes place. This is a very old Mela (assembly), dating from time immemorial. It is said that ever since the Lord in the form of Mohini took a bucket of nectar and kept it at Prayaga, holy men have gathered there every year and observed the Magha-Mela. Every twelfth year there is a Kumbha-Mela, a great festival, and all the holy men from all over India assemble there. Bathing at the confluence of the Ganges and Yamuna, near the fort at Allahabad (Prayaga), is mentioned in the revealed scriptures:

“maghe masi gamisyanti ganga yamuna sangamam
gavam sata sahasrasya samyag dattam ca yat phalam
prayage magha mase vai try aham snatasya tat phalam

“If one goes to Prayaga and bathes at the confluence of the Ganges and Yamuna in the month of Magha, he attains the result of giving hundreds and thousands of cows in charity. Simply by bathing for three days there, he attains the results of such a pious activity.”

[ Caitanya Caritamrita, Madhya 18.145 ]

I had a special desire to attend Kumbha Mela this year as the main bathing day, February 4th, was on Mauni Amavasya, which creates a special tithi that appears only once every 200 years. However, my main motivation to go was to meet with the holy men Srila Prabhupada describes in his above purport, and to share with them the glories of Lord Caitanya and His movement of chanting the holy names which He inaugurated just over 500 years ago. My experience in India is that most people are aware of the 10 primary incarnations of the Lord—the das avatars such as Lord Ramacandra, Varaha, Kurma, Matsya and so on. But very few are aware of the avatar of this age, Lord Caitanya, whose appearance is predicted in ancient scriptures like Srimad Bhagavatam:

krsna varnam tvisakrsnam
sanopangastra parsadam
yajnaih sankirtana prayair
yajanti hi su medhasah

“In the Age of Kali, intelligent persons perform congregational chanting to worship the incarnation of Godhead who constantly sings the names of Krsna. Although His complexion is not blackish, He is Krsna Himself. He is accompanied by His associates, servants, weapons and confidential companions.” [ Srimad Bhagavatam 11.5.32 ]

The origin of Kumbha Mela is mentioned in the Vedic scriptures. It is stated that in bygone ages, the demigods and demons assembled together to churn the ocean of milk to produce the nectar of immortality. Mandara Mountain was used as a churning rod, and Vasuki, the king of serpents, became the rope for churning. The demigods took Vasuki’s tail and the demons his head, and they churned the milk ocean for one thousand celestial years. Among many other amazing things, a pot of immortal nectar was produced. The demigods were fearful that the demons would take advantage of it, so they stole the pot and hid it in the four places on Earth where the Mela is held. During the act of hiding, a drop of immortal nectar spilled from the pot at each of the four places. Kumbha Mela is held at the time when, according to astrological calculations, the immortal nectar is most readily available to those who bathe in the sacred rivers.

Approaching the festival site, we pulled over at a small hill that provided a panoramic view of the Mela. The magnitude of the site testified to the pilgrims’ enthusiasm to be liberated from the material world through contact with the nectar of immortality. Witnessing the vast landscape of tents, I was fascinated by the thought that so many people were coming simply for spiritual purposes.

Prabhupada said:

“At the Kumbha-Mela, millions of people come to take bath in the Ganges because they are interested in how to become spiritually liberated from this material world. They travel thousands of miles to take bath in the Ganges at the holy place of Prayaga.” [ Room conversation with Pusta Krsna das ]

From our vantage point on the hill, I could see thousands upon thousands of people pouring into the Mela. These people were prepared to travel long distances and tolerate many discomforts, including sleeping in austere conditions in very cold weather. Some arrived on overcrowded trains. Others came by bus, car and even ox carts. While the rich and famous flew into Prayagraj on chartered flights, the multitudes came on foot carrying all their necessities—food and a couple changes of clothes—in bundles on their heads. But whether rich or poor, everyone had the same agenda: to bathe in the sangam at the auspicious moment and attain passage back to the spiritual world. I could hear many people glorifying the Ganges with cries of “Ganga Ma ki jaya! All glories to Mother Ganges!”

Sastra supports their glorification:

nimna ganam yatha ganga
devanam acyuto yatha
vaisnavanam yatha sambhuh
purananam idam tatha

“Just as the Ganga is the greatest of all rivers, Lord Acyuta the supreme among deities and Lord Sambhu [Siva] the greatest of Vaisnavas, so Srimad-Bhagavatam is the greatest of all Puranas.” [ Srimad Bhagavatam 12.13.16 ]

I knew that as Westerners, we would be a tiny minority at the Mela, but we were not the first foreigners to take part by any means. A seventh-century diary written by Hiuen Tsiang from China mentions Kumbha Mela. He writes that he witnessed half a million people gather on the banks of the Ganges at Prayagraj to observe a celebration for 75 days. He even mentions that a king was present with his ministers, scholars, philosophers and sages, and that he gave away huge amounts of gold, silver and jewels to acquire pious credit and assure himself a place in heaven.

The current rulers of India, likewise, were taking part in the Mela by facilitating many of the logistical details. The government had been working on the services and accommodations for an entire year, and the statistics were mind-boggling. Over 6,000 religious and cultural organizations had been allotted land, including our International Society for Krsna Consciousness. The Mela site sprawled over 32 square miles, an area equivalent to a large town. There were 4,200 premium tents, 300 kilometers of roads, 122,000 toilets, 20,000 dustbins, 10,000 policemen and 30,000 military personnel. They had provided row upon row of simple tents for free accommodation. There were lost-and-found centers dotted throughout the Mela, intended mainly for helping people find their lost family members and friends. In 2013, thousands of people—mostly women and children—went missing in the huge crowds. The entire cost of this year’s Kumbha Mela was estimated at 400 million dollars.

There were many ashrams and camps distributing free food throughout the Mela, including our ISKCON camp. Overall, 5,384 metric tons of rice, 7,834 tons of wheat, 3,174 tons of sugar and 767 kiloliters of kerosene were allocated to the food distribution centers. 160 dispensers of clean drinking water were available throughout the Mela.

A 100-bed hospital and ten smaller hospitals staffed by 200 doctors and 1,500 health professionals were set up throughout the event. 80 practitioners of Ayurveda were also available. There were elaborate plans for waste management too. Every one of the 122,000 toilets were geo-tagged to help tackle any problems. Talk about organization!

Meeting India’s Spiritual Leader

It is generally very difficult to meet famous spiritual personalities in India due to strict security policies, but luck was on my side. My good friend Pundrik Goswami of the Radha Raman temple in Vrindavan invited me to stay with him at a camp where many of the principal spiritual dignitaries would be staying. It was called, Guru Karishni Camp, and was run by Swami Sharanandaji Maharaja, a prominent figure in Vrindavan. I considered this to be a golden opportunity to network with these personalities, most of whom would be unlikely to visit our ISKCON camp at the Mela or ISKCON temples elsewhere in India.

Once I arrived at the camp, Pundrik Goswami lost no time introducing me to the spiritual leaders present. His introduction followed a standard format: he would begin by glorifying Srila Prabhupada and explaining how he took Krsna consciousness to the West and how ISKCON has become a worldwide spiritual organization. Then he would introduce me and share some of the results of my service in different parts of the world. His introduction acted as an endorsement whereby India’s spiritual leaders gained confidence and respect for my humble self and, through me, Srila Prabhupada’s movement.

Over several days I had enlightening talks with numerous personalities. These included:

· Sri Ravi Shankar, the head of the Art of Living Foundation: I shared with him the work of ISKCON in communist countries like Russia and China. I told him of how Srila Prabhupada went to Russia in the 1970s and of the success of our movement there since that time. He was so touched that he gave me a beautiful silk chaddar as a gift.

· Swami Chidananda of Parmarth Niketan from Rishikesh: he wasn’t staying at the Guru Karishni Camp, but like many other sadhus, he visited to associate with prominent spiritual leaders. We had lunch together on two occasions. After I spoke to him about the glories of Srila Prabhupada, he offered to help renovate holy places in Vrindavan. He was especially eager to give money towards cleaning Radha Kunda so that pilgrims could drink the water from it, as well as establishing a large evening arotika on the banks of that sacred lake.

· Keshav Prasad Maurya, the deputy chief minister of UP: he had some misconceptions about our movement which I was happy to resolve to his full satisfaction.

· Swami Avdeshanand, the leader of one million Naga Babas and head of the Juna Akhada: Naga Babas (translated literally as “naked yogis”) are worshipers of Lord Siva. With their ash-covered bodies and matted dreadlocks, even their physique resembles his. They take vows of celibacy, renounce societal norms and live in the Himalayas. Swami Avdeshanand is such a respected leader that he is given the honor of being the first person to bathe at Kumbha Mela. After our talk he took my hand and said, “Your movement is creating a spiritual revolution all over the world!”

· Sri Rajendra Das Ji Maharaja, a well-known sadhu with a big ashram in Vrindavan: moved by Srila Prabhupada’s voyage to the USA and his introduction of Krsna consciousness in almost every country of the world, he invited me to visit him for lunch in Vrindavan.

· Lokesh Muni, leader of the Jains in India: this was the third time I have met him over the last few years. He invited me to spend time with him at his headquarters in Rajasthan.

Lost At The Mela

Going anywhere outside the Guru Karishni Camp was a challenge because there was a veritable flood of humanity outside its confines: an estimated 64 million people were descending upon the Mela to bathe on February 4th, the most auspicious bathing day.

I woke up early that morning which was an austerity in itself. It was mid-winter and it was cold in the tent where I was staying. I bathed quickly in an improvised bathroom which was without hot water, and then went out into the cold foggy morning.

“How in the world are 64 million people going to bathe along the river bank?” I wondered. And then a doubt entered my mind. “Will I actually be able to bathe in the river myself?”

The previous night I had searched the internet for all the information I could find on the three sacred rivers, the Ganges, Yamuna and Saraswati. A recent BBC article described the Ganges as the world’s sixth most polluted river. It said that 3,000 million liters of untreated sewage are pumped into the river every day; the figure didn’t include the industrial waste poured into the Ganges as it descends from the Himalayas to the Bay of Bengal. By the time it reaches Prayagraj, a town that also contributes untreated sewage to its waters, the Ganges, the article said, becomes a sewer.

The Prime Minister of India, Narendra Modi, claimed that cleansing the Ganges was nothing less than a mission from God.

“Ma Ganga has called me,” he told the crowd at his victory celebration some years ago when he was swept to power in a landslide victory. “She has decided some responsibilities for me. Ma Ganga is screaming for help; she is saying ‘I hope one of my sons gets me out of this filth’. It is possible it has been decided by God for me to serve Ma Ganga.”

He pledged serious money to his Clean Ganga Mission – more than $3 billion dollars.

This was sobering and disturbing information. I turned away from Google to the Srimad Bhagavatam and the purports of my spiritual master for guidance. My doubts were resolved when I read this:

yat pada sevabhirucis tapasvinam
asesa janmopacitam malamdhiyah
aadyah ksinotyanvaham edhati sati
yatha padangustha vinihsrta sarit

“By the inclination to serve the lotus feet of the Supreme Personality of Godhead, suffering humanity can immediately cleanse the dirt which has accumulated in their minds during innumerable births. Like the Ganges water, which emanates from the toes of the lotus feet of the Lord, such a process immediately cleanses the mind, and thus spiritual or Krsna consciousness gradually increases.” [ Srimad Bhagavatam, 4.21.31 ]

In his purport, Srila Prabhupada writes:

“In India, one can actually see that a person who takes a bath in the Ganges waters daily is almost free from all kinds of diseases. A very respectable brahmana in Calcutta never took a doctor’s medicine. Even though he sometimes felt sick, he would not accept medicine from the physician but would simply drink Ganges water, and he was always cured within a very short time. The glories of Ganges water are known to Indians and to ourselves also. The river Ganges flows by Calcutta. Sometimes within the water there are many stools and other dirty things which are washed away from neighboring mills and factories, but still thousands of men take baths in the Ganges water, and they are very healthy as well as spiritually inclined. That is the effect of Ganges water. The Ganges is glorified because it emanates from the toes of the lotus feet of the Lord. Similarly, if one takes to the service of the lotus feet of the Lord, or takes to Krsna consciousness, he is immediately cleansed of the many dirty things which have accumulated in his innumerable births.”

Elsewhere, Rupa Goswami writes that the Ganges is always pure, regardless of its seeming pollution:

drstaih svabhava janitair vapusas ca dosair
na prakrtatvam iha bhakta janasya pasyet
gangambhasam na khalu budbuda phena pankair
brahma dravatvam apagacchati nira dharmaih

“Being situated in his original Krishna conscious position, a pure devotee does not identify with the body. Such a devotee should not be seen from a materialistic point of view. Indeed, one should overlook a devotee’s having a body born in a low family, a body with a bad complexion, a deformed body, or a diseased or infirm body. According to ordinary vision, such imperfections may seem prominent in the body of a pure devotee, but despite such seeming defects, the body of a pure devotee cannot be polluted. It is exactly like the waters of the Ganges, which sometimes during the rainy season are full of bubbles, foam and mud. The Ganges waters do not become polluted. Those who are advanced in spiritual understanding will bathe in the Ganges without considering the condition of the water.” [ Nectar of Instruction, Text 6 ]

Reading these instructions, I decided to follow the advice of my spiritual master and the Srimad Bhagavatam. I remembered a key verse:

yasya deve para bhaktir
yatha deve tatha gurau
tasyaite kathita hy arthah
prakasante mahatmanah

“Only unto one who has unflinching devotion to the Lord and to the spiritual master does transcendental knowledge become automatically revealed.” [ Svetasvatara Upanisad 6.23 ]

“I’m going,” I said to myself out loud, with full conviction. “Whatever it takes, I will bathe at the Triveni Sangam at the auspicious time.”

The arrangements to travel to the sangam were made by Pundrik Goswami.

“Maharaja,” he said to me, “you’ll come with me and the spiritual leaders in a van, and your assistants, Narottam das, Vikram and Kartamashi das, can go in another. It will take us around four hours to reach the sangam.”

“That’s a long time,” I said. “How far away is it?”

“It’s 12 kilometers from here,” Goswami said.

“So we’ll be traveling at a rate of three kilometers an hour?” I asked.

“Well, remember there are 64 million people vying for that little space at the sangam,” he said. “The police say that since midnight last night 32 million people have bathed. But we’ll make it. We have a police escort.”

I sat on the floor of the van, relinquishing the seats to six elderly sadhus who were joining us on the journey. Wanting to focus on the purpose of our journey, I read aloud the following verse from Caitanya Caritamrta:

mahattvam gangayah satatam idam abhati nitaram
yad esa sri visnos carana kamalotpatti subhaga
dvitiya sri laksmir iva sura narair arcya carana
bhavani bhartur ya sirasi vibhavaty adbhuta guna

“The greatness of mother Ganges always brilliantly exists. She is the most fortunate because she emanated from the lotus feet of Sri Visnu, the Personality of Godhead. She is a second goddess of fortune, and therefore she is always worshiped both by demigods and by humanity. Endowed with all wonderful qualities, she flourishes on the head of Lord Siva.” [ Caitanya Caritamrita, Adi Lila 16.41 ]

When the sadhus heard me chanting the Sanskrit glorifying Mother Ganges, they all smiled broadly.

“May Mother Ganges bless you today!” one said, placing his hand upon my hand.

Our van crawled through the dense crowds. Seeing the sadhus inside, people folded their hands in respect, and some touched the van and then touched their heads. When they saw me crouched on the floor of the van, many smiled and called out, “Hare Krsna!”

“You Western vaisnavas are keeping our spiritual culture alive,” one of the sadhus said to me.

We finally arrived at the river confluence hours later. The bank seethed as people tried to move towards the water while others tried to move back after bathing.

“Alright! We’re here!” Pundrik Goswami called. “Everybody out!”

I hesitated. “Out where?” I thought. There was not an inch of free ground.

I quickly changed into a small red gamcha (thin cotton waist towel) and slung a small towel around my neck. Kicking off my sandals, I grabbed my cell phone and placed it in a small plastic bag. “Just in case!” I thought. Finally, I tucked my bag containing my passport and money safely under the seat. For a moment I contemplated taking a sweater because it was so cold outside.

“No,” I decided. “I’ll just take the bare minimum. The river is only meters away and we’ll be back in a flash!”

Without warning, the sliding door I was leaning on opened and I fell out of the van and onto the ground.

“I’m going to get trampled!” I thought. The crowd surged over me and around me. I pushed myself upwards to gasp for air; all I could see was waves of people for kilometers in every direction. When I finally managed to steady myself on my feet, I saw I was 20 meters behind the sadhus. They were intrepidly pushing their way towards the water, the policemen guarding them on all sides. The crowd was squeezing me and it was hard to breathe.

“Wait for me!” I yelled, trying to recover the distance between us. My cries merged into the tumultuous noise created by the pilgrims as they strained forward to bathe in the nectar of immortality.

I managed to rejoin the sadhus just a few meters from the Triveni Sangam where the Ganges flows alongside the Yamuna and the mystical Saraswati River joins them from beneath the ground. We were also joined by Vikram and Kartamashi, who was trying to take photos in the midst of it all. His face was ashen.

“I thought I was going to be crushed to death!” he blurted out.

The roar of the crowd at the sangam was deafening as thousands of people simultaneously achieved their goal of bathing. Cries of “Ganga Ma ki jaya! All glories to Mother Ganges!” reverberated everywhere.

Far away in the river, separated from the throng, I saw a small group of four sadhus standing motionless in the water, their hands folded in prayer. Their long, matted hair was tied up in topknots on their heads. Though thin, they were not emaciated; in fact, they were effulgent, almost glowing. Seeing their gravity and obvious devotion, the hair on my arms stood up for a moment.

“That’s the mood I’m seeking,” I thought. I remembered a verse that encapsulated my aspirations:

tvayi me ‘nanya-visaya
matir madhu-pate ‘sakrt
ratim udvahatad addha
gangevaugham udanvati

“O Lord of Madhu, as the Ganges forever flows to the sea without hindrance, let my attraction be constantly drawn unto You without being diverted to anyone else.” [ Srimad Bhagavatam 1.8.42, “Prayers by Queen Kunti” ]

As if hearing the verse I had just remembered, the sadhus I was with sat down together to do puja, their attention single-pointed on the sacred sangam, oblivious to anyone else.

“Here and now?” I thought. I watched in disbelief as they took out all sorts of paraphernalia and, in a peaceful reverie, began offering arotik to the three rivers. Hundreds of people directly behind us were straining to see the sadhus do their puja, while the build-up of people further back caused the line to bulge. People fell to the ground because of the weight of the crowd behind them.

I heard Vikram calling, “Maharaja! Maharaja!” Over to my right, the intense pressure of the crowd was pulling him away. Then he simply disappeared into the mass of people.

Suddenly the crowd surged forward with such force that all of us were thrown into the river. I clutched my phone in the plastic bag as I fell into the cold water. I swam up to the surface, gasping for air. There was transcendental chaos everywhere as people splashed each other in great joy. The glorification of Mother Ganges reached a frantic pitch: “Ganga Ma ki jaya! Ganga Ma ki Jaya! Ganga Ma ki jaya!”

Surrendering to the moment and remembering the four effulgent sadhus, I stood with my hands folded and prayed to Mother Ganges for loving devotion to the Supreme Lord. Then, following the prescribed method for bathing, I dunked three times into the cold water. When I came up the last time, one blissful sadhu jumped on me and we both tumbled back into the water. Coming up, he again pulled me under, this time going deeper into the water. We splashed each other in great fun, and more sadhus joined our little melee.

“Maharaja,” I heard a voice shout. I saw Vikram swimming towards me. “I finally found you!” he said. “Our group is back on the bank of the river and is preparing to leave. You must come now.”

As I prepared to get out of the water I saw Kartamashi on the bank taking photos. I raised my arms in bliss, and he took a last photo before being pushed from behind. He and his camera just escaped falling into the river.

I glanced back to catch a last glimpse of the four sadhus. They were nowhere to be seen.

“How is that possible?” I wondered. “There’s no way they could have moved through all the people bathing in the sangam back to the bank. It’s very peculiar.” I remembered something I had read a few days before:

“Prabhupada said that although a number of the saints and sadhus present [at Kumbha Mela] were inauthentic, many were perfect yogis, some of them three and four hundred years old. These yogis, from remote parts of India, would come out for the Mela and then return to seclusion. ‘I have personally seen,’ he said, ‘that they take bath in the Ganges and come up in the seven sacred rivers! They go down in the Ganges and come up in the Godavari River. Then they go down and come up in the Krsna River, and go down, like that. The devotees, therefore, should respect everyone who attended the Mela.’” [Srila Prabhupada lilamrta, Volume 4, Every Town and Village]

It took me a good half an hour to make it back to the van. Somehow we had acquired a number of additional sadhus for the ride back to the camp, so I offered to ride in the smaller car with Narottam, Vikram and Kartamashi. Always concerned about my welfare, Pundrik Goswami reluctantly agreed. I started to push through the crowd away from the van when I realized I had forgotten my bag with my passport in it.

“I left my bag under the seat,” I called to Goswami. “I’ll get it when we’re back.”

“Sure, Maharaja,” he called. He held the bag up so I could see it. “I’ve got it.”

Confident that the smaller car was nearby, I made my way inch by inch to where I had seen it parked some distance away. But to my astonishment, it was gone. I made my way as quickly as I could back to where the van was parked, only to find it had left as well.

I stood there, momentarily bewildered. I was alone in a crowd of 64 million people, dressed only in a small wet gamcha with a damp towel around my neck. I had no dhoti, no kurta, no shoes, and, perhaps most alarmingly, no jacket to protect me from the cold. I had no clear idea where I was. All I knew was that the camp I was staying in was in Sector 7, and that that was 12 kilometers away. 12 kilometers through a mass of humanity pressing its way along the 300 kilometers of roads crisscrossing the Mela site. I had no map, and there were no signs giving directions in Hindi, much less English. I glanced at my watch. It was 4 p.m. and sunset was imminent.

Then I remembered I had my phone clutched in my hand. I unwrapped it from its plastic-bag covering and turned it on. To my dismay I saw there was no service available, and my battery had only 3 % left in it. I hurriedly turned it off.

“How in the world do people know where they’re going?” I wondered. Then, laughing to myself, I thought, “I’m probably the only person in this crowd of 64 million people who doesn’t know where he’s going!”

Knowing for sure that the direction to proceed was not behind me, I started walking forwards through the thick crowds surging towards the river. An hour later, I made it to a crossroads, turned left and began walking down a dirt road with a myriad of shops and ashrams on either side. Each ashram was festooned with colorful banners advertising the resident guru and his teachings. Speakers blared music from inside. As it was now getting dark, bright lights illuminated the temporary city built on the sandy banks of the Ganges.

People gawked at me curiously, and I understood why. I was the only white person to be seen, and I was practically naked. Several times I was approached by Naga-Babas who, thinking me to be one of them, pulled me into their tents and offered me a chillum of hashish to smoke! Each time I declined they seemed perplexed.

I knew I needed to get directions, but to my dismay I couldn’t find a single person who spoke English. There were many different languages being spoken around me because there were pilgrims from every part of India, but not one of those pilgrims was speaking English. There were policemen on every street corner, but they too could make no sense of what I was saying. On a couple of occasions, they literally pushed me away, apparently thinking me to be insane.

A real blow came when I heard a young Indian man say to his friend, “Isn’t that Indradyumna Swami?” But before I could say anything, his friend pulled him away saying, “Come on! Are you crazy? That’s not Indradyumna Swami!” They disappeared back into the crowd before I could confirm my identity and ask their help.

Every now and then I would turn my phone on to see if I was in range. Each time I wasn’t, and each time the battery drained a little more.

By 8:00 pm it was quite cold. From time to time when I got too cold to continue, I slipped into an ashram where a program was going on and sat amongst the crowd for warmth. On one occasion, while sitting in a chair and watching a bhajan on stage, I was approached by one of the ashram leaders.

“Are you in need of anything?” he asked.

“Yes!” I replied enthusiastically, surprised and relieved that I had found someone who spoke English. “I am lost in the Mela and trying to find my way back to my camp. It’s in Sector 7. Can you help me to get there? I have been wandering around for four hours now. Is it far away?”

“Yes, it is,” he said. “It’s about 12 kilometers away at the far end of the Mela site. At the moment you are 50 meters from the bathing spot at the sangam.”

My jaw dropped. I had walked in a big circle, coming back to the exact place I had started. The ashram leader could see my disappointment.

“Why don’t you rest here for a while?” he said. “I’ll get you a blanket.”

“Thank you,” I said. Once I was wrapped in the blanket, I succumbed to my exhaustion and started to drift off to sleep in the chair. I awoke with a start when my entire body began to itch. The blanket was full of fleas and they were ruthlessly biting me. I threw the blanket to the side and quickly left the ashram, determined to reach my destination.

I started out in a different direction. Two hours later, around 10 p.m., I realized that I couldn’t keep going unless I had something to eat. I had learned the hard way not to eat food that I wasn’t 100% sure of in India, but this was an emergency. I joined a line of pilgrims waiting to be served prasadam at one of the food kitchens. It took 45 minutes for me to reach the front of the line. I was given a leaf plate and 2 leaf cups, and was served kichari, a subji, two warm chapatis and a cup of tea. Some smiling pilgrims waved at me to join them as they ate their meal in a circle on the ground. Several times I heard the word “Angreji” which means “English person”. They were kind and sympathetic to me, probably because of my paltry attire.

Hungry, cold and tired I devoured the prasadam. “This is some of the tastiest prasadam I ever had!” I thought, laughing to myself. Once I finished, I thanked the pilgrims and continued on my way with renewed vigor.

I began wondering what Pundrik Goswami, Narottam, Vikram and Kartamashi were thinking.

“Surely, they realized quite quickly that I had been left behind,” I thought. “They must be frustrated and worried, being unable to contact me or find me. But actually, I’m fine,” I realized. “There’s no real danger and it’s only a matter of time until I get back to the camp, whether it’s today or tomorrow. And I am meeting so many nice people! Krsna played a little trick on me just so I can see how the mass of people experience Kumbha Mela. He’s also teaching me how to fully depend on Him. Wonderful!”

Just then I felt a rock whiz past my ear. Then another and another. Looking back I saw a group of children laughing at me.

“Pagal baba! Pagal baba! Pagal baba!” they yelled. I knew the what the phrase meant: “Crazy sadhu!”

I walked quickly away but they followed me and continued throwing stones.

“I can’t blame them,” I thought. “I must look pretty crazy—a barefoot white guy with a dishelved sikha wandering around half naked.” Then one of the rocks hit my elbow causing me to yell out in pain. A policeman saw what was happening and yelled at the group of children to leave me alone. Then he came over and spoke to me in Hindi.

“No Hindi,” I said. “English.” I got down on my hands and knees and wrote “Sector 7” in big letters in the sand.

“There,” I said, pointing. “I need to go there.”

He looked puzzled and took me by the arm to an ashram just a few meters away. He sat me down on a mat and disappeared. Ten minutes later he came back with a man who offered me a hot cup of tea. I gladly accepted it and then both of them went on their ways. I curled up on the mat and fell asleep. When I jolted awake, I checked my watch; I’d slept for 10 minutes. I got up and continued on my way, first checking to make sure the group of children was not around.

At 11:30 p.m. I checked my cell phone again. I was in range! But I was alarmed to see there was only 1 % battery power left.

“I have enough power for one phone call,” I thought. “If the person doesn’t answer, I won’t be seeing any of my friends tonight.”

I choose to call Narottam. He picked up immediately.

“Hello! Hello! Gurudeva, is that you? Hello?” Narottam sounded both excited and worried.

“Yes, it’s me!” I said.

“Good Lord! We’ve been so worried. What happened? Where are you? I’ve been out looking for you for hours!”

“I’m not sure where I am,” I said. “I’ve been walking around in circles since we were separated. But I’m fine. Just a little cold and tired. Can you find a car and come to collect me?”

“It’s almost impossible to find a car at this hour, but I’ll try,” he said. “The main thing is that we need to figure out where you are.” He was silent for a moment, thinking. “OK, here’s an idea. Take a photo of where you are and send it to me on WhatsApp. I’ll go to a police station and ask for their help in finding your location.”

“Brilliant idea!” I said. And without even saying goodbye I hung up and quickly took a picture of the scene in front of me. I sent the photo on WhatsApp and my phone immediately died.

It took Narottam just 30 minutes to find me. It turned out that his search had led him quite close to where I was, and the nearby police kiosk was quickly able to identify the junction where I was waiting. When he finally arrived, I jumped into the car and sat as close as I could to the heat coming out of the vents on the dashboard. Just as the car was pulling away there was a loud bang and it stopped in its tracks.

“What was that?” Narottam asked.

“The driver dropped his transmission,” I said with a wry smile.

“What does that mean?”

“Basically, it means we aren’t going anywhere in this car,” I said, getting out.

“Now what?” Narottam asked.

“Lots of walking!” I said. “Let’s go!”

“Where are we going?” he said.

“Sector 7 of course!” I replied.

With Narottam at my side, we were in a much better position to make it back to our camp, simply because he speaks Hindi. He asked people for the directions to Sector 7 and after a short time he had a good idea how to get there.

“How long will it take to walk there?” I asked.

“Through this crowd,” he replied, “Maybe 2 or 3 more hours.”

I looked at my watch. It was 12 p.m. For the first time that day I became a bit despondent.

And then a taxi came around the corner.

“Narottam, stop that taxi!” I yelled. He literally jumped in front of the taxi, surprising the driver, who screamed at him in Hindi.

“What did he say?” I asked.

“He said he’s not working now. No way.”

“Yes, he is,” I said. “Give me 1000 rupees.”

I opened the back door of the taxi and jumped in. The taxi driver looked shocked.

“Out!” he screamed in Hindi.

“Bhai sabh, brother!” I said. “This is for your trouble.”

He smiled when he saw the money. “No problem!” he said in English.

At 1 a.m. we pulled into our camp. Everyone was fast asleep, but I saw the light was still on in Pundrik Goswami’s room. I knew he would be worried about me. His eyes opened wide when he saw me standing there barefoot in my red gamcha, the cold wet towel still around my neck.

“Maharaja, I am so sorry!” he said.

“Nothing to be sorry about,” I said with a big smile. “Tonight, I experienced Kumbha Mela first hand, much like Hiuen Tsiang from China probably did in the 7th century. But whereas he walked amongst half a million people for 75 days, I walked amongst 64 million people for 9 hours. It was one of the most wonderful experiences of my life!”

We left the Mela around noon that day. When we drove out of our camp, I was surprised to see the streets were mostly deserted.

“Where is everyone?” I asked Narottam.

“Many of the people you saw yesterday came just to bathe in the sangam,” he said. “The majority were leaving on foot late last night when I was looking for you. More people will come again for other important bathing days in the next few weeks. Did you enjoy your visit, Gurudeva?”

“It was most satisfying,” I replied. “I feel as though the sadhu’s benediction upon me has come to pass, for I indeed feel as though Mother Ganges has blessed me. I was able to bathe in the Triveni Sangam in the association of advanced souls at the most auspicious moment to occur in 200 years. I spent time with the masses and, most importantly, I was able to share Krsna consciousness with a number of important spiritual leaders of the country. I feel very fortunate to have visited this sacred place on such an auspicious occasion.”


“There are several places in India. One of them is this Naimisaranya and another very important place is called Prayaga, generally known as Allahabad. But the original name is Prayaga. That is considered to be one of the most sacred places in India. Still every year there is a fair called Magha-Mela. Magha means during the month of January, February, a fair takes place in which all the sages, saintly persons, come from all over parts of India. They gather and take their bath at the confluence of Ganga and Yamuna. That is a very nice place. If you visit India, you should see all these nice places.”

[ Srila Prabhupada lecture, Srimad Bhagavatam 1.2.6. London, August 26, 1971 ]

For All Book Distributors – Past, Present and Future / Для всех распространителей книг нашего времени, прошлого и будущего

, , , ,

Адаптировано по «Шри Бхакти-ратнакаре» Шрилы Нарахари Чакраварти Тхакура


После длительного обучения во Вриндаване под руководством Шрилы Дживы Госвами в общении со многими возвышенными спутниками Шри Чайтаньи Махапрабху, Шриле Шринивасу Ачарье и его дорогим друзьям Шьямананде Прабху и Нароттаму Дасу Тхакуру было приказано покинуть Врадж, чтобы проповедовать и распространять труды шестерых Госвами. Ниже приводится описание ночи перед их отъездом.


Той ночью Шринивас остался в своем бхаджан-кутире, а Нароттам и Шьямананда отправились в  свои. Хотя Шринивас весь день напролет получал даршан многих Вайшнавов и Божеств, ночью он принялся сокрушаться. Воздевая руки к небесам, он взывал: «Провидение лишает меня этого счастья. Увижу ли я, никчемный, когда-нибудь вновь Божеств Говинды, Гопинатха, Мадана-Мохана, Радхи-Виноды, Радхи-Мохана и Радхи-Дамодары? Вернет ли когда Прабху Шри Гопал Бхатта меня обратно во Вриндаван, даст ли возможность вновь служить его стопам? Наградит ли вновь Локанатха Госвами, сама доброта, меня своей милостью? Потащив за волосы меня грешного, вернет ли милостивый Бхугарбха Госвами меня обратно? Станет ли Рагхунатх Дас Госвами, воплощенье доброты, вновь исполнять мои желания? А Шрила Джива Госвами – свет бедных и несчастных… Увижу ли я еще когда его стопы? О спутники Шри Чайтаньи Махапрабху, приведете ли вы снова эту несчастную душу во Вриндаван, позволите ли наслаждаться вашим обществом?»


Его голос прервался от плача, и по лицу потекли слезы. Похожие стенания Нароттамы растопили дерево и камень. Как тогда описать скорбь Шьямананды? Мысли о приближающейся разлуке беспокоила их так, что они не могли спать. По воле Говинды в ту ночь Шринивас заснул поздно. Ему приснился сон, в котором он увидел, как Божество Рупы Госвами Шри Говинда, покинув храм, идет к Шринивасу, ступая будто слон. Красота Шри Говинды затмевала красоту сотен богов и великолепие цветка лотоса. Он был украшен драгоценностями, а голову венчало перо павлина. Глаза у Него были удлиненные, а тело прекрасно сложено. Красота Его лика затмевала красоту сотен лун.

Говинда Дев улыбнулся и сказал:

ohe śrinivasa! kheda kara sambaraṇa śunite nā jani prāṇa karaye kemana

«О, Шринивас, хватит сокрушаться! Неужто тебе неизвестно, как твоя боль отзывается в Моем сердце?»


tumi mora prema-mūrti, nā jāna tā’ tumi nirantara tomāra nikaṭe āchi āmi

«Разве не знаешь, что ты воплощенье Моей любви, и Я всегда с тобой?»


mora mano-‘bhīṣṭa ye tā’ aneka prakāre karilu prakāśa rūpa-sanātana dvāre

«Многие и многие Мои желания уже проявились через Рупу и Санатану».


tomādvāre grantha-ratna kari vitaraṇa haribe jīvera duḥkha diya prema-dhana

«Ты будешь распространять их книги – и так Я уничтожу беды человечества и одарю людей богатством экстатической любви».


ye jana la-ibe asi’ śaraṇa tomāra tāre āmi avaśya kariba aṅgīkara

«Обещаю, что признаю всех и каждого, кто примет у тебя прибежище».


ha-iba tomāra śiṣya bhāgyavanta-gaṇa tā’ sabā la-iyā āsvādibā saṅkīrtana

«Кто бы ни стал твоим учеником, тот станет удачлив; тебе надо брать их с собою и вместе воспевать».


konamate kichu cintā nā kariha cite madhye madhye aiche more pāibā dekhite

«Не беспокойся ни о чем. Время от времени будешь видеть Меня так же».


Утешив Шриниваса, Шри Говинда превратился в Чайтанью Махапрабху. Шринивас не мог сдерживаться и молил о сотне глаз, чтобы созерцать облик Господа. Пав ниц, он склонился к стопам Господа, и Чайтанья поместил Свои стопы на голову Шриниваса. Господь обнял Шриниваса, прощаясь с ним в его путешествии в Гаудадеш. Затем, оставив форму Чайтаньи, вернулся в храм. После исчезновения Говинды Шринивас был опустошен, и когда его сон прервался, уже светало. Исполнив утренние обязанности, горюющий Шринивас, взывая к своему терпению, уселся в уединенном месте.


[ Шрила Нарахари ЧакравартиШри Бхакти-ратнакара”. Перевод на английский с бенгали Шрипады Кушакратхи Даса.
Издание Krishna Library, Алачуа, Флорида
Srila Narahari Chakravarti. Śrī Bhakti-ratnākara. Gaudiya Mission. Calcutta. 501 Gaurabda. Bengali. ]


[ Напечатано в “Шри Кришна -катхамрита-бинду” (выпуск 427), издании Madhavananda dasa,

с научным пояснением Хари Паршада даса Адхикари ]

Картина : Шринивас Ачарйа



Under All Circumstances

“We do not require any large buildings to do our preaching work. If Krsna supplies them we may accept any nice facility which He provides. But we will strive to go on preaching under all circumstances.”
( Srila Prabhupada letter to Gargamuni Swami, November 4th, 1970 )

Шрила Прабхупада о проповеди


“Если кто-то осознает, что является вечным слугой Кришны, но не проповедует это, то его реализация несовершенна”.

[ Шрила Прабхупада ]


, ,

Том 6, глава 11

2-4 июня 2005


Путешествуя с проповедью по России, я переписывался по е-майл со Шри Прахлада дасом, чтобы получше распланировать время. Последние шесть месяцев расписание было настолько интенсивным, что оставалось очень мало времени для обучения – немаловажной практики для того, кто даёт лекции по 2-3 раза в день. Я становлюсь все старше и замечаю, что мне стало нравиться больше времени уделять джапе и ежедневному утреннему поклонению моим возлюбленным Божествам.

Мне также приходится заниматься е-майл корреспонденцией. Зачастую ответа ожидают сотни писем. Многие из них приходят от учеников, которым срочно следует уделить внимание.

Одним из последних мест, которые я посетил, был Ростов на юго-западе России. Вскоре по приезду я вышел в интернет и снова обсудил эту тему со Шри Прахладом. Мы пришли к заключению, что чем-то в насыщенном графике придётся пожертвовать. Поскольку духовная практика преданного является приоритетом, время от времени, по мере того, как он принимает новые обязательства, ему, возможно, придётся пересматривать прежние занятия. Чтобы выполнять мои разнообразные обязанности, необходимо сосредоточиться на самом главном – на собственной садхане.

“Когда человек неуклонен в выполнении обязательств, в которых он квалифицирован, он быстро развивает качества для выполнения следующего уровня обязанностей”

[ Шрила Бхактивинода Тхакур, Джайва Дхарма ]

Я написал Шри Прахладу, что определённо точно не могу поступиться проповедью, которая является моим первым и наиважнейшим долгом перед духовным учителем. Не могу я отбросить и такую рутину, как сон, который и так давно сведён к минимуму самой природой моей проповеди в виде поздних программ и фестивалей.

Я написал Шри Прахладу, что сокращу письменную работу и начну с Дневника. Для написания каждой главы в среднем требуется от 8 до 10 часов на протяжении нескольких дней, и зачастую единственное время, когда я могу это делать – за полночь. Вместо Дневника я предложил дважды в год писать для учеников подробный отчёт о своей деятельности.

Ответ Шри Прахлада пришёл немедленно.

“Шрила Гурудева, – писал он, – Вы не можете этого сделать. Ваш дневник читает множество людей, и преданных, и непреданных”.

“Но что-то менять надо”, – ответил я.

Пришло последнее за день сообщение от Шри Прахлада.

“Думаю, вы собираетесь бросить его уже в сотый раз”, – написал он.

Перед тем, как провалиться в сон, я снова и снова обдумывал этот вопрос. “Всё, сегодня больше об этом не думаю, – сказал я себе. – Вернусь к этому завтра и, похоже, ответ может быть только один”.

На следующий день после утренней программы в мою комнату вошёл Уттама-шлока дас.

– В храм только что позвонила местная телекомпания, – сказал он. – Они интересовались, не хотите ли вы выступить в роли особого гостя на вечернем ток-шоу. Ведущий – известная персона на телевидении.

– Что это за шоу, – спросил я. – Известное?

Уттама-шлока улыбнулся:

– Очень популярное. Четыре миллиона людей смотрит его дважды в неделю.

– Хорошо, – ответил я. – Можно съездить.

После полудня, когда я собирался на программу, подошла одна преданная.

– Махараджа, – сказала она, – вас предупредили, что ведущий этого ток-шоу частенько бросает вызов своим гостям, приводя их в замешательство неудобными вопросами?

– Правда? – удивился я. – Никто об этом не сказал. Я уверен, если бы Уттама-шлока знал, он сообщил бы об этом.

– Это одна из причин популярности программы этого артиста, – продолжала она. – Он изощрён в этом. Он быстр и резок. Знаменитости часто отказываются от участия в его шоу.

Я начал немного нервничать.

– Э… в самом деле?

На секунду я задумался.

– Я не так опытен в дебатах, как Джайадвайта Свами или Умапати Свами, – сказал я, пытаясь улыбнуться, – но за себя постоять смогу.

– Будьте осторожны, Махараджа, – сказала она. – Он посмеялся уже над многими гостями.

По пути на телестудию я тихо повторял джапу и размышлял об играх Кришны, чтобы успокоить ум. Умиротворение ума – техника, которой я научился от матери, когда был молодым. Я занимался спортом и перед соревнованиями по плаванию, когда большинство участников команды были заняты последними разогревающими упражнениями, я отходил в сторону, расслаблялся и читал книгу, чтобы подготовить ум к соревнованиям.

В последний момент я ступал на старт и сосредотачивал ум на содержании. Если я слишком беспокоился, выиграю или проиграю, то терял слишком много энергии. Этот метод может быть не очень традиционен, но он срабатывал, и я выиграл большую часть соревнований по плаванию в школе. Так что меня выбирали капитаном команды по плаванию четыре года подряд.

Когда мы въехали на парковку телестанции, я отложил мешочек с чётками в сторону и вынул копию “Према-бхакти-чандрики” Шрилы Нароттамы даса Тхакура. Я обратился к следующему стиху:

“По указанию сакхи я предложу чамару и орехи бетеля лотосным устам Радхи и Кришны. Сакхи в Их окружении знают в совершенстве разные виды служения, которые следует воздавать в разное время”.

[ Према-бхакти-чандрика, текст 54 ]

“Замечательная молитва, – подумал я, глядя в окно. – Это вечная сева Нароттамы даса Тхакура в духовном мире. Как Манджулали Манджари он подготавливает орехи бетеля для предложения Радхе и Кришне, а иногда он также омахивает Их”.

– Шрила Гурудева! Шрила Гурудева! – позвал Уттама-шлока. – Что вы делаете? Пора идти! Мы опаздываем!

Я очнулся от грёз и выпрыгнул из машины. Мы быстро подошли к зданию и поднялись на четыре лестничных пролёта. Мы вошли в студию, и телевизионщики тут же подготовили аппаратуру и включили освещение. Уттама-шлока сел рядом со мной в качестве переводчика.

У меня почти не было времени изучить окружающую обстановку. С удивлением я успел заметить в нескольких метрах от себя музыкальные инструменты, в том числе гитару, барабанную установку и фисгармонию. Только я собрался спросить, не наша ли это гармонь, как внезапно вошёл ведущий.

Он был или слишком занят или игнорировал меня, не замечал моего присутствия, пока через несколько минут его секретарь не вышел и не представил нас. Я встал и у меня возникло странное чувство, что мы – два боксёра, пожимающие друг другу руки перед боем. Наш короткий обмен приветствиями был тут же прерван техником, объявившем проверку звука, и у меня не осталось времени изучить ведущего. Я снова сел. Сердце у меня начало колотиться в нетерпении, так что я достал книгу и погрузился в чтение:

“Я вечно буду желать служить лотосным стопам Радхи и Кришны с любовной привязанностью. На чём бы я ни концентрировался, практикуя преданное служение, это, несомненно, будет достигнуто по обретении духовного тела. Таков метод на пути привязанности”.

[ Према-бхакти-чандрика, текст 55 ]

– Гурудева! – позвал Уттама-шлока. – Шоу начинается через 30 секунд!

Я отложил книгу и сосредоточился на ведущем.

“Смотри им в глаза, – обычно говорил мне отец, – и большинство этих школьных хулиганов отступит”.

Я посмотрел в глаза ведущему, но он так же прямо смотрел в мои. Я не помнил, что отец советовал делать дальше, поэтому просто улыбнулся.

Режиссёр съёмочной группы что-то сказал по-русски. Я подумал, что это, наверное было: “Свет! Камера! Снимаем!”

Сделав глубокий вдох, я помолился Шриле Нароттаму даса Тхакуру: “Ты был расика-бхактой, но и бесстрашным проповедником. Я слишком молод как преданный, чтобы осознать глубокий вкус бхакти, но хочу быть бесстрашным, как и ты. Пожалуйста, благослови меня”.

– Добрый вечер, – сказал наш ведущий, располагающе глядя прямо в камеру на свою невидимую миллионную аудиторию. – Сегодня вечером с нами Индрадьюмна Свами, лидер движения Харе Кришна из Америки.

Я забыл свой слуховой аппарат и изо всех сил пытался прислушиваться к словам ведущего в переводе Уттама-шлоки.

Ведущий повернулся ко мне и улыбнулся:

– Добро пожаловать, Свами.

Обычно я могу понять людей по выражению их лиц и языку тела. Это чувство, которое развивается за годы проповеди. Но из-за яркого света я мог разглядеть лишь его улыбку.

“В самом ли деле эта улыбка исполнена тепла, – думал я, – и искренне приветствует меня на шоу? Или это хитрая ухмылка охотника, готового убить добычу?”

Я напрягся, чтобы разглядеть получше, но свет был слишком ярок.

– Спасибо, – ответил я. – Для меня большая честь присутствовать на вашем шоу.

Пока Уттама-шлока переводил, я вдруг понял, что благодаря переводу имею небольшое преимущество. Каждый вопрос или вызов, каждый ответ предстояло перевести, и у меня было несколько мгновений, чтобы обдумать ответный ход.

“Использую это преимущество”, – подумал я и начал развивать план сражения.

“Я не соглашусь на слово “секта”, если он использует его, чтобы опорочить меня или сознание Кришны, – думал я. – Но каждый раз буду отвечать: “Эта религия – то или это””.

Шоу должно было идти всего 20 минут, поэтому я приготовился к скорой атаке.

Ведущий повернулся ко мне.

– Свами, – произнёс он, – расскажите, почему вы присоединились к духовному движению с востока?

“Вот, началось, – подумал я. – Он пытается загнать меня в угол. Он готовится осудить сознание Кришны, поскольку это не христианство”.

– Религия не принадлежит ни востоку, ни западу, – ответил я. – Она трансцендентна и исходит от Бога, из духовного мира. В разные исторические периоды человечества Бог посылает Своих представителей, чтобы научить человеческое общество духовному знанию в том объёме, сколько люди этого времени могут воспринять. Поэтому, хотя могут присутствовать некоторые внешние различия, суть всех религий едина: любовь к Богу.

– Очень четкое разъяснение, Свами, – прокомментировал ведущий.

“Он не пытается выставить меня дураком, – подумал я. – Он льстит, чтобы я отпустил защиту, но это не сработает”.

Я медленно вдохнул и ещё больше сосредоточил свой ум на предстоящей битве.

– Из вашей биографии я понял, что вы были подростком в Америке 1960-х. Вы были хиппи?

“Вот оно, – подумал я. – Он попробует связать сознание Кришны с движением хиппи. Начинай, приятель. Все это я уже слышал”.

Я решил сгладить выпад улыбкой:

– Я был кем-то вроде “хиппи по выходным”, – ответил я. – Было несколько не самых лучших вещей, которыми я занимался, но я был из хорошей семьи и уважал своих родителей. И благодаря их поддержке серьёзно относился к учёбе.

Он сделал паузу.

“Ага, – подумал я, – тут я его сделал. Давай, умник. Посмотрим, что ты приготовил. Я не боюсь тебя”.

Я посмотрел на часы на стене.

“Осталось 14 минут, – отметил я, – Он, должно быть, собирается ударить по яремной вене и довольно скоро”.

Он засмеялся.

– Хорошо – “хиппи по выходным”! Но, по-вашему, почему так много хиппи присоединилось к движению Харе Кришна?

– Потому что они были разочарованы мирской жизнью, – ответил я, сохраняя хладнокровие. – Мой духовный учитель говорил, что при всей их деградации, у хиппи было одно хорошее качество: у них был дух отречения. Некоторые из них, возможно, видели тщетность материальной жизни и поняли, что сознание Кришны было позитивной альтернативой.

– Не могли бы вы поточнее объяснить, что вы подразумеваете под позитивной альтернативой? – попросил он.

“Какого рода этот вопрос? – подумал я. – Это не обманный маневр и не вызов. Чего он добивается?”

Я на мгновение пожалел, что у меня не было времени посмотреть пару его прошлых шоу, чтобы увидеть, когда и как он нападает на гостей.

“Он пытается расслабить меня еще большей лестью, – подумал я. – В любом случае, сейчас я воспользуюсь возможностью проповедовать четырем миллионам зрителей, смотрящих шоу”.

– В этом мире нет совершенного счастья, – начал я, – хиппи ты или джентльмен. Каждый подвержен четырем видам страдания материального существования: рождению, болезням, старости и смерти.

Я посмотрел прямо в камеру и сделал паузу. “Просто проповедуй, – подумал я. – Среди слушателей, наверняка, должны быть искренние души, жаждущие этого знания”.

– Возможно, в пустыне не найти воды, – продолжал я. – Но это не значит, что где-то в другом месте не существует океанов. Точно так же, тот факт, что мы не можем найти счастья в этом мире, не означает, что не существует мира, где присутствует бесконечное наслаждение. И движение Харе Кришна учит нас процессу возвращения в этот духовный мир. Это и есть позитивная альтернатива.

Я начал говорить с большей силой:

– Это единственная альтернатива: наука и новейшие технологии могут сделать жизнь немного более комфортной, но они не могут остановить рождение, болезни, старость и смерть. Это происходит только тогда, когда мы возвращаемся в духовный мир.

“О`кей, – думал я, – ты продвинулся далеко, сказав так много. Но не испытывай свою удачу. Давай подождем следующего вопроса… или первого вызова”.

– Хорошо сказано, Свами, – прокомментировал он.

– Спасибо, – ответил я, не уверенный, не проскользнули ли в моем голосе нотки подозрительности.

– А если точнее, что это за процесс возвращения в духовный мир? – спросил он.

“Что происходит? – опешил я. – Сколько он еще собирается играть со мной в кошки-мышки?”

– Воспевание имен Бога, – был мой ответ. – В Индии люди зовут Бога “Кришна”.

Я взглянул на настенные часы. Оставалось три минуты.

“Он что, приберег бомбу на самый конец? – думал я. – Что у него за метод? Почему преданные не предупредили меня?”

– Хорошо, – сказал он, – а вы можете спеть для нас Харе Кришна?

Я уверен, аудитория должна была заметить мой изумленный вид.

– Если вы были “хиппи по выходным”, – продолжал он, – то должны уметь играть на гитаре, верно?

“Это не сработает, мистер, – подумал я. – Если думаешь так сбить меня с толку, результат тебя разочарует”.

Я потянулся и взял 12-струнную акустическую гитару. Быстро настроил, начал перебирать аккорды и запел. Звук гитары был изумительным, совсем как у той, что была у меня, когда я был подростком. Я закрыл глаза и запел Харе Кришна, мягко перебирая аккорды.

– Замечательно, Свами, – донесся голос ведущего из-за слепящего света. – А теперь не могли бы вы сыграть немного на маленьком индийском органе? Он здесь, прямо перед вами.

“Я что, сплю? – думал я, пытаясь не показать свое смущение перед камерой. – Что с ним такое?”

Я схватил гармонию, поставил на столик перед собой и снова начал петь Харе Кришна. Не уверен, сколько это продолжалось, но когда я в конце концов открыл глаза и посмотрел на часы, то увидел, что время шоу истекло.

– Еще один короткий вопрос перед тем, как мы закончим, – сказал мой невидимый ведущий. – Кое-что, что всегда меня удивляло. Почему с хорошими людьми происходит плохое?

“Сохраняй хладнокровие, – думал я. – Не пытайся просчитать ситуацию. Просто говори. Помни – тебя слушает четыре миллиона человек”.

Я принял более серьезный вид и подался к камере.

– Чтобы понять ответ на этот вопрос, – начал я, – нужно знать о карме или перевоплощении. Карма – тонкий закон природы, который утверждает, что мы отвечаем за свои поступки. К примеру, если вы творите добро, добро вернется к вам. Если свершаете зло – получите его обратно.

– Как бумеранг, – продолжал я. – Абориген швыряет его с огромной силой, и он возвращается к нему. Точно так же, если кто-то совершает неблагочестивый или греховный поступок, впоследствии его заставят страдать от реакций, возможно, в его следующей жизни.

Я посмотрел на часы. Прошло тридцать пять минут. Я не хотел больше спрашивать, что происходит. Мне было необходимо привести объяснение к логичному завершению.

– Смерть означает конец этого тела, – продолжал я.

Теперь перевод Уттама-шлоки, похоже, работал против меня – весь процесс занимал достаточно много времени.

– Мы не являемся этими телами, – сказал я. – Мы – души, заключенные внутри. Пока душа не достигнет самосознания, не станет возлюбленной Бога, ей придется продолжать принимать рождения в этом материальном мире. И поскольку наши прошлые жизни обычно являются комбинацией хороших и плохих поступков, иногда мы видим хорошего человека, получающего результаты его дурных деяний в прошлой жизни.

Ведущий повернулся ко мне:

– Свами, мы должны поблагодарить вас за то, что уделили нам немного вашего ценного времени сегодня вечером, а также за просветляющие слова и прекрасное пение.

Он повернулся к камере:

– Дамы и господа, на сегодня все. Спасибо.

Я просто сидел, совершенно ошеломленный.

Когда погасили прожекторы и ведущий присел на несколько мгновений переговорить со съемочной бригадой, я в первый раз смог отчетливо разглядеть его. Он был приятен, хорошо одет и излучал ауру доверия. Когда рабочие ушли, он встал и, улыбаясь, направился ко мне.

Несколько преданных, сопровождавших меня, подбежали как раз когда он подошел, и преданная обратилась к нему:

– Большое спасибо, что были так почтительны с моим духовным учителем. Я видела, что происходит на большинстве ваших программ.

Ведущий повернулся ко мне и протянул руку.

– Я и должен быть почтительным, – ответил он. – Видите ли, я читаю его дневник в интернете.

Я онемел. Я просто стоял и тряс его руку в знак признательности. Через несколько секунд его позвали. Он уважительно склонил голову, повернулся и вышел.

После этого мы уехали. На протяжении всего пути на квартиру я не проронил ни слова. Я был ошеломлен произошедшим.

Вечером я попытался написать Шри Прахладу на е-майл и все рассказать. После нескольких попыток мне пришлось отказаться от этой мысли – слишком устал. Поэтому послал только следующее сообщение:

“Я решил продолжать регулярно писать свой дневник. Расскажу подробнее, когда встретимся. Сейчас могу сказать только, что Господь действует удивительным образом”.

После чего отправился в постель.

“Реализация означает, что вы должны писать – каждый из вас – в чем ваше понимание. Для чего существует “Бэк ту Годхед”? Вы пишете о своей реализации – что вы поняли о Кришне. Это требование. Это не что-то пассивное. Вы должны быть активны. Как только у вас появляется время – пишите. Неважно, две строки, четыре – записывайте свои реализации. Шраванам, киртанам – написание или предложение молитв, прославление. Это одна из функций Вайшнава. Вы слушаете, но также должны и писать”.

[ Шрила Прабхупада, лекция по Брахма-самхите, Лос-Анджелес, 14 августа 1972 ]